Чтение онлайн

— Его Императорское Величество Суман Второй Олн с визитом к Его Сиятельству маркграфу Гарну Вельку! — громко провозгласил кто-то из самых дальних комнат.

Кажется, именно там располагается вход в моё мрачное узилище. Один из входов, если быть точным.

Как же не хочется вставать. Но надо, да и интересно, с чего бы это императору ко мне приходить. Неужели лично решил озвучить принятое фольхстагом решение?

— Ваше Императорское Величество, безмерно счастлив, что вы лично решили навестить скромного узника, — поприветствовал я императора, отыскав его в гостиной.

Вот кто, в отличие от маркграфа Александра Ранка, кажется неизменным. Всё такой же добрый дедушка, с недобрым, хищным взглядом.

— Вижу, ты всё так же дерзок и несносен, Гарн Вельк.

Интересно, когда такое было? Что-то не помню. Или Суман Второй просто чувствует, что при его священной особе я не испытываю должной степени верноподданнического восторга?

— Не знаю, хорошо это или плохо… — продолжил император. — Садись, — приказал он, приглашающее махнул на одно из кресел, — в ногах правды нет. Разговор будет долгим.

— Что с эпидемией в Южной марке? — поинтересовался я, присев в кресло.

Информации в газетах на этот счёт крайне мало. А Тьерн Готмал и Александр Ранк передо мной не отчитываются. Да и вообще за месяц так и не пытались связаться, словно и вовсе забыли, вычеркнув из расклада битую карту.

— И это всё, что тебя интересует? — удивился император. — Тебе своей судьбой стоит озаботиться. О больных ты уже позаботился… Пока что новых случаев нет, — добавил он, выдержав незначительную паузу. — Среди вывезенных жителей и части заболевших латников болезнь свирепствует во всю, но они собраны в трёх различных местах и их легко контролировать.

Я перевёл дух. Расслаблено откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Неужели получилось?

То, что спасённые от огня жители и часть латников заболела, ожидаемо. Я и не надеялся, что они полностью здоровы. Предупреждал об этом. Это если не вспоминать детей, которых брали скопом, невзирая на болезнь. Просто больных отвезли в одно место, а условно здоровых в найденную мной лощину.

Но откуда взялось третье место? Похоже, Тьерну Готмало хватило ума творчески развить и переработать мою идею с изоляцией части больных. Это хорошо, хоть и более рискованно. И мои советы, насчёт организации охраны, лучше чем в самой строгой тюрьме, он послушал.

Контролировать три небольшие карантинные зоны гораздо проще, чем огромную территорию с несколькими поселками и городом. Да и «спасённых» было не так много. А осталось ещё меньше.

Не хочу знать точную цифру.

Но новых больных вне карантинных зон пока что нет, а значит — всё было не зря! Мы уже выиграли у болезни целый месяц, пусть и заплатили за эту отсрочку кровью невинных.

Осознав проблему, а может и испугавшись жестокости моего решения, империя бросила на поиск лекарства все силы. И, как сообщает Бахал, уже есть первые результаты.

Допускаю, что он несколько приукрашивает, хочет меня подбодрить, но надеюсь, что не очень в этом усердствует.

Странно только, что новых вспышек изумрудной чумы не возникло. Неужели островитяне сделали ставку на один, но решительный удар? Или и сами не были готовы к массовому применению своего нового оружия? Не запасли нужного количества… не знаю, как это правильно называется… допустим, возбудителя. Всё же в этот раз планировалось только ограниченные испытания, а основной удар должен был произойти через несколько лет.

— Что молчишь? Маркграф Гарн Вельк? — поинтересовался император. — Не хочешь узнать, какое решение фольхстаг принял на счёт твоей судьбы? Или всё же сумел получить весточку, потому и разыгрываешь мне тут полное равнодушие? — с подозрением добавил он.

— Со смирением приму любую волю фольхстага и Вашего Величества, — отозвался я, не открывая глаз.

Внезапно пришла усталость и тягучее безразличие к собственной судьбе.

Мы выиграли целый месяц, и новых вспышек чумы в других местах всё так же нет! Не хочу сглазить, поэтому вслух не стану озвучивать это даже под пытками, но по всему выходит — моя догадка верна! Понимание этого постепенно превращалось в твёрдую уверенность.

Когда я поломал первоначальный план, островитянам пришлось спешно импровизировать с тем, что имелось в наличии. Но этого оказалось недостаточно! Да и эти планы сгорели в огне очистительного пламени.

Нет, я не придумываю себе оправданий…. Ладно, придумываю. Имею на это полное право! Пока мы сдерживаем заразу, и она не появилась в новом месте — всё было не зря, а жертвы оправданы.

Это почти победа! У неё мерзкий вкус крови и отвратительный запах горелой плоти, но это она. Да и бывает ли у победы иной вкус и запах?

Остаётся найти лекарство, но Бахал справится! А когда он справится, я даже на эшафот шагну с чувством выполненного долга.

Ладно, слегка лукавлю. На эшафот мне не хочется. Но его и не будет.

В худшем случае я лишусь титула и отправлюсь куда-нибудь в колонии. Огнём пушек нести свет цивилизации заблудшим дикарям, непонимающим своего счастья.

— Фольхстаг всеми голосами, какое редкостное единодушие, проголосовал за твое изгнание в Вольную марку, — сообщил Суман Второй.

Это прозвучало так невероятно, что я всё же открыл глаза и посмотрел на императора. похоже, не врёт. Хотя, Его Величество лицедей ещё тот. Лучше большинства актеров, да и опыта ему не занимать.

— Мои фольхи сказали свое слово, а я принял решение… так просто ты не отделаешься, — выдержав очередную паузу, проворчал он.

Но злости или злобы я в его голосе не почувствовал. Скорее предвкушение и толика злорадства, да и то не к моей скромной персоне.

— У высших фольхов есть одно старое, даже древнее право, в случае не согласия с решением фольхстага и императора они могут потребовать ритуал восстановления чести, — продолжил Суман Второй. — Последний раз это право применялось… не помню. Лет двести тому назад. Может быть триста. Но мои домашние крючкотворы пошуровали по архивам и законодательным актом — оно всё еще считается действующим. Одно из тех прав, которым так редко пользуются, что про него забыли.

— Предлагаете мне поспособствовать восстановлению древних фольхских традиций? — сразу понял я.

— Предлагаю, — кивнул император и предвкушающе улыбнулся.

— Альтернатива?

— Титула маркграфа я тебя лишить не могу, раз фольхстаг против, — честно признал Суман Второй. — Но в моей власти пожизненно сплавить тебя подальше от империи. Куда-нибудь в самую забытую и ненужную колонию… которую не так жалко.

Понятно, кнут и пряник. Или в нашем случае два кнута. Один побольше, а другой чуть поменьше. Но всё равно будет больно.