Чтение онлайн

Уже к обеду наш план был готов, и я приступил к не менее важным делам — сперва проинспектировал завод, убедившись, что всё залатано, а пятый пулемёт собран и установлен на башенке, а затем…

Затем я отправился на уже давно запланированную свиданку с Надеждой Константиновной. И на этот раз я сделал всё чинно и благородно — подарил цветы, и повёл её в ресторацию.

Мы продолжали общаться на «вы», что придавало особой пикантности нашим диалогам.

— Августа Сергеевна сказала, что вы получили новый алхимический ранг… Зачем это вам, Сашенька, позволю спросить?

— Для дел государственной важности, разумеется, — сказал я, ловко расправляясь со здоровенным лангустином.

— Какие могут быть дела государственной важности, связанные с алхимией и алкоголем? — насупилась Наденька. — Ведь вроде бы введён Сухой Закон.

— А вы всё ещё являетесь его сторонником? — полюбопытствовал я.

Она вздохнула.

— В том виде, в котором я наблюдала его применение здесь — нет. Какие-то совсем люмпенствующие субъекты, бандиты, витрины бьют, и так далее. Должно же быть какое-то руководство, а не так, чтобы стихийно…

— Ну, уверен, несколькие люмпенствующие субъекты уже остепенились, и опасности не представляют.

Это я, если что, про «Ночных Волчат» — мне уже было известно, что это в основном они промышляли разгромом официальных винных и алхимических лавок. Возможно, тут и Вторников как-то молодых байкеров подзуживал, возможно, он заключил на эту тему какую-то сделку с Замойскими. Так или иначе, подробности всех этих договорняков бывший главарь, «Светлый» унёс с собой в могилу, а Варвара в его отношения посвящена не была.

— Вы так просто это говорите, Саша… Вы всё глубже погружаетесь в этот бандитский жестокий мир! Я думала, что в колониях будет проще, но оказалось, что тут тоже свои нарушители спокойствия.

— Поверьте мне, здесь я хотя бы могу устанавливать свои правила. А в метрополии сейчас не лучше.

И тут я был полностью прав. Слухи о нарастающей гражданской войне уже долетали до меня — по обрывкам из газет и слухам на рынках. Причём — не было ни малейшего понимания, кто с кем сражается и кому противостоит.

И, да, я должен был быть там. И я буду там, думалось мне. И дядю найду, и отомщу за родных. Но сначала — надо встать на ноги здесь, на земле, которая стала моей…

— Саша, вы задумались о чём-то? — игриво спросила Наденька, а я ведь и правда задумался, вперив взгляд прямо ей в декольте.

— Полагаю, мы доели, и можем продолжить общение в каком-нибудь другом месте.

Ох, и мы продолжили. Как продолжили! Наденька свою квартиру в районе порта сдавала, а сама снимала комнату — как сказали бы в моей прошлой жизни «квартиру-студию» — за половину цены в фонде своей начальницы, графини Августины Сергеевны. Крохотная односпальная кроватка героически выдержала испытание, ровно как и кухонный столик, затем переместились в душевую.

Немного цинично — но, конечно же, подспудно я воспринимал всё наше полюбовное буйство как подготовку как предстоящей битве. Нет лучшего допинга для концентрации умственных усилий перед битвой, как ночь любви.

Вернее, не битвой — переговорами. Я ещё надеялся на то, что это будут переговоры.

Но спал я как младенец. Проснулся достаточно поздно, перекусил небольшим куском колбасы и куском торта из холодильника, попрощался с дремлющей Наденькой, оседлал Харламова и отправился в путь.

Местом оперативного штаба у нас стала моя квартира — вскоре Рустам со Стёпкой и Макшейшнами на четырёх машинах уже привезли туда всё необходимое: пулемёт, другое оружие, а главное — людей, в том числе нашего заложника.

Байкеры собирались у Вторникова, готовые выдвинуться в сторону Белого Берега чуть позже нас, а Штирц с сестрой и вовсе отправились на том жутком автобусе, чтобы не привлекать внимание.

Ещё одна планёрка, отправленный посыльный к Вторникову, и после я отправил всех на точки, закрылся в ванной, а после принялся готовить эликсиры в походной лаборатории.

В дверь ванной постучали — там была Ангелина.

— Саш, может, отменим всё, а? — спросила она. — Предчувствие очень уже нехорошее.

— Я очень ценю твою женскую интуицию, но специалист по предчувствиям — это я, не забывай. И по ощущениям — всё отлично.

— А вот Света приехала — и говорит совсем другое.

За её спиной действительно оказались Светлана и Станислав — оба бурно жестикулировали на языке жестов, после чего Станислав тоже ко мне обратился, «перевёл».

— В общем, Света говорит, что враг действительно очень сильный. И коварный. И что козырей у него в кармане достаточно. И что это авантюра.

С последним я был абсолютно согласен.

— Это точно. Авантюра, ещё какая. План чудовищно не проработан, с гигантским пространством для импровизации и практически без шанса на отступления. Ну и что теперь предлагаешь?

— С-свернуть, — доктор поправил очки. — Сказать Вторникову, что мы выходим из дела.

— Соврать договорённости с партнёром? Тем более — с партнёром по чёрному рынку? Ну уж — нет. Я затеял эту игру — я её закончу. И уж поверьте — арсенал у меня будет достаточный.

Сказал я — и захлопнул дверь ванной. Вечер подкрался совсем незаметно. Устав после алхимических мероприятий, мы перекусили, и я прилёг на диван. Нанотолий, который по словам Рустама не пожелал отсиживаться в замке, запрыгнул ко мне на грудь и внимательно впырился в меня своими гляделками.

— Тоже мне хочешь сказать что-то, да? — предположил я. — Что не надо идти? Или что? Что ты тоже поедешь, да?

— И-е! — скрипнул зверёк.

— Слышите, чего он говорит? — обратился я к публике. — Он, в отличие от многих из вас, настроен куда более решительно. Также давайте соберём решимость в кулак и отожмём весь чёрный рынок на побережье!

Последним испытанием моим навыкам управленца явилась попытка отговорить ехать Светлану с нами. В итоге она поехала со Степаном, братом и Ангелиной, в машине прикрытия.

Затем мы погрузились и мчали в Белый Берег. На въезде пересеклись со Вторниковым и Варварой, за пять минут обсудили разведданные и сверили часы. Отряды байкеров уже выдвигались на свои позиции.

Затем мы встали на «Антилопе Гну» на проезде между лачуг рядом с тем самым мостом, под которым располагалась лавка. Ещё одна машина остановилась поодаль.