Чтение онлайн

«Получил Вашу шифровку, – писал Ленин, – об отчаянном положении Закавказья. Мы приняли ряд мер, дали немного золота Армении, подтвердили всяческие поручения Компроду /Наркомату продовольствия – Ю.Ж./. Но я должен предупредить, что мы здесь сильно нуждаемся и помогать не сможем. Настоятельно требую создать областной хозяйственный орган для всего Закавказья».64

Указание руководителя партии Орджоникидзе и Киров (в те дни уже оставивший работу в Наркоминделе и возглавивший партийную организацию Азербайджана) постарались исполнить как можно точней и быстрей. Два дня спустя после получения телеграммы Ленина, 11 апреля, провели расширенное заседание Бакинского городского Совета, на которое пригласили депутатов районных советов и лидеров крупнейших (не только в республике, но и в крае) профсоюзов. На нём утвердили резолюцию, замысленную как призыв к началу объединительного движения.

«Трёхлетняя разобщённость закавказских республик, – отмечал принятый единогласно документ, – под руководством националистических партий (мусаватистов, дашнаков и грузинских меньшевиков) не давала возможности экономическому возрождению и мешала их развитию и процветанию. В интересах Советской власти в Закавказье необходимо хозяйственное объединение всех советских республик».

Чтобы не напугать, не оттолкнуть массы (в том числе и коммунистов), как и большинство слишком сроднившихся с суверенностью, считавших её наиважнейшим завоеванием революции, авторы резолюции тут же пояснили – «при полном сохранении национальной независимости, самостоятельности языка и культуры каждой из них».65

И всё же завершалась резолюция открытым призывом совершенно иного характера: «Да здравствует Союз Закавказских республик!».

Соблюдая партийную дисциплину – ведь Орджоникидзе возглавлял Кавказское бюро ЦК, объединявшее три закавказских компартии – ЦИКи и Совнаркомы Азербайджана, Армении и Грузии ограничились издевательским, по сути, минимумом того, что от них ожидали. 20 апреля подписали соглашение всего лишь об объединении железных дорог Закавказья.66 И без того изначально единых, ибо состояли практически из одной основной магистрали, связывавшей Баку (через Тифлис) с Батумом, и двух непротяжённых веток: Тифлис-Александрополь-Нахичевань и Тифлис-Телави. Управление которой – от одной государственной границы до другой – в ущерб для её эксплуатации поделили весной 1918 года. С провозглашением независимости трёх республик.

На большее в Закавказье идти отказывались, пытались любым способом отсрочить потерю своей самостоятельности. Тем и вынудили Сталина выступить 2 мая в «Правде» со статьёй. А ею взывать к Баку, Эривани, Тифлису. Убеждать, уговаривать их всё-таки сделать то, на что так надеялся Ленин.

Мнение Сталина не осталось гласом вопиющего в пустыне. Случайно или преднамеренно (этого мы никогда не узнаем), но именно 2 мая было реорганизовано Кавказское бюро ЦК РКП(б) – высший областной партийный орган, руководивший повседневной деятельностью компартий Азербайджана, Армении и Грузии. В него включили не трёх, как прежде, а семерых. Председателем – всё того же Г.К. Орджоникидзе. Членами – С.М. Кирова и Н. Нариманова от Азербайджана, А.Ф. Мясникова (Мясникяна) от Армении, Ф. Махарадзе и М. Орахелашвили от Грузии.

Как вскоре выяснилось, и Орджоникидзе, и Киров оказались единомышленниками Сталина. Такими же, как и он, искренними, горячими сторонниками скорейшего воссоединения страны. Создание же хотя бы экономического союза закавказских республик рассматривали как первый, важный и необходимый опыт, который позволит обнаружить все подводные камни на столь неизведанном, а потому и опасном, пути.

Именно потому уже 1 июня, даже не доведя до конца реорганизацию управления железных дорог, они поспешили выдвинуть новую задачу – создание общего для Закавказья Наркомвнешторга. Рассмотрели проект, представленный Ф.Я. Рабиновичем, присланным из Москвы уполномоченным СТО и НКВТ РСФСР.

Имевшим на руках весьма строгое предписание ЦК РКП(б). Там, полагая вопрос вполне решённым, далеко забегая (потому) вперёд, требовали от своего представителя:

«1. Закавказские советские республики (Грузия, Азербайджан, Армения) являются самостоятельными и независимыми. Уполномоченный СТО и НКВТ должен принимать во внимание настроение широких масс населения закавказских советских республик и международные условия настоящего момента, особенно тщательно подчёркивая эту самостоятельность.

2. Исходя из того, что указанные республики признают необходимым объединить деятельность своих внешнеторговых органов в единый Внешторг закавказских советских республик, в компетенцию которого входит самостоятельное решение вопросов внешней торговли закавказских советских республик, на уполномоченного возлагается задача всемерного соблюдения самостоятельности этого органа с одновременным обеспечением экспортных интересов РСФСР».67

2 июня Кавбюро утвердило проект, представленный Рабиновичем, но в своём решении пошло гораздо дальше. Решило форсировать события и добиться сразу же полного объединения всей экономики Закавказья. «Для согласования работы экономических Наркоматов, – указывал документ, – и подготовки общих хозяйственных вопросов в каждой республике образуется Экономический совет в составе ВСНХ, Наркомзема, Наркомпрода, Внешторга, Наркомфина и Совпрофа /Совета профсоюзов – Ю.Ж./, имеющий совещательный характер». Тем же решением предполагалось в течение месяца и объединить три Экономических совета.68

Миновал обусловленный месяц, однако в Закавказье мало что изменилось. Единое управление железных дорог существовало лишь на бумаге. Также саботировалось и решение по созданию надреспубликанского Экономического совета. Единственное, на что пошли ЦИКи и Совнаркомы Азербайджана, Армении и Грузии, стало соглашение, подписанное 25 июня, о создании единого для них Наркомвнешторга. Ему предоставили «1. исключительное право продажи на заграничном рынке всех экспортных товаров, составляющих экспортный фонд договаривающихся республик; 2. исключительное право закупок для всех без исключения учреждений и предприятий договаривающихся республик». И установили, что объединённый Наркомвнешторг «имеет единый валютный фонд, и ему предоставляется исключительное право приобретения иностранной валюты для нужд договаривающихся республик».

Однако главное требование Кавбюро – создание единого межреспубликанского Экономического совета – только упоминалось в пункте 6-м соглашения, да и то весьма неопределённо – «впредь до организации Высшего экономического совета…».69

Вместо интеграции три республики более чем активно занялись размежеванием, инициатором чего стал Тифлис ещё в апреле.70 Даже создали Особую смешанную комиссию по урегулированию внутренних границ. Поначалу уточняли принадлежность незначительных по площади участков на стыке границ Грузии, Азербайджана и Армении, то есть в бывшей нейтральной зоне Лори.71 Но слишком быстро перешли к старым спорам о принадлежности уже целых уездов, что грозило возобновлением межэтнических конфликтов.

Положение начало стремительно накаляться после 3 июня, когда Кавбюро пришлось заняться вплотную вопросом Зангезура. Туда (после неудачного февральского мятежа в Эривани) бежали дашнаки, а 26 апреля создали там правительство Нагорной Армении, возглавляемое Нжде. Переговоры с ним о мирном разоружении, которое вёл С. Касьян, ни к чему не привели, и только потому пришлось прибегнуть к самым жёстким мерам.

Самого председателя СНК Армении, как не справившегося с порученным делом, сняли, утвердив вместо него А.Ф. Мясникова и назначив его одновременно наркомом по военным делам. Поручили ему «Зангезур ликвидировать в конце июня. Немедленно приступить к военным действиям… Указать в декларации армянского правительства о принадлежности Нагорного Карабаха к Армении».72

Мятежных дашнаков окончательно изгнать из пределов республики (в Персию) удалось в середине июля. Декларацию же подготовить оказалось гораздо проще. 12 июня Мясников подписал декрет СНК, и содержавший предписание Кавбюро: «На основе декларации ревкома Социалистической Советской Республики Азербайджан и договорённости между социалистическими советскими республиками Арменией и Азербайджаном провозглашается, что отныне Нагорный Карабах является неотъемлемой частью Социалистической Советской Республики Армения».73