Чтение онлайн

— Ты наших птичек с рингтоном спутал!

— Не может быть? Это реально птицы? — поражается Макс. Густые брови недоверчиво сдвигаются, образуя две вертикальных складки.

— Вы шутите?

— Да нет же! У Миры в комнате амадины живут. Хочешь, сам посмотри! — предложил отец, щедро наполняя свой бокал.

— Мира, покажешь? — Макс обращается ко мне осторожно, почти робко.

— Запросто! — щедро обещаю я и бодренько вскакиваю с дивана.

Проходим в мою комнату. Он внимательно осматривается и я, следуя за его взглядом, осматриваюсь вместе с ним. Обои пастельных тонов. Светлая мебель, карта желаний над персиковой кроватью, раскидистая пальма в углу, на столе клетка с амадинами. Прежде, чем подойти к клетке, он задерживается около карты желаний. С интересом изучает мою голову, наклеенную поверх идеальной фигуры Алессандры Амбросио в бикини. Снизу подпись «вешу 51 кг». Нет уж, это слишком личное! Подхожу и решительно оттаскиваю его за локоть в сторону пернатых.

— Две белые птички — самочки. Серые с пестрыми крылышками — самцы, — объясняю ему. — Песенки, которые ты слышал, поют мальчики. Девочки только чирикают.

— Все, как у людей, — заявил Макс. Гляжу на него с улыбкой, мол шутку его оценила. Но в его глазах нет и доли веселья. Не успеваю возмутиться про «только чирикающих девочек», как вдруг один самец начинает верещать высоким, жалобным писком.

— Что это с ним? — интересуется Макс.

— Мм… Готовится стать отцом, — смущенно признаюсь я и, кажется, краснею. Мы наблюдаем, как амадин подлетает к самочке и, отчаянно махая крылышками, завершает свою птичью любовь, напоследок тоненько, еле слышно посвистывая.

Мне почему-то не по себе. Стоим тут одни в моей комнате, затаив дыхание, любуемся птичьим интимом. Неоднозначная ситуация. Опять становится стыдно. Утомляет меня это чувство. Хочется отстраниться подальше от этого красавчика с модельной внешностью. Чтобы выдохнуть, наконец, и зажить старой жизнью. Без этого бесконечного «стыдно» и «неловко».

Он ко мне подходит вдруг близко-близко, внимательно осматривает, будто впервые. Его лицо вблизи моего создает иллюзию близости. Он рядом физически, а внутренне фиг знает где. Только не здесь. Не со мной. Совершенно неожиданно поправляет мне за ухо упавшую на лицо прядь и произносит задумчиво:

— А ты красивая. Фигуристая, с аппетитными изгибами. Губки так и просятся на поцелуй.

Внезапно разворачивается и направляется прочь. Так просто.

Остаюсь в своей комнате. Больше не выхожу даже попрощаться. Странный он парень. Опасный. Непонятный. Интригующий. Манящий и отталкивающий одновременно. Но больше отталкивающий, думаю я. На этих мыслях, похоже, засыпаю.

Впервые я встретил Миру в первых числах сентября. Новый учебный год только-только начался и рабочий настрой все еще не появился. Вместе с одногруппниками я ждал препода по «Определению энергоэффективности зданий». До лекции оставалось пять минут и я изо всех сил боролся со скукой, наблюдая за разноцветным потоком опаздывающих студентов. Мира растерянно плыла по универскому коридору и отчаянно вертела головой, разглядывая номерные таблички на дверях аудиторий. Обеими руками она прижимала к себе огромную тетрадь и всеми силами пыталась не поддаваться панике.

Большие, карие глаза на открытом, доверчивом лице. Платьице и сиреневый шарфик подчеркивали ее хрупкий, воздушный образ Белоснежки из диснеевского мульфильма. В детстве у меня на стене висели фотообои с персонажами из сказок. Перед сном мама включала мне ночник и я подолгу любовался красочными картинками, которые, как оказалось, накрепко осели в подкорке.

Мне вдруг стало ужасно жаль это нежное, потерянное создание, проходившее мимо. На волне внезапно нахлынувшего сочувствия подошел к ней, поинтересовался:

— Не можешь аудиторию найти? Помощь нужна?

Девушка коротко кивнула. Волнуясь и нервничая, она умудрилась тепло мне улыбнуться, будто желая приободрить нас обоих, и пробормотала:

— Ничего, скоро найду. Нашла же я однажды выход из Римских катакомб! Уж кабинет по эстетике я как-нибудь разыщу! Правда же?

Когда я увидел эту ее улыбку, понял, что попал. Ее сияющее лицо затмило коридор, студентов, учебу, универ в целом. Мне вмиг стали неважными и энергоэффективность зданий, и строгий препод, и вероятные проблемы из-за опоздания. Плюнул на грядущие последствия, подхватил свой рюкзак и бросился ее провожать.

Шли мы быстро, почти бегом. Успели вовремя, в аудиторию она впорхнула вместе с лекторшей — строгой, импозантной дамой лет сорока. На прощанье успела мне помахать и широко улыбнуться.

Когда она зашла в аудиторию, я так и остался стоять столбом около двери — ждать окончания пары. До чертиков боялся ее потерять. Отправил сообщение одногруппнику, попросил сделать аудиозапись пропущенной лекции. После окончания пары сразу выцепил ее взглядом из вытекающей в коридор толпы сокурсников. Подбежал, запыхавшись от волнения, предложил:

— Хочешь, поработаю сегодня твоим личным гидом? Буду провожать тебя по учебному маршруту самыми короткими путями. Со мной не заблудишься!

Она чуть смутилась, глазки опустила, щечки сразу порозовели. Стала такой хорошенькой, что глаз не оторвать! Но, к счастью, кивнула. И не подумала выпендриваться! Проводил ее до очередного кабинета, но отклеиться от нее никак не мог.

Слушал ее певучий, выразительный говор, ее истории о сегодняшнем суматошному утре, и на сердце сладко щемило. Не отказался бы даже застрять в бесконечном дне сурка ради одного этого момента! Она вдруг всполошилась. Вытащила смартфон и говорит:

— Я себе не прощу, если из-за меня ты опоздаешь на пару. Скажи мне свой номер.

От ее вопроса захотелось прыгать до потолка. Как щенку двухмесячному. Еле сдержался. Продиктовал ей свой номер ровным, скучным голосом. Она мне тут же позвонила и говорит:

— Видишь? Теперь мы точно не потеряемся! Буду тебя ждать после пары здесь же. Если что-то случится, созвонимся!

Сердце ликующе застучало, посильнее отбойного молота. Даже удивился, как она не услышала.

Старт мы взяли отличный. Я показал ей местную столовку, ввел в курс лучших местных блюд. Проводил в библиотеку, мы вместе позанимались. В спортзал отвел на йогу.

Все подумывал, как бы пригласить ее на свидание и куда. Этим летом я помогал родителям строить дом, работать на себя практически не получилось и бюджет мой оказался сильно ограничен. Батя мне пробовал деньги всучить, но я отказался. Унизительно здоровому парню брать деньги у предков. Не инвалид, руки-ноги есть. Сам выкручусь. Заплатил за общагу, сразу за весь год. И сейчас об этом сильно жалел. Хотелось придумать для моей особенной девочки нечто масштабное, сногсшибательное. Но финансы, поющие романсы, не позволяли сильно разойтись. Хотел подыскать работу на выходных. Но ведь это означало бы меньше времени с моей ненаглядной девочкой. С моим личным наркотиком. Мучался, прикидывал. Доприкидывался.

— Как хорошо иметь такого друга, как ты! — однажды заявила она, игриво ударив меня по плечу, пока я провожал ее до остановки. — Никаких дурацких приставаний! Никаких проблем, метаний, эмоциональных качелей! С тобой так легко и спокойно.

Я обомлел от ужаса. Мне бы возразить, воскликнуть: «Какой нахрен друг?! Я спать не могу, о тебе мечтаю!» Но я стормозил. Смалодушничал. Если ей только как с другом со мной хорошо, вдруг откажется от меня, если правду узнает? Промолчал, как дурак. Идиот! Трус презренный!