Чтение онлайн

Он резко захлопал в ладоши и гвардейцы разбежались кто куда. Забавно, Свят даже ничего конкретного не приказал, но что нужно сделать перед отбоем все и так знали.

Я же наконец-то остался в тишине и покое и, войдя на территорию своего участка, стал изучать, что тут успело измениться.

Вокруг участка поставили забор, в центре которого красовались новые ворота с калиткой. Недалеко от них появился столб с проводами, рядом еще один поменьше с фонарем и камером под ней.

За полтора дня моей медитации Мирослава, Петрович и нанятые работники превратили наш дом во вполне себе приличное жилище. Крыльцо полностью обновили, крышу переделали. Снаружи стены начали обшивать вагонкой, внутри же на пол постелили фанеру. Стены внутри тоже местами обшили фанерой, но, что важнее убрали ширму, за которой раньше ютились все по очереди. А вместо неё появились полноценные стационарные перегородки, обшитые снаружи все той же фанерой.

Лаборатория по-прежнему занимала дальнюю часть дома, и теперь она была отгорожена плотной занавеской. Место Силы было аккуратно прикрыто ковром.

Я заглянул в первый закуток – дверь еще не поставили и проем прикрывало плотная ткань. Хм. Похоже, это моя комната – кровать застелена красивым пледом в красную клетку, к стене прибита полка, на которой уже стоят несколько склянок с сухими травами из лаборатории. Похвально, что не стали без спроса таскать более сложные конструкты, чем травы, собранные Петровичем.

Второй закуток пустовал. Только голые стены из свежей фанеры, старое зеркало в полный рост у одной из них, и ничего более. Видимо, Мира планировала его для себя, но не успела обустроить.

И где только зеркало откопала?.. И даже в первую очередь!

«Важнее походного зеркальца для девушки может быть только начищенный до зеркального блеска кинжал», – как-то сказала мне Шиза, когда с благодарностью приняла от меня подарок. И да, это было зеркало, а не кинжал – мы в тот момент просто гуляли по имперской столице, а не обирали трупы.

Я вернулся в общую часть дома. Петрович уже хозяйничал у стола, раскладывая по тарелкам остатки еды. Рядом стоял чайник, от которого шёл пар.

Гвардейцы подтягивались по одному. Лапа ввалился первым, рухнул на лавку и молча потянулся к пирогу. За ним Муха, Клин, Цицерон и другие. Святогор зашёл последним, предварительно проверив посты. Мирослава сидела в углу и ела молча, сосредоточенно глядя в тарелку.

Никто толком не разговаривал. Я и сам не стал ничего говорить. Съел порцию борща с хлебом, налил себе чаю и сел у стены. Игоша пристроился рядом и через минуту уже клевал носом, привалившись к моему плечу.

Да уж, совсем загоняли мы мальца.

Когда тарелки у всех опустели, я приложил мелкого к стене, а сам поднялся с места.

– Святогор. Посты? – остановился я возле главы гвардии.

– Четверо в дозоре, – доложил он. – Через четыре часа сменятся.

– Хорошо. Остальным спать. Утром разберёмся с трофеями и ранеными.

Свят кивнул и вышел. Гвардейцы расползлись кто куда. Кто-то лёг в кузове «Волка», кто-то устроился прямо на полу в коридоре, расстелив бронежилеты и накрывшись куртками.

Петрович увёл засыпающего Игошу в «Егерь». Мирослава всё ещё сидела у стены и смотрела в пустоту. Глаза у неё были воспалённые, а на скуле подсыхала грязь, которую она так и не удосужилась смыть.

– Мира, – позвал я негромко. – Занимай мою комнату. Там кровать.

Она подняла на меня взгляд и осторожно спросила:

– А ты?

– Подежурю с парнями, потом подремлю где-нибудь. Ночь тёплая.

Мирослава поднялась, покачнулась и ухватилась за стену. Я шагнул к ней, но она мотнула головой и выпрямилась сама.

– Не надо, – твердо заявила девушка. – Дойду.

Она прошла мимо меня в закуток. Я проводил ее взглядом, а затем вышел на крыльцо.

Ночь и правда была тёплой. Над Чёртовой Лапой висели яркие звёзды. Воздух пах скошенной травой, остывшим металлом и чуть-чуть гарью.

Я прошёлся по периметру, проверяя посты. Гвардейцы бдели, хотя глаза у некоторых откровенно слипались.

Так было в трех случаях. А вот в четвертом… В общем-то внешне все то же самое, однако же я почувствовал, в Истонике Клине небольшую нестабильность.

– Иди поспи, хлопнул я его по плечу, вливая немного чистой Силы, в энергетическую систему гвардейца.

– Но…- возмутился было он, однако я резко перебил его:

– Это приказ. И командиру своему так и скажи, если спросит я приказал. Перетрудился ты больше всех сегодня, похоже. Но и к утру.

Хотя, если бы та же Мира или Игоша сейчас вместо сна ушли в дозор, может быть и их Источники бы начали «плясать» от усталости. Все-таки сражаться в больших количествах используя пусть и дружественную, но чужую энергию – вредно для организма.

Клин ушел, я остался на его направлении. Округу я чувствовал прекрасно, так что позволил себе для начала просто сесть на старую лавку у чьего-то забора и наслаждаться звездами.

Хороший вечерок выдался.

Плодотворный.

И с погодой повезло.

Я не сдержал улыбки – славно это, отдохнуть на своей земле. Земле, которую мы отстояли у сотни врагов, и которую накормили их трупами.

Потянувшись, я открыл глаза и уставился в деревянный потолок.

Ночью спустя четыре часа дежурства меня лично сменил Святогор. Он попытался бузить, из-за того, что я отправил отдыхать Клина, однако же я убедил его в том, что бузить на меня не стоит.

Святогор все понял.

– Здоровье бойцов превыше всего, Свят, – сухо произнес я. – Если из-за нескольких часов дежурства энергетически раненный человек останется калекой… какой я после этого ему буду господин?

– Надо было мне сказать… – пробурчал глава гвардии, – Другого бы прислал.

– Всем нужен был отдых, – хмыкнул я. – Всё. Как народу соберем побольше, тогда будешь ротации устраивать без меня. А пока мне нетрудно своим ребятам в дозоре помочь.

Я хмыкнул, подумав, что несмотря на свое ворчание из-за того что Клин получил внеплановый отдых, сам глава гвардии тоже вышел на дежурство, чтобы дать отдохнуть ребятам.

После этого разговора я направился искать себе место для ночлега. Сперва думал лечь прямо во дворе на одной из лавок, но потом прикинул, как это будет выглядеть… Все же начнут волноваться, как бы не разбудить господина Северского, на цыпочках ходить станут…

А у нас целый закуток пустует – та самая комната с зеркалом, предположительно для Мирославы.