Чтение онлайн

Повисает тишина. Аня шокировано смотрит на меня.

Я поторопился? Сказал что-то не так?

Роман Сергеевич молчит долго. Потом снимает очки, протирает их, снова надевает.

— Марк Игоревич, вы производите впечатление человека серьёзного. Но мне странно, что за каких-то три месяца, во время которых вы даже не встречались, вдруг решаете жениться. Не слишком ли это круто?

— Я был уже женат. Ничего плохого в браке нет. А так смогу дать Анне свою любовь, руку, сердце и компанию. Чтобы не быть человеком с просто красивыми словами

— Я хочу услышать одно: ты её не обидишь?

— Нет. — отвечаю твёрдо. — Обещаю.

— Если что — я нейрохирург. Скальпелем работать умею. Ампутирую кое-что без наркоза. — Повисает неловкая пауза. — Шучу. — И вдруг улыбается. — Почти шучу.

Фух, можно и выдохнуть.

— Ну что же, — Роман Сергеевич встаёт, протягивает руку. — Будем считать, знакомство состоялось.

Я жму руку. Крепко.

— Спасибо.

— Не за что. Анюта, проводи гостя. Обсудим семейные дела. А то вечер поздний. — Уходит в свою комнату ухмыляясь. — Жених, блин. Ну надо же!

Аня подходит ко мне, берёт за руку. Мы идём в прихожую. Я натягиваю пальто, обуваюсь. У двери она обнимает меня, прижимается.

— Ты серьёзно про женитьбу? — шепчет.

— Серьёзнее не бывает.

— А если я откажусь?

— Тогда я буду просить каждый день, пока не согласишься.

Она смеётся сквозь слёзы. Целует меня.

— Иди уже, жених.

Выхожу. На лестнице улыбаюсь как дурак. Ощущение, будто в вену вкачали литр кофе, и теперь я не смогу заснуть. А во дворе красота — снег кружит крупными хлопьями в свете фонаря. Достаю телефон, пишу:

«Я серьёзно. Завтра поговорим». Поморщившись, вспоминаю, что нужно добавить каких-то нежностей. «Люблю, целую».

Она отвечает сразу: «И я тебя. Целую».

Убираю телефон в карман и шагаю к машине.

Я стою посреди его квартиры. Нашей квартиры. Одёргиваю себя в очередной раз. Теперь это мой дом тоже. Но возвращаясь к этим мыслям, всё время, пытаюсь понять, как я здесь оказалась. В прямом смысле.

Коробки с моими книгами всё ещё не разобраны, но кое-где мои занавески уже висят на окнах, разбавляя тяжёлый серый интерьер. Нет, всё-таки придётся применять дар убеждения и настаивать на лёгком ремонте.

А на кухне появился смешной горшок с базиликом, потому что Марк однажды буркнул, про пользу свежей зелени, а я восприняла как руководство к действию.

Распирающие эмоции изнутри подгоняют с кем-то срочно делиться. Набираю подругу.

— Эй, спящая царевна!

На экране появляется сонное лицо Аллы в огромной маске для сна.

— Ты охренела? — шепчет она. — У меня ночь!

— У тебя всегда ночь, когда я звоню, — парирую я, подходя к плите, чтобы помешать суп. — Ты же танцуешь до утра. А сейчас уже четыре дня.

— Имею право поспать хотя бы до ужина. — Она трёт глаза, всматривается в экран. — О боже, ты в халате. И на фоне чужой кухни. Как жизнь замужняя?

— Я пока не замужем, — напоминаю я. — Но да, скоро стану госпожой Зверевой.

— Я в шоке. Ты переехала к боссу-тирану, и он тебя до сих пор не съел?

— Ещё как съел, — хихикаю я. — Неоднократно.

Алла закатывает глаза.

— Дай угадаю: он тебя носит на руках, задаривает подарками и смотрит так, будто ты — его личный остров сокровищ?

— Примерно. — Я сажусь за стол, пододвигая телефон. — Слушай, я тут прибираюсь, пытаюсь сделать эту квартиру человеческой. Ты бы видела, что здесь было. Минимализм, всё тёмное и серое, ни одного живого цветка. Я нашла его старые фотографии в ящике — он там на лыжах, молодой, улыбается. Представляешь? Он улыбался когда-то!

— Шок-контент. — Алла зевает. — А сейчас что?

— Сейчас тоже улыбается. Мне. Иногда. Когда думает, что я не вижу. — Я замолкаю, вспоминая его утренний взгляд сегодня. — Ал, я такая счастливая, что мне страшно.

— Это нормально. — Она вдруг становится серьёзной. — Ты заслужила, Ань. Реально заслужила. Слушай, а ты там... это... не беременна? А то я смотрю, вы времени не теряете.

Я краснею даже по видеосвязи.

— Алла! Нет. Всё под контролем.

— Врёшь. У тебя уши красные.

— У меня не уши, у меня вся жизнь красная с тех пор, как я с ним познакомилась, — смеюсь я. — Но нет, правда, пока не беременна. Мы... ну, мы не торопимся. Сначала свадьба, потом можно и...

— Ой, да ладно, — машет она рукой. — У нас девочка на пятом месяце под венец пошла, и ничего, красивая была. — Подруга, не переставая зевать, меняет тему. — Так, а что с контрактом? С банным комплексом?

— Подписали. Аркадий Николаевич прислал огромную корзину цветов и открытку с надписью «Жду внуков». Представляешь? Он теперь названивает Марку и спрашивает, когда свадьба, а то ему скучно.

— Боже, у тебя свекровь — банный комплекс, — ржёт Алла. — А бывшая жена?

— Мы подружились. — Я пожимаю плечами. — Она нормальная. Приходила в гости, сказала, что я на него хорошо влияю.

Я слышу звук открывающейся входной двери. Сердце привычно ёкает.

— Всё, Ал, он пришёл. Пока.

— Пока, счастливая. Целую.

Я сбрасываю звонок и поправляю халат. Шёлковый, цвета шампань, с тонким кружевом по краям. Марк сказал, что этот цвет мне идёт. Я сделала вид, что не придаю значения, но теперь надеваю его каждый вечер.

Он появляется в дверях кухни. В пальто, с усталым лицом, но как только видит меня — уголки губ дёргаются вверх.

— Ты дома, — говорит он, и в этой фразе столько мягкости и нежности, что у меня подкашиваются ноги.

— Я дома. — Подхожу к нему, помогаю снять пальто. — Как прошла встреча?

— Нудно. — Он вешает пальто, поворачивается ко мне, притягивает за талию. — А здесь хорошо. Пахнет вкусно.

— Я суп сварила. И пирог. Твой любимый, с вишней.

— Ты меня балуешь.

— Ты заслужил.

Он смотрит на меня. В его глазах — усталость, тепло и что-то ещё, отчего внутри всё плавится.

— Иди сюда, — говорит он и тянет меня в гостиную, к огромному мягкому дивану. Садится сам и притягивает к себе на колени верхом.

Марк целует меня долго, глубоко, с каким-то особенным голодом. Его руки скользят под халат, и вдруг он замирает.