Чтение онлайн

— Алло! — послышался нежный женский голосок.

— Извините, ханум, господин Паранд-хан дома?

— Кто, кто?

— Господина Паранд-хана, говорю, можно попросить к телефону?

— Господина Чаранд-хана?

— Нет, господина Паранд-хана! А вы случайно не супруга ему будете?

— Перестань хамить, балбес! Ты ненормальный, что ли? Что за чушь несёшь?

Как это понять? Неужели супруга Паранд-хана за эти два-три года так изменилась? Я решил не горячиться и сохранять спокойствие:

— Прошу прощения. Это Хосроу говорит. Я не хотел бы беспокоить вас, но если можно…

— Мне наплевать, кто ты, негодяй, хам! Положишь трубку или позвать господина полковника, чтобы он тебе всыпал куда следует?

В чем дело? Что случилось? Почему мне так сегодня не везёт? При чем здесь господин полковник? Вижу, что с госпожой бесполезно препираться. Может быть, номер неправильно соединился или супругу Паранд-хана укусила бешеная собака?

Я положил трубку и на букву «т» нашёл номер телефона Таги, который, к счастью, оказался дома:

— Алло!

— Таги-джан, как дела?

— Это ты, Хосроу?

— Я!

— Ну, сегодня, видно, счастье улыбнулось мне. Искал тебя в небесах, а ты, оказывается, здесь рядом, на земле!

Я сразу успокоился, забыл о ругани и оскорблениях госпожи полковницы.

— Где ты пропадаешь, Хосроу-джан? Как это ты вдруг вспомнил о нас?

— Да так, просто взял трубку и набрал твой номер.

— Отлично сделал. Видишь ли…

— Что, дорогой?

— Я, конечно, понимаю, что ты тоже очень занят, но не мог ли бы ты раздобыть для меня десять туманов?

— Сколько?

— Десять туманов.

— Десять туманов. Так это же ерунда, дорогой! Хочешь двадцать, тридцать, пятьдесят, сто туманов! Сколько хочешь, я весь к твоим услугам.

— Нет, Хосроу-джан, так много мне не надо. Мне хватит и десяти туманов. Когда бы ты смог принести их?

— Когда изволишь! Хочешь, прямо сейчас возьму такси и привезу. Говоришь, десять туманов хватит?

— Да всю жизнь буду обязан тебе.

— Ладно, ладно… Как супруга, как дети?

— Вот как раз эти десять туманов для них и нужны.

— Для кого?

— Ну для Шахлы, конечно.

— А что с ней?

— А ты разве не знаешь? Вот уже два месяца, как мы с Шахлой разошлись. А теперь её братья срочно требуют её приданое. Понимаешь?

— Ну и что?

— Я уже двадцать тысяч туманов с горем пополам раздобыл. Осталось ещё десять тысяч… Если бы… (Я уже перестал слышать слова Таги.) Через час-два эти десять… тысяч… туманов… привезёшь, я буду тебе вечно обязан.

— Сколько, Таги-джан, говоришь?

— Ну десять тысяч туманов.

— Да ты что, с ума спятил? Заболел, что ли? Откуда у меня столько денег? Ты ведь знаешь, что я гол как сокол.

— Так ты все это время издевался надо мной?

— Почему издевался, Таги-джан? Ты сказал — десять туманов. Я и подумал, что ты имеешь в виду наши обычные туманы. До ста туманов я мог бы тебе одолжить.

Таги резко повесил трубку. Но я на него не обиделся. Бедный Таги. Почему у меня нет этих денег, чтобы прийти к нему на помощь? Я задумался над разбитой жизнью Таги и над своим жалким положением…

Ну что же, может быть, хватит названивать, подумал я, но рука машинально продолжала листать телефонную книжку дальше.

Так я дошёл до букв «дж» и «ч». Джавад уже давно выехал из Тегерана. Джаббар же, да благословит его Аллах, уже полгода, как перешёл в лучший мир.

На букву «ч» мне бросилось в глаза несколько странных фамилий: Ченгал-заде, Ченавази, Чехаки, Чекванд, Челкари, Чекаваки, Черад.

Как ни напрягал я свой мозг, никак не мог вспомнить их владельцев. Кто они такие? Чем занимаются? Ума не приложу, как очутились их имена в моей записной книжке?

После долгих усилий смог припомнить Чекаваки. Несколько

лет назад я познакомился с этим человеком в доме одного из своих приятелей. Чекаваки был артистом и хорошо играл на дудочке. Там, в гостях, мы и обменялись телефонами. Ну а что же мне делать сейчас с этим телефоном? Бедняга почти каждый вечер играет на дудочке в разных местах. Подобных мне поклонников у него немало. Как знать, вспомнит ли он меня? А если и вспомнит, что я ему скажу? Поиграй, мол, пожалуйста, по телефону на дудочке, а то мне что-то взгрустнулось?

Итак, господин Чекаваки тоже не подходит. Следующая буква «х». Мне захотелось набрать номер телефона Хосейна. Набрал. Послышался милый женский голосок:

— Да!

— Извините, пожалуйста, можно попросить к телефону Хосейна-агу?

Стоило мне только кончить фразу, как нежный и ласковый голосок госпожи преобразился в рёв раненой тигрицы:

— Негодяи! Пусть лопнут ваши ненасытные утробы! Распутники! Голодранцы! Отстаньте от Хосейна! Дайте ему возможность побыть дома с женой и детьми! С утра до ночи таскаете его по кабакам, втягиваете в азартные игры, спаиваете и обираете его! Хватит этой грязи! Довольно!..

…Я растерялся и не знал, что ответить. Не могу же я просто так бросить трубку.

— Извините, ханум, вы, видимо, ошиблись, я хотел поговорить с господином Хосейном.

— С кем?

— С Хосейном-агой М.

— Извините ради бога, господин, здесь квартира Хосейна-аги Н. Будь проклят этот телефонный узел, который вечно все путает. Извините, умоляю вас.

— Пожалуйста, ханум. Ничего страшного! Будьте здоровы и поберегите нервы!

Я медленно опустил трубку… В телефонной книжке на букву «д» и «з» были записаны ничего не говорящие мне телефоны: детский сад, детская одежда, дом для малолетних преступников, диетическая столовая, зубной врач, зоопарк, заочный институт.

На буквы «с», «ш», «т», «г» было много имён, но одних, кому они принадлежали, я вовсе забыл, с другими отношения были испорчены и не хотелось звонить, у третьих телефоны оказались занятыми. Огорчённый, я решил наконец отказаться от мысли дозвониться до кого-либо.

Взяв журнал, я лёг на диван и стал бесцельно перелистывать страницы и рассматривать картинки. Постепенно меня начала одолевать дремота, я почти погрузился в сон, как вдруг зазвенел телефон. Я схватил трубку.

— Алло!.. Слушаю. Говорите, пожалуйста! Кого вам надо? С кем имею честь?