Первый человек
Шрифт:
Шатаясь, она с трудом поднялась, силясь рассмотреть, что происходит: Фиолетовый увяз в группе мощных таленов. Оборачиваясь в поисках Лерана, она вдруг увидела его, сгорбленного и на коленях: его голова поднялась и взгляд совершенно чужих, но в то же время будто бы просто позабытых глаз попал в ее разум.
– Они карие! Они совершенно карие!
– прошептала она.
Это был Леран. Все тот же, с такими же резкими и угловатыми чертами лица, с теми же белесыми прямыми волосами, с тем же спокойным, невозмутимым выражением, с той же силой, вибрирующей вокруг него, как будто весь Инскримен и Страта стали его кожей. Но снизу вверх на нее взирали совсем другие глаза. Глядя в них, она наконец признала то, что давно витало в ее сознании, но не становилось реальностью, потому что не видела настоящего облика Лерана. Она поняла, что любит. Именно так, как должно: не для себя, но для него.
Энди открыла рот, чтобы сказать что-то - она и сама не знала, что именно. Мысль ее запнулась о грохот бойни, о выжидающий взгляд Лерана, который смотрел на нее пристально, долго. Он поднялся, крепко обхватил ладонью черенок меча и снова стал воином. Но в нем исчезла предрешенность каждого его действия: его ожидание свершилось, и теперь он действовал, как и остальные, в неведении. Энди, рассматривая его, не верила, что все было известно ему заранее.
– Ты знал все заранее, все, что будет со мной?
– Нет, - ответил он, - Предполагал, - и, отвернувшись, вырвал из чрева ближайшего ярика кишки.
Она бросилась в гущу битвы. Прорываясь сквозь комок человеческих тел, она с трудом уничтожила нескольких яриков, посмевших преградить ей дорогу.
– Трамер! Трамер!
– закричала она и мигом нашла его. Он отчаянно боролся сразу с тремя противниками, проявляя как таленские, так и бойцовские умения.
Она быстро перерубила его противников. Он лишь коротко кивнул и развернулся, чтобы продолжить сражаться. Но она сжала его плечо, намереваясь увести с собой. Трамер, словно его ошпарили кипятком, отшатнулся от нее, в страхе расширяя глаза.
– О Селемер, что это?
– вскричал он, от моментного шока, потрясшего его ум.
Энди растерялась. Не было возможности объяснять все здесь, но она не хотела тащить его силком. Вихрь опасений за его жизнь прошелся вдоль ее разума еще раз. Она не могла заставить Трамера идти с ней - она должна была все объяснить. И тогда она сделала то, что ранее не позволяла себе: мощным ударом она прорвала любую защиту сознания Трамера и одним толчком закинула в него все, что ему нужно было знать.
Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем он справился с обрушившимся на него сгустком информации. Она ожидала отрицания, шока, смятения, всего, что могло задержать их и подставить под смертельный удар какого-либо ярика. Однако случилось то, что бывает с отчаянными людьми: Трамер не стал задавать вопросов, он лишь томно и печально взглянул на нее и бросился бежать - прочь от сражения, на юго-восток. А Энди, чуть не заплакав от горечи и сожаления за то, что бросает таленов в пылу битвы, пустилась его догонять.
– Все равно погибать, вален!
Ночная темнота скрыла их от пылающей резней пещеры. Воздух густым дождем скрыл шум их шагов, а ветер развеял запах их разгоряченных тел. Сырая земля лишь немного чавкала под их быстрой и едва заметной поступью. Луна, скрытая за низко нависшими тучами, не могла оставить за ними тени. Битва осталась позади, но она продолжала ощущать, как дребезжит воздух над головами сражающихся в пещере, как свищут стрелы со стен Приюта и рокочет разгневанная земля, наполняясь кровью дерущихся, как вспыхивают в ничего силы умирающих.
Их путь был недолог - после того года, который она потратила в Инскримен, казалось необычным, что решительная тропинка ее в этом мире оказалась столь коротка. Скоро они увидели черноту, которая выделялась даже в непроглядном мраке этой мокрой ночи. Ни один из них не испытал страха, как должно было бы быть, потому что они несли к Мертвому озеру что-то, намного более мощное. Путники остановились у самого берега и на минуту задержали неподвижные взгляды на воде. Озеро, словно почувствовав их намерения, вдруг пришло в движение, и мелкая рябь достигла берега. Оно приглашало их, и это движение вселяло в Энди уже давно знакомое и болезненное ощущение предрешенности всего этого.
– Не стоит сомневаться, вален, - тихо проговорил Трамер, и взгляд его огромных глаз поднялся на девушку.
Она не успела ничего подумать. Трамер взял ее за руку. Когда их кожа соприкоснулась, она почувствовала, как разрастаются искусственные воспоминания в ее сознании. Трамер рядом с ней затрясся, и запястье его сдавило ее ладонь до боли, которую она уже не смогла почувствовать. Мертвое озеро приблизилось к ней словно само собой. Словно импульс, энергия Трамера просочилась сквозь ее тело в мозг, делая чужую память реальностью. Сгустки энергии озера сделали эту реальность ощутимой. Жаркая боль охватила ее сознание, и тут она перестала существовать.
...Она везде, и в кристаллах льда, медленно спускающегося к сугробам. Она пар, вырывающийся из чьих-то легких в холодное пространство. Она серое небо, которое видят ее широко распахнутые глаза. И лед уже падает на ее лицо, став снегом, оседающим каплями на ее щеках. Она есть. Она жива. И вокруг нее раскинулась зима.
http://firstmann.ru/