Чтение онлайн

— А что сейчас? — с лукавой улыбкой спросила Салли.

— А сейчас я вернулся домой и очень сильно соскучился по своей жене, — усмехнулся в ответ Араб.

Рассмеявшись, Салли забрала у него сына и, унеся его в каюту, вернулась с полотенцем и сменой белья. Поцеловав жену, Араб отправился в душевую, а еще через двадцать минут весь мир сузился для них до размеров их каюты. Дорвавшись друг до друга, они угомонились только под утро, измотав себя до полного опустошения. Несколько часов крепкого сна полностью восстановили их силы. С первыми лучами солнца оба уже были на ногах. Едва успев проглотить по чашке кофе, они услышали зов хранителя.

Выйдя на палубу, Араб увидел на скале знакомую шафрановую накидку и, запустив двигатель, подогнал катер к берегу. Привязав причальный трос к дереву, он помог Салли выйти на берег и, забрав у нее сына, вопросительно посмотрел на старика.

— Вам пора возвращаться в большой мир, брат. У вас много дел. Я хочу, чтобы ты делал свое дело, будучи спокойным за семью.

— Мне бы тоже этого хотелось, мастер, — пожал плечами Араб. — Но все дело в том, что я не могу сейчас везти их в свой дом. Вы же знаете, на нас вели охоту.

— Ничего. Думаю, ты сможешь убедить их оставить тебя в покое, — улыбнулся старик.

— Для начала я должен буду спрятать их. Только избавившись от преследования можно будет вернуться к нормальной жизни.

— Так сделай это, — улыбнулся старик. — Теперь у тебя есть для этого все необходимое.

— Хорошо. Тогда мне осталось только попрощаться с остальными, и мы можем отправляться.

— Именно поэтому я и позвал тебя. Помоги остальным добраться до Манилы. Там ваши пути разойдутся.

— Конечно, — улыбнулся Араб. — Они придут сюда или погрузятся в бухте?

— В бухте. Они уже ждут тебя. Там же я и провожу вас.

Кивнув, Араб помог жене перебраться на катер и, запустив двигатель, уверенно повел его к протоке. В бухте, дождавшись, когда все посвященные погрузятся на катер, он вышел на берег и, устало посмотрев в глаза хранителю, тихо сказал:

— Что будет дальше, мастер?

— Жизнь, — улыбнулся старик. — Не беспокойся. У тебя все получится, — добавил он и бесшумно исчез в зарослях.

Прыгнув на катер, Араб запустил мотор и уверенно повел его к выходу из бухты.

В порту Манилы посвященные моментально растворились в толпе, едва успев кивнуть на прощание хозяевам катера. По легким усмешкам и быстрым взглядам, изредка бросаемых на них с Салли, Араб понял, что они в очередной раз здорово нашумели. Его беспокоили только две вещи: завистливые взгляды Кенди и задумчивое молчание Лизы, с которым она смотрела на малыша. Но после недолгих размышлений Араб решил не обращать на все это внимания. У него было много других, более важных дел.

Перед уходом на палубе катера задержались только двое, Майк и Квон. Пожав руку новому члену круга, они быстро переглянулись и, помолчав, словно что-то решая, тихо заговорили. Начал разговор Квон.

— Не держи на остальных зла, брат. Им сложно принять то, что ты вдруг оказался самым сильным из всех, да еще и независимым.

— Что значит независимым? — не понял Араб.

— Только мы вдвоем можем жить, где нам захочется, и перемещаться по миру, независимо от кругов силы. Всем остальным приходится держаться около одного из кругов. Иначе они быстро ослабнут. Не спрашивай, к каким именно кругам они принадлежат. Ты сам все со временем узнаешь. Теперь нас, независимых, стало трое.

— Получается, что мы втроем должны будем мотаться по всему свету, защищая круги силы? — задумчиво спросил Араб.

— Мы самые сильные, — грустно улыбнулся Майк. — Сам знаешь, сильному всегда достается все самое сложное.

— Знаю, — с улыбкой кивнул Араб. — Но еще я знаю, что у меня есть семья и я отвечаю за нее. И это для меня самое главное.

— В случае необходимости ты всегда можешь вызвать женщин или ребят, на твой выбор.

— Нет, женщинам я не доверяю, — ответил Араб резче, чем было нужно.

Стоявшие перед ним мужчины дружно переглянулись, словно в одно мгновение обменявшись мыслями. Тяжело вздохнув, Квон попытался объяснить ситуацию:

— Пойми, брат, то, что случилось на совете…

— Я говорю не о совете, — не дал ему договорить Араб. — Я говорю о том, что видел.

— И что ты видел? — растерялся Квон.

— Как они смотрели на мою семью. Я не знаю, какие у них проблемы, это не мое дело, но предупреди их обеих, что, если они задумали против Салли и малыша что-то плохое, пусть лучше сразу откажутся. Иначе их самые страшные кошмары станут для них не больше, чем детской шалостью. Я могу быть по-настоящему жестоким, — тихо прошипел Араб, но от его голоса и вида шарахнулись даже эти закаленные мужчины.

— Ты все не так понял, брат, — быстро заговорил Майк. — Они и не собирались причинять вред твоей семье. Просто они обе не имеют ни детей, ни семей, и ваше маленькое счастье остро напомнило им об их проблемах. Женщины более остро реагируют на такие вещи.

— Может быть, — мрачно кивнул Араб, — но на всякий случай передай им мои слова.

— Ты не прав, брат, — покачал головой Майк.

— Пусть я лучше буду не прав, зато спокоен за свою семью, — твердо ответил Араб.

— Хорошо. Я передам им твои слова, — тяжело вздохнул Майк. — А теперь запомни. Если тебе потребуется помощь, то просто представь одного из нас и позови. Мы придем так быстро, как только сможем. Того же самого мы будем ждать и от тебя.

— Я приду. Как только спрячу семью.

— Похоже, ради их безопасности ты готов устроить настоящую войну, — проворчал Квон.

— Ради их безопасности я выжгу не город, а страну, — ответил Араб, и Квон, невольно вздрогнув, безоговорочно поверил.

Быстро попрощавшись, друзья спрыгнули на пирс и моментально растворились в толпе. Только отойдя от катера на приличное расстояние, Квон быстро оглянулся и, повернувшись к приятелю, тихо сказал:

— Он действительно опасен, этот наемник.

— Тем более хорошо, что он на нашей стороне, — кивнул в ответ Майк.

Взяв такси, приятели направились в аэропорт. Тем временем Араб, быстро устроив свою семью в номере отеля, отправился перегонять куда-то катер. Салли, уже отлично зная, что спрашивать его и спорить с ним бесполезно, занялась ребенком.

Спустя два часа он вернулся и, усевшись в кресло, с довольным видом потер ладони.

— Лимон съешь, — не удержалась Салли, — а то у тебя вид, как у кота, сожравшего канарейку.