Перезагрузка
Шрифт:
– Раз в пять-семь дней ты приходил, - продолжила она.
– Было хорошо. В феврале пришёл не один.
От неожиданности он поперхнулся.
– С другом?
– ужаснулся он.
– С подругой, - ответила она.
– Словно к себе домой.
– Ну и свинья!
– возмутился он.
– И ты мне позволила?
– Ты не спрашивал, - пояснила она.
– Словно к себе домой.
– Кто она?
– выпалил он.
– Та, ради которой ты бросишь всё на свете, - откликнулась она.
– Что я брошу?
– ошарашенно пробормотал он.
– Да что ты всё загадками говоришь?
– Она была против спать вместе, - с какой-то мстительной интонацией сказала она.
– И ты лёг с ней в другой спальне. Мне больно. Поттер, ты слышишь? Мне больно. Поттер!
Чёрт, да это же она не про свои переживания говорит. Опомнившись, он отпустил её руки, которые, как оказалось, сдавил, словно в тисках, и она встряхнула побелевшими кистями, разгоняя кровь. Лицо её при этом ни на секунду не потеряло своей беспристрастности.
– Ты сначала лёг с ней, - беспечно заметила она.
– Мне было прекрасно слышно...
– Чёрт!
– воскликнул он, чувствуя, что от стыда готов провалиться сквозь землю, вскочил и понёсся в гостиную.
– Скажи мне, Поттер, - спросила она вдогонку.
– Это нормально, что она так громко кричит? Ей точно не больно? Ты её не обидел?
Он добежал до уборной на первом этаже, включил кран с холодной водой и засунул под него голову. Сердце постепенно перестало колотиться в виски, и стало легче. Разогнувшись, в зеркале он увидел её.
– Ответь, - попросила она.
– Не знаю, - буркнул он.
– Вряд ли я кому-то стал бы делать больно... Я тебе когда-нибудь делал больно?
– В первый раз, - ответила она, опустив глаза.
– Сейчас, - показала она ему кисть, которая теперь краснела, явно обещая превратиться в сплошной синяк.
– Прости, - сказал он и зарылся в полотенце.
– А первый раз... Это всегда так.
– Я знаю, - откликнулась она.
– Знала, чего ожидать.
– Кто она, Панси?
– спросил он.
– Иногда приходил с ней, - продолжила она, не обратив внимания на его вопрос.
– Иногда без неё... Теперь ты в сознании и вспомнишь. Но сам. Ты детектив. Пора за работу.
– Как мне работать, если главный свидетель моего преступления не желает сотрудничать со следствием?
– возмутился он.
– Я в тебя верю, - сказала она и отправилась одеваться.
В прихожей она поправила ему воротник и разгладила складки на пиджаке.
– Я приду вечером, - сказал он, ожидая её обычного ответа.
– Нет, - ответила она.
– Я тебя не жду.
Он попытался поймать взгляд её зелёных глаз, но она упрямо смотрела в сторону. Поцеловал пальцы и отпустил, и её рука безвольно упала, а он вышел наружу и застыл на крыльце, ожидая, что она вновь откроет дверь и позовёт его обратно. Через пять минут, не дождавшись, он спустился на тротуар и побрёл, предоставив ногам нести его, при этом мучительно вновь и вновь переживая, как он мог позволить ей так легко от себя избавиться.
Глава опубликована: 21.02.2016
Глава 3. Старые раны
Он лишь думал, что идёт домой, на Гриммо, но ноги опять сами решили за него. Нет, он не вернулся к Панси, как можно было ожидать, но когда смог наконец отвлечься от своих размышлений, обнаружил себя в знакомом садике, который окружал дорожку к небольшому двухэтажному особняку, затерявшемуся в центре Лондона. Очевидно, его подсознание лучше знало, что ему нужно. Он сел на качели в тени раскидистого дуба, где они так любили сидеть вечерами в ту ещё пору, когда всё, что она ему позволяла это безудержные поцелуи в кустах, - до сухоты во рту и сбившегося дыхания, - не забывая при этом раздавать шлепки его требующим большего рукам. Голубое небо над головой вновь напомнило её глаза, и он не отрываясь смотрел в эту безупречную синеву, позволив воспоминаниям пусть ненадолго наполнить его ощущением того счастья.
– Гарри?
Он сел ровно, а потом и вовсе вскочил, чуть не ударившись головой о козырёк от дождя.
– Миссис Гринграсс, - пробормотал он, пытаясь поклониться, но она стремительно шагнула вперёд и обняла его, не позволив переключиться на формальный тон.
– Я же тебя просила, Гарри, - упрекнула она, когда он неловко обнял её в ответ.
– Мы давно уже на "ты". Зови меня просто, по имени.
– Я...
– вздохнул он после того, как она его отпустила.
– Я просто не знаю, как теперь...
Миссис Гринграсс протянула руку и провела по его волосам. Ей потеря далась тяжело - ещё полгода назад она выглядела от силы лет на тридцать пять, а уж когда её лицо освещалось улыбкой, то и вовсе казалась тридцатилетней. Теперь же выплаканные слёзы словно оставили борозды на лице. Нет, будучи искусной колдуньей, она прекрасно знала, как управиться с появляющимися морщинками, но - она не хотела. Может, это был её способ остаться в мире с утратой.
– Ты по-прежнему пьёшь?
– спросила она.
Без осуждения, а лишь как заботливый родственник спрашивает о здоровье. "Твой насморк уже прошёл?" Гарри помотал головой.
– Нет, я бросил в среду, - ответил он.
– От тебя пахнет, - принюхалась она.
– Или это новый одеколон?
Она имела право задать ему такой вопрос. В конце концов, она была одной из самых близких ему людей.
– Нет, Перри, я трезв, - ответил он.
– С утра прополоскал горло и снова убедился, что больше не стоит.
– Я рада, - серьёзно кивнула она.
– Пойдём в дом?
– Если ты пригласишь, - учтиво откликнулся он.
– Глупости, Гарри, - заявила Пераспера, разворачиваясь и направляясь по дорожке на полшага впереди него.
– Ты же знаешь, что этот дом всегда будет твоим, даже несмотря на мелкие разногласия.
– Разногласия?
– осторожно переспросил он.
Она развернулась, пристально вглядываясь в его глаза, а потом рассмеялась, когда наконец разглядела в них то, что искала.