Чтение онлайн

Сольвани обожал хитрости и обман, больше всего на свете. Лепестки роз, по всей алее да самых ворот замка. Иллюзия красиво сложенного мужчины, заставившего растаять молодую Маркизу, и конечно ванна, заполненная ароматными маслами из горных трав. Все было создано для того, чтобы эта юная прекрасная девочка получила удовольствие от предстоящего представления. Он предусмотрительно избавил герцога от возможности говорить и двигаться, а сам наслаждался своим спектаклем. Девочка явно соскучилась по мужским ласкам и практически сразу отдалась порыву нахлынувших на нее чувств. Сольвани восторгался самим собой, картинка двух сплетенных в ванной тел стояла перед его глазами, а стоны заполнили все пространство вокруг. Он был абсолютно счастлив, наблюдая за происходящим, находясь все время рядом и заглядывая в наполнение страстью глаза Маркизы, даже на подозревавшей о том, что он здесь. Во время кульминации он заполнил ее до краев, а она, не противясь его крайней плоти впитала в себя все его семя, оставшись довольной и удовлетворенной.

Дальше было еще интересней, Сольвани даже не стал гневаться на то, что она стала резать идеальную иллюзию своим мечом, а ведь на ее создание мастер потратил столько времени, даже кровь была натуральной. Она требовала, она унижала, как же это было по-дворянски, настоящую, пропитанную властью и высокомерием кровь, нельзя было ни с чем спутать. Она не верила, что перед ней сам герцог, она просто знала о том, что он стар и требовала настоящего снова и снова. Девочка приятно удивила Сольвани, так старавшегося с помощью иллюзий убедить ее в обратном. Она рассказала обо всем что ей известно и о матери, и о церкви. Даже поведала о том, что скоро прибудет сам архиепископ, заявив, что она все равно будет герцогиней. Умная, страстная и такая холоднокровная, как змея, она готова была пойти на все что угодно ради того, чтобы заполучить то, что принадлежало ей по праву рождения, требуя отдать ей кольцо.

Сольвани ничего не оставалось, он просто снял его с пальца этого наглого ноющего высокомерного мальчишки, в которого превратился герцог, теперь походивший больше на шута, в своих новых одеждах. С кольцом пришлось немного повозится, оно острыми иглами впилось в плоть бывшего владельца, который истошно кричал, требуя Сольвани остановится. Вот только его криков кроме самого мастера обмана больше никто и не слышал. Кольцо упало на пол возле Маркизы, став для ее видимым.

Мастер иллюзий не обладал возможностью, как его хороший знакомый Серо стирать память и поэтому просто наложил заклятие невидимости на окончательно обезумевшего Бергена. Продолжая кричать, что его зовут Логос, он убежал прочь, пообещав не вспоминать об этом дне больше никогда, ну а Сольвани остался дальше понаблюдать за Маркизой.

Девочка явно знала, чего она хочет и зачем сюда пришла. Одев кольцо и почувствовав, как оно десятками игл прокалывает ее плоть, упала на пол без чувств. Сольвани довольно долго ждал, пока она придет наконец-то в себя и даже начал скучать, присев рядом с ней и проведя по ее приятно пахнущим волосам, не боясь остаться замеченным. Его больше не интересовало тайное знание о крови, так оберегаемое церковью, его интересовал сам процесс инициации, которая проходила прямо на его глазах. В тот самый момент, когда он уже было подумал, что все оказалось тщетным и поднявшись с пола, решил отправиться на поиски Логоса, Маркиза пришла в себя.

— Я знаю, что вы здесь, господин Сольвани! — ее голос заставил холодной дрожью пробежаться по всему телу, опешившего от неожиданности мастера иллюзий и обмана, застывшего в оцепенении и боявшегося даже, повернутся, для того чтобы убедиться, что она его сейчас не видит.

— Я не вижу вас, но точно знаю, что вы находись в этой комнате. Я видела все что произошло с герцогом до этого, день за днем, год за годом. Абсолютно все! Думаю, вы очень удивлены и пойму, если вы так и не появитесь перед герцогиней Маркизой де Тэрау. Совсем скоро прибудет архиепископ Конрад Асторийский, я убеждена, что он уже знает о том, что власть перешла в мои руки. Я не буду спрашивать, что вы намерены сделать с этим ничтожеством, но надеюсь вы прекрасно понимаете, что мой отец больше не нужен. Я жду вас в любое время, в своем замке, если вы все еще не утратили тягу к тому, чтобы узнать о крови детей огня гораздо больше.

Сольвани ничего ей не ответил, решив оставить, все как есть. Он, погрузившись в свои мысли, переполненные догадками и противоречиями, покинул замок, намереваясь не торопить события открывшись взору юной герцогини. Ему все больше становилось понятно, что он совершенно ничего не знает о законах, по которым живет этот удивительный мир вокруг.

Небо за пределами города Гротеск.

Мы спешно собирались в дорогу. Колебан так и остался стоять на своем, требуя по пять серебреных с каждого, на том и порешили. Мы помогали вместе с Салли грузить вещи на повозку, пока ее хозяин расплачивался за провизию, так нужную, для столь долгой дороги. Логос сидел на ступеньках, у входа в заведение, где мы познакомились и наглаживал свою лютню, изредка поглядывая на нас и широко улыбаясь. Меня все не покидало чувство, что с ним в дороге обязательно будут проблемы. Да и вообще куда он собрался ехать, он так и не сказал. При нем кроме небольшого мешка да лютни ничего не было, толи он был полным дураком, толи и не собирался далеко уезжать. Наконец Колебан расплатился с хозяином, который остался доволен от такой сделки и направился к нам. Патрик же все это время снаряжал лошадей, а после того как запряг их в повозку, устало сел за поводья с интересом наблюдая за нами. Как только мы уже готовы были ехать, раздался звон местной часовни, который не предвещал ничего хорошего. Мы глянули в ту сторону откуда исходил звон, но Колебан толкнул меня по плечу, приказывая залезать всем в повозку.

— Чего встали, поехали! Не по нашу душу трезвонят…

Мы чуть было не забыли, зазевавшегося Логоса, который в последний момент забросил свой мешок и лютню, залезая на бегу сам. Повозка медленно покатилась по каменной мостовой, скрепя и качаясь, на будто старое больное животное, воющее перед смертью, билось в агонии, отдаваясь на каждом ухабе и выбоине болью в пятой точке. Это сразу же заметил толстяк Колебан:

— Как из города выйдем, сразу мягче пойдет, старая она у меня. Всю жизнь меня кормит…

На его слова повернулся Патрик и с удивлением посмотрел на своего спутника, заставив его даже добавить:

— А что не так я сказал? Давно бы новую купили, если бы стражники не потеряли наши бумаги. Тогда отдали бы нам деньги за тот день. Век воли не видать, я бы стал богаче на два золотых! — Патрик, опять прищурившись, глянул на старика и тот снова добавил:

— Мы бы стали богаче, мы!

Дальше, до самых городских ворот, ехали молча. Салли закрыв глаза дремал, я наблюдал за Патриком и Колебаном, а Логос отвернувшись от нас, что-то искал в своем мешке. Мы остановились возле сторожки, и наш возничий принялся расхваливать местных стражей правопорядка, хотя минуту назад клял их, как только мог. Стражники осмотрели наш провиант и получив несколько медных монет с каждого за проезд пропустили, даже не проверив вольных грамот или наличие рабского клейма. Уже под сводами ворот я сумел расслышать короткий разговор двух охранников.

— Опять ты опаздываешь, Марк. Мне надоело прикрывать перед командиром твою тощую задницу.

— Так я это. Ты новости последние слышал? Говорят, в городе новый герцог. Даже сам архиепископ приехал его поздравить?!

— А со старым что? Не уж то переел и лопнул? — захохотал один из говоривших.

— Да вроде баба, какая-то? — неуверенно оправдывался второй.

— Ерунда все это… — голоса исчезли за воротами, и я больше не слышал то, о чем они говорили дальше.

Я переключил все свое внимание на бескрайние поля ржи, что лежали перед нами в долине. Здесь во всю работали люди стараясь успеть собрать хлеб до сезона дождей. Повозка и вправду пошла мягче и меня стало медленно укачивать, погружая в сон. Я глянул на спящих Логоса и Салли, тоже последовав их примеру, закрыл глаза и поддался нахлынувшей на меня слабости. Совсем скоро повозка совсем перестала скрипеть, ровно качаясь из стороны в сторону, будто колыбелька для детей. Не знаю, почему я об этом вспомнил в этот момент, представив, как отец убаюкивает меня что-то напевая. Было ли когда-то это со мной я не знал, но хотел в это верить, верить, что все было именно так, окончательно провалившись в сон.

Прошло довольно много времени и солнце, которое висело до этого довольно высоко, начало медленно садиться на западе. Поля постепенно сменились редким лесом, а потом и вовсе исчезли. Дорога стала куда уже чем была, и редкие ветки густого кустарника лезли к нам прямо в повозку, вокруг запахло деревом и влагой. Я довольно потянулся чувствуя, что спать мне больше совершенно не хочется. Посмотрев, что Салли все еще спит, а Логос увлеченно что-то пытается записывать на кусок бумаги, всматриваясь в местную природу, я пододвинулся поближе к возничим и решил завязать с ними разговор: