Чтение онлайн

– Я виноват, Гарри, - сказал он.
– Я во всём виноват. Мама, конечно, тоже помогла... "Гарри, ну поцелуй же её скорее, смотри, она совсем извелась, бедняжка!" - передразнил он.
– А мне... Я так мечтал, что ты будешь мне братом. Что кто-то, кто был бы ко мне добрее, чем Джордж и... Чтобы у меня был настоящий брат. Джинни говорила мне, что всё это вздор, а я продолжал ей вешать на уши, какой ты крутой и умный. Да и мама всё подстраивала, как бы вам встречаться почаще. Иметь в семье Чудо-Мальчика, про которого все знают - это статусно. Можно кумушкам на рынке похвастаться. Прости меня, Гарри.

– Ну поженились и поженились, что толку теперь-то вспоминать, - раздражённо отозвался он.
– Ты же хотел, как лучше? Хотел?

Рон молча кивнул.

– Послушай, дружище, я всё понимаю, - почти ласково сказал Гарри.
– Мне тоже хотелось бы, чтобы мы с тобой вечно оставались двумя беззаботными сорванцами, способными целыми днями бить баклуши в обществе друг друга. Но теперь-то мы оба понимаем, что взрослая жизнь - это совсем другое. Дружба никуда не денется, просто сейчас другие вещи оказываются важнее.

Ромильда Вейн, несмотря на детские эксперименты с Амортенцией, оказалась на редкость упорной девушкой - и ещё более влюблённой - и продолжила методичную осаду Рона, едва только выпорхнула из Хогвартса. Целых три года она добивалась своего, то бегая за ним, как собачка, то невозмутимо игнорируя немногочисленные интрижки возлюбленного и то, что он продолжал временами безо всякой надежды колотиться среди ночи в запертую дверь дома Гермионы. Рон ворвался было в любовь Ромильды, как слон в посудную лавку... но там наткнулся на терпеливого дрессировщика, и Ромильда, несмотря на своё нетерпение и долгое ожидание, удержала его буквально на расстоянии вытянутой руки, до свадьбы не позволяя даже слишком тесных объятий, не говоря уж о большем. В результате он уже сам загорелся, бросил свои юношеские глупости, полностью забыл Гермиону и был, казалось бы, готов принести луну с неба и может даже наконец сесть за учебники и сдать выпускные экзамены в Хогвартсе. И уж точно ему теперь не до того, чтобы целыми вечерами проводить с Гарри, мечтая о девушках и квиддиче.

– Потом эта история с выкидышем, - сказал Рон.
– Я чуть сам с ума не сошёл...

– Глупости, - поморщился Гарри.
– Моей вины в этом было ничуть не меньше!

– Герми сказала...
– пробубнил Рон.

– Да слушай ты её больше!
– вспылил Гарри.
– Хочешь я тебе скажу, как она до такой мудрости дошла? Хочешь? Да легко! Уже после того, как Джинни заразилась, Гермиона на три дня заперлась в библиотеке и прочитала все книги, где хоть мельком упоминалась магическая лихорадка. И только потом пошла объяснять тебе, как ты был неправ. Не до, заметь, а после того, как! И всё! Когда ты вернулся из этой поездки, она пребывала в таком же блаженном неведении, как и все мы! А то, что инкубационный период - три недели, и шанс заболеть при контакте около одного процента - это её уже не волнует!

– Инку...
– что?
– переспросил Рон, повернув к нему голову.

– Время, которое проходит с момента заражения до того, как ты начинаешь реально болеть, - пояснил Гарри.

– Понятно, - кивнул Рон.
– Инку...

– Инкубационный период, - терпеливо повторил Гарри.
– Забей! Говорю тебе, никто не знал и не мог знать. У нас нет ни границы, ни единого терминала для прибывающих издалека, поэтому создать карантин Министерство не в состоянии. Оттого в Хогвартсе и пытаются в нас как можно быстрее запихать уроки выживания.

– Но если бы не выкидыш...
– подал голос Рон.

– То мы бы все хлебнули даже не ложкой, а здоровенным черпаком, - перебил он.
– Ты знаешь, я в том, что этот брак имел место быть, тоже немного поучаствовал. Не сказал бы, что сильно активной стороной - заправляла-то всем Молли, которая и Джинни на это толкала, и меня. Но в конце концов из нас троих, Джинни, Молли и меня, именно у меня предполагается наличие яиц.

– Иногда мне кажется, что все яйца Уизли хранятся у мамы в сундучке, - пожал плечами Рон.

– Ну и чёрт с твоей мамой, - спокойно сказал Гарри.

– Когда ты первый раз пошёл по бабам, мама стала говорить, что ты совсем не джентльмен, - покачал головой Рон.
– Билл завёлся сильнее всех.

– Да не из-за того он завёлся, - усмехнулся Гарри.

– Ты что, тоже поверил этим сплетням про тебя и Флёр?
– удивился Рон, снова обернувшись.

– Конечно, поверил, - покачал он головой.
– Тем более, что это правда.

– Гарри, да...
– вскричал Рон, и отвернувшись тихо добавил: - Да ты не джентльмен, Гарри. Тогда она вдвойне дура!

– Вдвойне?
– удивился он.

– Не стала ничего отрицать - раз!
– стал перечислять Рон.
– Переспала с тобой - два!

– На самом деле, дурость-то как раз в другом, - усмехнулся Гарри.
– Дурость в том, что она вышла замуж за нелюбимого человека, пять лет делила с ним постель и даже родила ему двоих детей.

– Флёр любила Билла!
– сердито заявил Рон.

– С разбегу, - отозвался Гарри.
– У меня совсем другие сведения. Причём заметь - из первых рук. Да к тому же ещё и под Обетом.

– Да? А что же это за любимый человек?
– воскликнул Рон.

– Да какая теперь разница, - пожал плечами Гарри.
– Она уехала во Францию, и мы её никогда не увидим.

"Может быть," - добавил он про себя.

Последний разговор у них состоялся вскоре после того, как Билл уличил её в измене и потребовал развода, и Гарри ей тогда сказал, что больше, чем любовницей, интрижкой, она для него никогда не будет. Было, конечно, время, когда он легко бы повёлся на её очарование и даже позволил бы себя окрутить... Вот и надо было этим пользоваться, а не подкладываться под Билла Уизли, всего лишь чтобы оказаться поближе к любимому! Дура и есть, что тут можно сказать!

– Она не стала отпираться, и Билл тебе это запомнил, - сказал Рон.
– Ты развёлся с Джинни и стал ухаживать за этой...

– Прекраснейшей девушкой на свете, - перебил его Гарри.
– Только так и никак иначе!

– За Дафной, - быстро исправился Рон, явно не желая называть её прекраснейшей.
– Ты стал ухаживать за Дафной, а Джинни всё плакала и плакала. Я знал, что был виноват, вот тогда и вспылил!

– Да и пусть с ним!
– воскликнул Гарри.
– Забей!

– Джинни умерла, и Билл сразу показал на тебя пальцем, - продолжил Рон.
– Сказал, что ты должен за всё ответить. Там более, что и мама тогда слегла... Мне сразу нужно было тебе сказать, но я не знал, что Билл на такое способен.

– Он и не способен, - возразил Гарри.
– Дафна бы его прихлопнула, как таракана...

– Как же ему удалось?
– задумался Рон.

Гарри про себя выругался, кляня на чём свет стоит свой болтливый язык. Про того, второго, никто не знал, да и ни к чему было знать. Хоть он и не испытывал никаких угрызений совести по поводу ещё одного трупа, но даже заместителю начальника Аврората проблемы с законом были совсем не нужны. Иногда он даже радовался, что проводившие формальное расследование - а кроме как формальном оно в тех обстоятельствах быть и не могло, особенно при его фактической явке с повинной - авроры не особо задавались вопросами и уж тем более не пользовались Веритассерумом.