Чтение онлайн

Дэвид только сонно моргал.

— Мамуля, живо сюда! Понюхай этого мальчика, — скомандовала директор.

Мамуля осторожно выглянула из — за колонны и только потом поплелась к Дэвиду. Дрожа, поднесла его руку к носу, косясь на сопящего мальчика. Наконец она гаркнула:

— Готово! — И побрела на кухню. Хлопнула дверь ее любимого буфета.

— Как бы не пришлось с ней расстаться, — пробормотала себе под нос госпожа Рихтер и нахмурилась. Потом повернулась к Максу и погладила его по щеке теплой ладонью.

— Ты правильно сделал, что позвал меня! С Дэвидом все будет в порядке. Я отведу его в комнату. А ты возвращайся на праздник. Другим скажешь, что ему стало плохо.

Макс кивнул и пошел обратно.

Вечер был в самом разгаре: под светом месяца все танцевали и пели. Макс нашел Сару с Омаром. Они стояли у танцевальной беседки и разговаривали. Сара как — то странно на него посмотрела.

— А где Дэвид? И где ты пропадал?

— Дэвиду стало очень плохо, — объяснил Макс. — Он лег спать.

Омар увидел лицо Сары и отошел в сторонку. Подошел Коннор.

— Мамулю не видели? Страшно подумать, что будет, если она решит, что я не пришел на свидание!

— Она не придет, — вздохнул Макс. — Сидит в буфете я сам слышал.

— Правда? — просиял Коннор.

— Ага, — подтвердил Макс и выразительно посмотрел на Коннора: мол, больше не спрашивай.

— Класс! Попробую — ка уговорить эту второкурсницу со мной потанцевать… — сказал Коннор, всматриваясь в толпу.

— Какие вы все идиоты! — прошипела Сара и пошла прочь. Макс беспомощно посмотрел на Коннора и побежал за ней.

— Сара, подожди! В чем дело?

— В чем дело? А вот в чем! — Она развернулась к нему; ее глаза сверкали. — Я стою тут битый час и чувствую себя последней дурой на первых в своей жизни танцах. Не хотел со мной идти, нечего было приглашать!

— Что? — удивился Макс. — Я просто помогал Дэвиду, ему стало плохо.

— Да перестань! — фыркнула Сара. — Я знаю, ты меня пригласил только потому, что девчонки тебя заставили. Джули Теллер лучше, конечно! — Она передразнила широкую улыбку Джули и ее манеру откидывать волосы.

— Сара…

— Отстань! Лучше бы я пошла с Джоном Бакли. Он хоть вести себя умеет!

Макс разозлился и покраснел.

— Вот и зря не пошла!

Он отвернулся и ушел. Обогнул Дом и направился к тропе в Убежище. Ника можно покормить и раньше, решил он. Развязал галстук и со злости чуть не зафутболил ногой по фонарю — тыкве.

Огни и шум праздника остались позади. Макс обернулся посмотреть, не идет ли за ним Сара, но никого не увидел, не считая сотен ухмыляющихся тыквенных рожиц. Под ногами хрустели листья. Макс остановился: с боковой тропы, где в первый день Дэвид закопал монетку, лился странный ярко — белый свет. Свет заколебался, а потом вспыхнул еще ярче. Послышался слабый смех, будто где — то вдали собрались дети. Макс оглянулся на Дом: нет, это не оттуда.

Он отвел низкую ветку и вышел на боковую тропинку, чтобы посмотреть, в чем дело.

— Не советую туда ходить, — прошептал чей — то голос совсем близко.

Макс чуть не вскрикнул: из тени вышла чья — то фигура. В лунном свете блеснул мертвый белый глаз.

Мужчина почти сливался с тенью, хотя лицо открыл. Теперь он выглядел еще более мрачным и усталым, чем в последний раз, в аэропорту, как будто много дней не спал и не брился. Он ступил вперед, снимая с плеча небольшой рюкзак.

— Привет, Макс! — прошептал он с тем же странным акцентом, что и в музее. — Я тебе кое — что принес.

Макс развернулся и побежал по тропе к Дому. Не успел он сделать и трех шагов, как что — то оторвало его от земли. Незнакомец зажал ему рот и настойчиво прошептал в самое ухо:

— Ш — ш — ш! Я не Враг! Я пришел тебе помочь! Ты дашь мне сказать? Не будешь кричать?

Макс кивнул и перестал сопротивляться. Как только тот опустил его на землю и ослабил хватку, Макс заехал локтем ему в живот и лихорадочно забился, пытаясь вырваться. Незнакомец зашипел, но хватку не ослабил. Он оторвал Макса от земли и стиснул так сильно, что мальчик не мог и пошевелиться.

— Я понимаю, ты меня боишься, — прошептал незнакомец. — Но если бы я вправду хотел причинить тебе вред, я бы уже это сделал. Согласен?

Макс кивнул, видя перед самым своим лицом белый глаз, и немного расслабился. Мужчина немного выждал и снова опустил его на землю.

— Боец! — хмыкнул незнакомец. — Впрочем, неудивительно.

Макс молча смотрел на него. В лесу стало совсем тихо.

— Что это было? — спросил Макс и кивнул туда, где были свет и смех.

— Не знаю, — ответил незнакомец и жестом попросил Макса говорить потише. — Зато я знаю, что Рован — место странное, и глупым новичкам лучше не бегать за таинственными звуками в Ночь Всех Святых.

Макс вздрогнул и всмотрелся в темноту.

— А откуда вы вообще знаете про Рован? Как вы сюда попали?

— Ответ на эти вопросы один. Я тут учился. И, как большинство любопытных учеников, разведал кое — какие здешние секреты.

Макс оглянулся на Дом.

— Да не трону я тебя! — нетерпеливо прошептал незнакомец.

— Я понял. Просто… меня о вас предупреждали. Но не говорили, что вы здесь учились.

— Мне тут больше не рады, — отрезал мужчина и что — то достал из рюкзака. — Я хочу тебе кое — что вернуть.

Он протянул ему альбом для набросков, который Макс когда — то оставил в Художественном институте. Макс провел руками по обложке и открыл альбом как раз на рисунке, который не успел закончить, когда этот человек вошел в галерею. Мальчик сунул альбом под мышку.

— Почему вы меня тогда выслеживали?

Мужчина быстро огляделся и снова знаком попросил говорить потише.

— У меня есть предвидение. — Мужчина небрежно указал на белый глаз, который так не нравился Максу. — Одним глазом я вижу будущее, но только наполовину. Я знал, что должен быть в Чикаго и сесть на этот поезд, только не знал, почему. А потом я увидел тебя.

Макс вспомнил, как тогда испугался этого взгляда.

— У тебя очень сильная аура, Макс. Я шел за тобой, потому что ты явно должен был стать потенциалем, а они начали исчезать.