Песенка про любовь
Шрифт:
– Спасибо, - сказал он. – Как тебя зовут?
Я представилась.
– Звони, если что.
Он всучил мне визитку. Я пообещала.
Оставшись в одиночестве, я перечитала записку Соло Хана. Что-то снова и снова притягивало меня. Кажется, этот почерк я уже видела когда-то. В дверь позвонили, и я побрела открывать. Пришли Лариска с Артёмом.
– Как ты? – заботливо спросила Лариска.
Я пожала плечами.
– Юрка мне звонил, - сообщила она. – Спрашивал, что ему теперь делать.
– Что? – не поняла я.
Лариса повторила. Я вспомнила, с чего всё сегодня началось, и разозлилась как миллион бешеных кошек.
– Чёрт с ним, - процедила я.
И вспомнила про машину перед подъездом. Подошла к окну. Не было уже машины! Каким-то образом я сильно тормозила сегодня… Пока я соображала и злилась на себя, напрочь позабыв о гостях, мне позвонили. Оказалось, что торможу не только я.
– Сейчас зайду, - мрачно сказал мне Харьков.
Звонил он видимо из подъезда, потому что мне тотчас пришлось идти открывать.
– Где он? – спросил Харьков.
– Кто? – так же хмуро поинтересовалась я.
Харьков открыл рот, но заметил притихшего Суворина и Ларису. Он замолчал, потоптался, потом спросил, может ли войти. Я пожала плечами. Глупый был вопрос. Харьков скинул дублёнку в прихожей и утащил меня в дальнюю комнату.
– Как он тебе представился? – после некоторой паузы спросил он.
– Да кто?! – сорвалась я.
– Тот, кто привёз мальчишек, - прошипел Харьков.
– Я его не видела, - сообщила я.
– Передай, - яростно выдохнул Харьков, - что я ему шею сверну!
– Обязательно, - процедила я. – Когда узнаю, кто это!
Харьков сплюнул под ноги, с откровенной злобой выставился на меня и поднялся.
– Ладно, - сказал. – Сколько верёвочке не виться…
И удалился с непроницаемым видом. Хлопнула дверь, а я устало побрела на кухню и плеснула себе вина из открытой бутылки.
– Будете? – спохватилась я.
Артём, который явно узнал Харькова, кивнул и тихо спросил:
– Что случилось?
Я рассказала и добавила:
– Это, поди, уже во всех новостях…
Артём присвистнул.
– И ты не знаешь, кто этот парень?
Я пожала плечами. Артём дотянулся до телека и включил. Я вздрогнула. На экране оглушительно пела и плясала какая-то самодеятельность. Артём прикрутил звук, пощёлкал программами и настроил новостной канал. Там и в самом деле вовсю обсуждали, как нашлись дети олигарха. Моё имя не упоминалось. И вообще говорили, что олигарх нанял какую-то супер-команду профессионалов, которые и вернули детей. Дура с экрана ехидничала на тему, что деньги могут принести беду и могут выручить из неё. Главное знать, кому платить и сколько. Она делала многозначительные паузы, стараясь выглядеть более информированной, чем на самом деле. И ещё она сыпала всякими мерзкими намёками.
– Идиотка, - пробормотал Артём.
Потом показали кусочек интервью с олигархом. Глядя прямо в камеру, он заявил, что не может сказать, кому обязан своим счастьем, но очень благодарен этим людям и вообще обязан им по гроб жизни. И если может хоть чем-то помочь им, то… и так далее и тому подобное. Я отвлеклась, а Артём вдруг насторожился.
– О чём это он?
– А? – не поняла я.
– Ну вот это… хоть чем-то помочь…
Я пожала плечами.
– С ним наверняка тоже беседовал какой-нибудь Харьков…
– Так, - сказал Суворин. – Хватит дёргаться. Давайте-ка отметим радостное событие. Семья воссоединилась, чёрт возьми! Я сбегаю за шампанским.
– Вон, - сказала я. – Под столом. Вчерашнее. Не устал ещё?
Артём обиделся и сказал, что у него сегодня было четыре ёлки и два квартирника, и он нигде не выпил ни капли, хотя голова у него болела очень сильно. Лариса предложила что-нибудь приготовить. Я согласилась и попросила её посмотреть в холодильнике, что там вообще есть. Лариса принялась возиться с продуктами, а меня всё тянуло к окну взглянуть, не вернулась ли та странная машина.
– Надо кошек покормить, - в какой-то момент вспомнила я. – Вы ужинайте, я сейчас…
Но они не пустили меня одну. На улице я заметила другую чужую машину. В салоне было темно, только тлели кончики двух сигарет. Артём тоже обратил внимание на автомобиль и взял нас с Лариской под руки.
Кошки встретили меня требовательным мявом. Почти машинально я проделала всё, что полагалось, и отправила мадам Люси СМС, что всё в порядке. Артём с Лариской не теряли времени даром, пока я работала, и отчаянно целовались, устроившись прямо на столе. Мне понадобилось трижды окликнуть их, когда пришло время возвращаться. На обратном пути мы обнаружили у подъезда продрогшего Юрку.
– Пошли, - сказала я, не слушая его лепета. – Потом.
Дома мы с Лариской занялись ужином. А Артём стал подбивать Юрика выпить с ним. Марков хмуро усмехнулся.
– Хватит с меня, - пробормотал он. – Бог любит троицу. Трижды это дело для меня уже кончалось плохо.
А Лариса вдруг вспомнила утренний прокол Вовки Баринова и принялась рассказывать о нём Артёму. Юрка эту историю тоже ещё не знал и слегка развеселился. Они втроём стали перебирать подробности вчерашнего вечера, а у меня из головы не шло сегодняшнее проникновение в квартиру. Когда мы возвращались из кошачьего питомника, я внимательно осмотрела замок. Он был в порядке. Каким-то образом Соло Хан раздобыл ключ. И ещё меня смущало это странное шипение Харькова. В чём-то он меня подозревал. Кажется, они всё-таки вычислили мою переписку с Соло.
Юрик вдруг повысил голос. Я отвлеклась от своих мыслей и прислушалась. Глупая Лариска высказывала Маркову своё отношение к его сексуальным подвигам. Я хотела вмешаться, но Артём успел раньше. Он заткнул ей рот поцелуем. А я взглянула на Юрку.
– Она сама навязалась! – отчётливо сообщил он мне.
Я пожала плечами и осторожно сказала, что это их личное с Манерой дело и никого больше не касается.
– Правильно, - Артём на миг оторвался от Лариски и снова закрыл ей рот.
Я улыбнулась. Юрка покосился на парочку и видимо мысленно махнул рукой.
– Я не хотел, чтобы ты знала, - сказал он мне. – И Машка обещала.
– Но она-то ведь слово сдержала, - сказала я.
Мне не нравился этот разговор. И снова меня выручил умница Артём.
– Ты чего такую проблему из этого делаешь? – спросил он у Юрки. – Как будто в первый раз с тёлкой перепихнулся!
А Юрка вдруг смутился чуть не до слёз.
– Что? – сообразил Артём. – В первый раз? Это в двадцать-то два года?
– Двадцать четыре, - машинально поправил его Юрка.
– Д-да-а! – восхитился Суворин. – Ну, так за это надо выпить! Девчонки, законный повод!