Чтение онлайн

* * *

— Так ты говоришь, что наших первых пажей и дхивальцев можно объединить в одну группу и учить вместе? — выслушав доклад мастера-наставника, прокомментировал я, откинувшись на спинку стула.

— Не всех, — терпеливо повторил Раншил Толдокар. — Но шестеро из наших новых пажей имеют некоторый опыт управления оруженосцами, — подтвердил он. — Остальные тоже не в первый раз сидят в кабине, но эти шестеро — лучшие.

— Как тебе они в целом? — поинтересовался я, бросив быстрый взгляд на рабочий стол. Бумаг сегодня, слава богам, не так много. Закончу с парочкой отчётов и лично понаблюдаю за обучением пажей. Может и сам «стариной тряхну» — погоняю кого-нибудь, чтобы не расслаблялись.

— Упорные ребята, — невозмутимо констатировал мастер-наставник. — Всем бы моим ученикам такую мотивацию, прилежание и упорство!

Я слегка поёрзал на стуле, прикинув, не относится ли последнее замечание ко мне. Точнее, в какой степени оно ко мне относится.

Может устроить с мастером-наставником учебный поединок? А то моему полевому-патенту он как-то не особо доверяет.

— Любые команды выполняют беспрекословно, — продолжил наставник Толдокар. — Почтительны и внимательны.

— Не ленятся?

— Шутишь что ли? Занимаются до изнеможения, книжки читают, свой тактический стол сделали. От него их даже ночью чуть ли не за уши оттаскивать приходится. Мальчишки! — по-доброму усмехнулся старый рыцарь. — Горят желанием как можно быстрее закончить обучение и отправиться домой, бить врага.

О да, как знакомо! Эти молодые восторженные мальчишки, которые летят на огонь войны словно мотыльки. И так же быстро сгорают без следа.

Может стандартная программа Академии Доблести слегка, а местами и полностью устарела, но всё же три года не сравнятся с тремя месяцами ускоренных курсов конца той войны.

Неприятно, что мне приходиться проделывать что-то похожее, пусть и с дхивальцами. Да и предчувствия у меня плохие.

— Хорошо. Не давай им спуску! — напутствовал я мастера-наставника.

Толдокар ушёл.

Я вновь посмотрел на бумаги, и отложил их в сторону. Работать не хотелось.

Дхивальские пажи делают успехи — это хорошо. Но… Всегда есть это проклятое «но»! Неприятно осознавать, что все наши труды в любой момгут быть похоронены сброшенными с высоты бомбами.

Пожалуй, Толдокар подал здравую идею — стоит разделить дхивальских пажей на две, а может и три группы. Мало ли что.

Впрочем, причина моего дурного настроения была не в опасности с небес. Прошло уже четыре дня с того момента, когда я отбил телеграмму отцу Дэи, императору и железному маркграфу, но ответов от них так и не получил. Надеюсь, телеграфист тогда ничего не напутал, и отправил сообщения по нужным адресам? Почтенный Нотан утром проверял, заверил, что всё в порядке — сообщения получены.

Но ответа нет…

Может бросить всё и самому рвануть в Горан? Мне не привыкать ловить номера островитян. А император и железный маркграф пусть потом не жалуются — я их заранее предупредил!

Мои размышления прервал запыхавшийся Бахал, без стука ввалившийся в кабинет.

— Там это? Дом Готмал… — чуть ли не одним словом выдохнул он, зачем-то ткнув пальцем в потолок.

— Что? Наконец-то пришел ответ от маркграфа? — не понял я.

— Ответ, как же, — хмыкнул наёмник. — Над Степным Стражем парит здоровый дирижабль с вороном.

Глава 24

Жестокий выбор

Старый знакомец из Золотого, а это был именно он, в этот раз не захватил с собой паладина. Значит, это по крайней мере не вторжение. А то после налёта островитян я ничему не удивлюсь.

Похоже, причина отсутствия телеграмм нашлась — маркграф Тьерн Готмал решил нанести внезапный визит, не утруждая себя, а заодно и меня предупреждениями. Небольшая месть за такой же визит на его земли.

Почему я уверен, что это лично маркграф Готмал? Дирижабль явно является флагманом дома Готмал. С курьерскими миссиями его бы отправлять не стали.

— Бахал, кто у нас под рукой из рыцарей и оруженосцев? Копьё наскребём? — спросил я, отходя от окна.

— Так пажи, которые первая пятерка, — пожал он плечами. — Онилия опять же. Ну и мы с тобой кое-что можем. А что планируешь атаковать дирижабль «воронов»?

— Дурная шутка. Нам только проблем с родом Готмал для полного счастья и не хватает. Мне нужен представительный почётный эскорт.

— Чтобы уважение выказать и силу показать? — понятливо кивнул наемник. — Это можно. Это мы сделаем.

Картина снижающегося над Степным Стражем дирижабля стала такой привычной, что я начинаю от неё уставать. Ещё недавно один только вид воздушного корабля вызывал у меня легкий трепет, но теперь они ассоциируются у меня с неприятными вестями и встречами.

Простые люди на дирижаблях не летают. А от непростых лучше держаться подальше.

Я бросил взгляд на наспех собранный почётный караул. Внушительное было бы зрелище, будь оруженосцы и рыцари новыми или хотя бы однотипными. А с другой стороны, чего мне стесняться? Да и вообще, зачем так изгаляться для встречи маркграфа Южной марки? Я железного маркграфа и первого принца так не встречал, а их слово в империи весит куда больше.

Но что сделано, то сделано. Переигрывать поздно. Если сейчас отошлю почётный караул, то это посчитают оскорблением.

Да что же он так медленно-то?

Ветер сегодня был особенно злым — постоянно сносил воздушный корабль в сторону, несмотря на отчаянно вращающиеся винты. Дирижабль дважды заходил на посадку и дважды не мог победить ветер, приходилось вновь слегка набирать высоту и начинать всё заново. Наконец третья попытка оказалась удачной, вниз полетели швартовые концы. Надежно зафиксировав их, персонал причальной мачты подтянул дирижабль к земле, превратив в гигантский флюгер.

Пока персонал причальной мачты выполнял свои обязанности, я с интересом разглядывал флагман дома Готмал. Не «Вершитель Судеб» конечно, но вполне себе боевой дирижабль второго ранга: несколько пушек, площадка для магов, скорострельные пулеметатели.

Впрочем, пушек для второго ранга маловато. Видимо часть пришлось снять, чтобы дирижабль мог таскать с собой паладина. Но в этот полёт его не взяли. Видимо, чтобы меня не напугать.

В этот раз не было картинных высадок прямо с воздуха. «Стреноженный» дирижабль выдвинул из носовой части сходни, а уже по ним сначала в причальную мачту, а затем и на землю Вольной марки сошел Тьерн Готмал.

Холодные синие глаза скользнули по выстроенным для встречи оруженосцам и рыцарям, а затем остановились на мне.