Чтение онлайн

– Сегодня ведь суббота, - напомнил он.

Она продолжала молчать - вопроса он не задал, а говорить просто так она разучилась.

– И зачем ты меня в такую рань вытащила из постели?
– поинтересовался он.

– Всегда так, - ответила она после длинной паузы.

Он полной грудью вдохнул ещё прохладный и прозрачный утренний апрельский воздух.

– Одевайся, - скомандовал он.
– Пойдём гулять.

Она прикрыла дверь - не захлопнула - и отправилась наверх. Ему были слышны её лёгкие шаги по лестнице. Некоторое время её не было, а потом дверь распахнулась, и он развернулся, чтобы посмотреть... Она была в лёгком светлом пальто и платье чуть ниже колен. На шее шёлковый платок, который мог легко переместиться на голову. Чулки немного темнее её кожи, туфли на среднем каблуке, перчатки и сумочка в тон к туфлям... Тёмные очки. Хорошо одетая маггловская девушка, да и только! Гарри невольно улыбнулся.

– Ты сногсшибательна, - пояснил он свою улыбку.
– Куда пойдём?
– она молча застыла.
– Никаких предпочтений?

– Ты пригласил, - пояснила она.

То, что она не повторила "как пожелаешь", показалось ему просто благословением. Он протянул ей руку, но она явно не поняла этого жеста. Закатив глаза, он взял её руку в свою и крепко сжал. Пока они медленно двигались в сторону парка, она втянула голову в воротник, словно прячась, и о чём-то задумалась.

– Панси, - позвал он. Она не ответила.
– Панси!

– Поттер, - неуверенно вздохнула она.

– Ах, вот как ты меня называешь!
– картинно возмутился он.
– Тогда я тебя буду называть Паркинсон!

– Паркинсон, - согласилась она.

– Но я не хочу называть тебя Паркинсон!
– воскликнул он.
– Ты - Панси. Вот ты могла бы звать меня Гарри.

– Поттер, - возразила она.

Впрочем, её тон не претерпевал изменений, соглашалась ли она или была против. Он вообще не менялся, что бы ни происходило. Почти. Гарри уже начало казаться, что он в состоянии хотя бы приблизительно улавливать оттенки.

– Я настаиваю, - сказал он.
– Ты должна звать меня Гарри. Я так желаю.

– Как пожелаешь, - с готовностью согласилась она.

– Скажи это, - приказал он.
– Скажи "Гарри". Я хочу услышать.

– Поттер, - лениво произнесла она.

Чертовка! Да она издевается! Он совершенно точно был уверен, что на её казавшемся бесстрастным лице промелькнула тень усмешки! Словно на земле след от мелькнувшей высоко в небе ласточки. Он потянул её за руку, останавливая и прижимая к себе. Через тёмные очки ему было видно, как она опустила ресницы, и губы её маняще приоткрылись. Вчера вечером они много практиковались в борьбе губ и языков, а теперь вот оказывается, что ей понравилось.

– Мне до ужаса приятно с тобой целоваться, - признался он, приникая к её губам.

Она, конечно, ничего не ответила.

Ближе к полудню ему показалось, что она устала, хоть походка её по-прежнему была такой же лёгкой. Оставив её напротив небольшого кафе, он зашёл внутрь и купил собранную корзинку для пикника - закуски, фрукты, воду и большой термос с чаем. Им даже сдали в аренду большое плотное покрывало, которое можно было использовать в качестве подстилки. Когда он вышел, то обнаружил, что она стоит, повернувшись в сторону небольшой кофейни, где варили хороший итальянский эспрессо. Он подошёл и встал рядом.

– Тебе, наверное, не стоит пить кофе, - нерешительно сказал он.

Она даже не повернула голову в его сторону, неотрывно глядя в сторону кофейни. Как раз в тот момент, когда открылась дверь, выпуская служащего, который нёс заказ сидящим за столиком снаружи посетителям, лёгким порывом ветра до них донесло кофейный аромат, и он мог поклясться, что её ноздри почти незаметно шевельнулись. Это была ещё одна маленькая, почти незаметная деталь в её портрете, который он кирпичик за кирпичиком собирал у себя в голове. Он легонько тронул её руку и зашёл внутрь, купил эспрессо в стаканчике и вручил ей. Она взяла его в обе руки и с достоинством опустила туда носик, прикрыв глаза. Ему показалось, что по лицу её разлилось выражение блаженства. Хотя, конечно, ничего в её лице не изменилось.

Стало уже совсем тепло, и он предложил ей взять у неё пальто. В парке он расстелил свой плащ, и она уселась, изящно подогнув ноги и натянув платье на колени. Намазала бри на предложенную галету и приняла у него кружку с горячим чаем. Она молча глядела на уток в пруду, и он физически чувствовал, как по ней разливается тепло. Платье было с неглубоким вырезом, а платок она сняла, предоставив ему любоваться нежной ложбинкой между ключицами. Выбившаяся прядка волос слегка трепетала, ласкаемая ветерком, и ему казалось, что она почти что жмурится от удовольствия, подставляя лицо навстречу солнцу - с поправкой на микроскопичность проявления её эмоций.

– Расскажи мне что-нибудь, - попросил он, откидываясь на спину и закладывая руки за голову.

– Мне трудно, - ответила она.

– Я хочу, чтобы ты больше говорила, - пояснил он.
– Чтобы ты в итоге рассказала мне всё-всё. Поэтому тренируйся. И не экономь на словах, пожалуйста.

– Зачем?
– спросила она.

– Считай это моей прихотью, - заявил он.

– Что рассказать?
– спросила она, минуту подумав.

– Что хочешь, - пожал он плечами.
– Расскажи мне, как получилось, что ты делаешь эти замечательные картины?

– Безделье, - сказала она.

– Панси, - попросил он.

– Мне... больше нечем было... заняться, - медленно произнесла она, осторожно пробуя слова языком, словно шла по битому стеклу.
– Со мной... никто не хотел... разговаривать... Денег было... немного... Я... с детства любила рисовать... На чердаке остались. Много.

Он выразительно кашлянул, и она качнула головой, бросив на него быстрый взгляд.

– На чердаке... до сих пор лежат папки... с рисунками...
– поправилась она.
– Когда... Когда со мной перестали разговаривать... я решила... что толку бесполезно... убиваться... Зашла в магазин к магглам. Купила ниток... книг по вышиванию... Первую картину... я делала... почти полгода. Больно пальцам, - она снова бросила на него взгляд.
– На пальцах поначалу... живого места не было. Всё исколола. Вторую уже шила по своему рисунку. Третью удалось продать. Деньги кончились. К тому моменту... деньги почти кончились. Через три года начало получаться...