Чтение онлайн

Поели. Дина пошла провожать Анну Родионовну.

–  Ты вот что, Дина! Отвезем их вместе со своими в город, в детский дом. Не бойся, там им будет хорошо. Эти дети - сироты. Они жили в ужасных условиях. Соня и Тарас одни в полуразвалившейся хате, их кормили люди, но больше побирались, а у Марийки умерла бабушка, вот при мне. Я их и забрала. Дина! В том доме, где я работала, сейчас там моя подруга заведует - Мария Тимофеевна, женщина замечательная и очень добрая... У тебя своих сколько? спросила Анна Родионовна.

–  Да у меня одна Олеся осталась, - сказала Дина.

–  А остальные? Ты же говорила, что у тебя восемь сирот, - удивилась Анна Родионовна.

–  Было восемь, четверых братиков взяла Наталка, тетка их, что приехала из города, Пылыпка - дед Степан, Ганка со мной поедет в город. Оксану берет тетка Ангелина, осталась Олеся...

Анна Родионовна с улыбкой покачала головой.

–  Ну и Дина! А ты уверена, что детям будет хорошо у этих людей?

–  Конечно, уверена, Анна Родионовна!

–  Ну ладно, мы тут присмотрим. Большие дела, девочка, задумали мы в деревне. Родильный дом построим, ясли будут круглогодичные, еще фельдшерский пункт... Добьемся в городе ассигнований. Ведь теперь деревня не то, что раньше, теперь она колхозная, и люди должны почувствовать это!

...Новенькие быстро прижились в яслях. Тарас играл с Олесей, она показала ему, как нужно почесывать за ухом Беляша и как бегать с ним наперегонки. Соня оказалась хорошей помощницей Ганке, а Марийка грустила, бабушку вспоминала. Дина старалась занять ее разными домашними делами.

Каждый день в яслях бывали гости: то ребята, то их родители заходили проведать Дину. Однажды пришли Наталка с Павлом и ребятами.

–  Ой, хлопчики, какие вы стали большие! - Дина всех перецеловала.

–  И волосы у вас отросли. Скубиться больше не будете? - повернув сияющее лицо к "родителям", спросила она.

–  Теперь до самой Красной Армии, - отвечал за них Павло.

Он тоже изменился, вместо городского пиджачка надел льняную косоворотку, подпоясанную ремешком. Павло загорел и, казалось, раздался в плечах. Наталка, в украинской одежде, широкой в сборку юбке и вышитой сорочке, с высоко подобранными и закрученными волосами, - настоящая молодица с картинки. В маленьких ушках покачивались серебряные сережки, с розовых губ не сходила довольная усмешка.

–  Какая ты красивая! - сказала Дина. - Ой, что же мы стоим? Идемте в дом.

–  А де Беляш? - спросил Юрко.

–  Наверное, в огороде, Олеся теперь верхом на нем ездит, - рассмеялась Дина.

–  Пошли, они там, - Ганка помчалась в огород, и вся ватага ринулась за ней.

–  А мы собрались траву покосить, - сказала Наталка, - вот и зашли. Ясли скоро закрываются?

–  Да, скоро, - грустно ответила Дина. - Ну, как хлопчики?

Перебивая друг друга, Павло с Наталкой стали рассказывать, как они устроились, как Юрко следит за братьями, - утром убирают постели, умываются, чистят зубы, вечером моют ноги, за стол не садятся с грязными руками, во время еды не разговаривают...

–  Откроют глаза, так сразу: "добрый ранок", - сказала Наталка, вечером: "спокойной ночи". Такие культурные...

–  Я тут косу точил, обрезал палец, - засмеялся Павло, - ну с досады и крикнул: "От зараза", Юрко подошел и говорит: "Ты, папка, так не обзывайся, это грубо..."

–  Они тебя "папкой" называют?

–  А как же! Я ему и говорю: "Не буду больше, сынок".

–  Как хорошо, ребята! Просто здорово! - воскликнула Дина.

Тут дверь распахнулась.

–  Дина, Беляш всего Юрка облизал, - кричала Ганка.

–  Он его как кошка лизал, - смеялась Олеся.

Юрко, сияя, сообщил:

–  Он меня признал!

–  Дина, братики обратно до нас пришли? - спросила Олеся.

–  Нет, Олеся, они только в гости пришли.

В отворенную дверь, солидно похрюкивая, вошел Беляш, он шел, твердо ступая своими маленькими ножками, которые уже с трудом выдерживали его тушу.

–  Ой, Беляш!

–  Пошел вон! - возмутилась Дина. - Еще чего не хватало! Убирайся!

Но поросенок залез под стол и растянулся на чистом полу. Дина схватила ухват...

–  Не трожь его, не бей! - закричала Олеся и, соскочив на пол, позвала: - Беляш, Беляш, идем, иди до мене, Беляшок.

Она отступала к дверям, а поросенок пошел за ней.

Пришли с речки новенькие - Марийка, Соня, Тарас.

–  Вот и наши новички! - сказала Дина.

–  Они спят на наших койках? - возмутился Юрко.

Дина только укоризненно покачала головой.

Наступил сентябрь. Опустела хата, теперь в ней остались только Дина, Ганка, Олеся и новенькие - Марийка, Соня и маленький Тарасик.

День стоял по-летнему теплый. Дина сварила на таганке кашу, все сели завтракать. Стукнула калитка. Кто-то подошел к дому. Дина открыла дверь и увидела Анну Родионовну. Она была в темном платье, в туфлях на каблуках. В руке держала знакомый Дине желтый портфель.

–  Завтракаете? Ешьте, ешьте, сейчас поедем с вами с город!

–  В детский дом? - испуганно спросила Ганка.

Дети перестали есть.

–  Да нет! Поедем к тете Марусе. Увидите, как хорошо у тети Маруси, игрушек полно, большой сад...

–  А кони есть? - спросил Тарасик, которому Пылыпок подарил свою палочку-лошадку.

–  Есть, есть... Дина, собери их как следует.

Дина пошла в хатыну, где на полке лежало приготовленное к сдаче на склад ясельное имущество. Она вытянула из пачки один большой и три маленьких костюмчика.

–  Дина, ты здесь? - Анна Родионовна вошла вслед за ней. - Расписку тебе потом напишу. Ты чего? И не думай...

–  Олесю жалко...

–  Послушай, Дина! Они будут все вместе, вчетвером. Мы завели такой порядок, чтобы дети жили, как в семье: старшие с младшими в одной спальне и за одним столом. Теперь никто маленьких не обижает, поняла? А заведующая, Мария Тимофеевна, она же партизанкой в гражданскую была, а потом ее бросили на ликвидацию беспризорности. Это чудесный человек! Твоей Олесе там будет лучше, чем здесь!

Через несколько минут к яслям подкатил Петренко.

–  Ну, поехали.

Марийка быстро залезла в кузов, а малышей - Соню, Тарасика и Олесю, подсадила Анна Родионовна.

Дина с Ганкой стояли в стороне, как-то отрешенно наблюдая за происходящим.

–  Уселись? Держитесь! - сказала Анна Родионовна.

Машина тронулась. Дина глотала слезы.

Последний, прощальный день был долгим и задумчивым. Ганка с утра умчалась в село, ей нужно было еще раз всех обежать. Петренко привез Дине за трудодни мешок кукурузной муки, несколько торбочек с фасолью, крупой. В алюминиевой банке было свежесбитое подсолнечное масло. Дина получила и деньги: тридцать рублей...