Песнь алых кленов. Том 2
Шрифт:
– Почему не боишься? Ты еще не понял, что будет дальше?
Лин Ху молчал.
– Девушка бросила вас. Я же говорил, они непостоянны. Тем более эта – лживая. Она предала одного мужчину, предаст и вас.
– Рад, что она в безопасности, – произнес юноша. Но голос все-таки дрогнул. Вэй Чжимин усмехнулся, придвинулся еще ближе.
– Долго будешь играть? Пора звать Ван Хайфена, – устало напомнила Го Юнхуа.
– Куда спешить? Потом будет много дел. Да и кого бояться? Сбежавшей девчонки?
– А с этим что? – Лин Ху тоже интересовал этот вопрос, хотя и не так сильно, как собственная судьба. Бань Бао издал приглушенный звук, словно его ударили. – Вроде твой типаж.
Вэй Чжимин перестал дышать Лин Ху в лицо. Фыркнул:
– Вообще нет.
– Молодое мясо.
– Слишком идеальный. Тьен Ю мне изначально понравился потому, что у него был изъян.
Лин Ху стиснул зубы, собственное имя резануло по ушам. Он так привык быть Лин Ху – питаться чем попало, ночевать где придется, рисковать жизнью. Тот, кого зовут Тьен Ю, должен всегда спать на чистом белье, есть минимум два раза в день и досыта, он никогда бы не оказался связанным в самодельной хижине в горах. Но еще противнее собственного имени оказалось прикосновение холодных пальцев к шраму на лице.
– Не трогай. – Лин Ху дернул головой. Он ожидал удара, но заорал от боли Бань Бао. Го Юнхуа спросила:
– А теперь?
Лин Ху почувствовал запах крови. Если бы была только повязка, без веревок – он мог бы видеть, что происходит, через нее, но сейчас ориентировался только на запахи и звуки. Отвратительное чувство, когда буквально недавно мог все – и вдруг оказался заперт внутри своего тела.
– Ты какого обо мне мнения? Что мне все равно кто, лишь бы смазливый? – фыркнул Вэй Чжимин.
– Твой отец так и думал. – Впервые голос Го Юнхуа потеплел. – Ему плевать было кто. Лишь бы фигурка и личико. Разнообразие любил. До него никто не…
– Нашла время! – выругался Вэй Чжимин. – Пойди это ему расскажи! Я вроде не говорил, что хочу знать, чем вы с моим отцом занимались!
– Ревнуешь к матери? – засмеялась Го Юнхуа.
– Где Фа Ханг? – спросил Лин Ху. И тут же пожалел об этом: Вэй Чжимин снова сел напротив него, почти что на ноги, и снова задышал ему в лицо.
– Нет никакого Фа Ханга. Есть отец. Он снаружи. Если бы я знал, как вернуть отца, давно бы это сделал.
– Чтобы не мешал, – хихикнула Го Юнхуа. – Раз второй не нужен, его можно убить? Зачем мы вообще его с собой тащили?
Лин Ху не мог ориентироваться как раньше, но сейчас по поведению своих похитителей понял: что-то не так. Они резко замолчали, замерли. Лин Ху услышал скрип снега под чьими-то ногами.
В доме снова возникло движение, и Лин Ху оно очень не понравилось – появилась еще одна веревка, закрывшая ему рот, а затем он вдруг оказался внутри тканевого мешка. Рядом что-то шуршало и шелестело.
– Сюда! – приглушенно приказала женщина, и юношу швырнули куда-то в ее сторону. Он ударился о стену, но упал явно не на пол. Здесь было холоднее и, кажется, темнее… А потом на него сверху посыпалась земля. Ее было так много, что вскоре его покрыло полностью.
К хижине подошли двое. Тот, что повыше, – учитель. Поседевший до белизны и с бородой до пояса, с ним мальчик-ученик, который прижимал к телу руку и иногда тихо поскуливал от боли. Было видно, что дом свежий и построен наспех, но вокруг начиналась метель, завывал ветер, с неба все сильнее валил снег. Такой дом могли построить заклинатели, чтобы укрыться от непогоды. Загородив мальчика собой, учитель осторожно постучал. Сквозь узкие щели было видно, что внутри горит свет. Дверь, а точнее доску, что ее заменяла, осторожно отодвинул человек, тоже с белыми волосами, но выглядел он моложе путника. Он смерил старика презрительным взглядом.
– Простите, – поспешно заговорил учитель. – Начинается метель, а мой ученик ранен. В селении неподалеку на него напало чудовище и прокусило руку. Такое странное, с ним невозможно было бороться. Вот мы и ищем, где укрыться, чтобы я смог спокойно осмотреть его рану. Простите, что напрашиваемся, ведь вы старались, строили это укрытие. Но мы можем поделиться едой…
Заклинатель сделал старику знак отодвинуться, тот послушно отошел, и стало видно его ученика – молодой парень в голубой одежде, его плащ рвался на ветру. Через ткань на руке проступала кровь.
Дверь резко закрылась прямо перед носом гостей.
– Ты что задумал? – прошептала Го Юнхуа, подойдя вплотную к нему.
Лин Ху и Бань Бао они спрятали, закопав у дальней стены. Фа Ханга заковали в цепи и оставили на скалах недалеко от хижины. Цепи – это, конечно, не веревки для бессмертных, но эти удержали бы даже бога, не то что заклинателя.
– Да пусть согреются, – улыбнулся Вэй Чжимин. – Им некуда идти, а мальчик ранен.
– У тебя уже есть один. Тебе мало? – спросила женщина.
Через щель она видела, как учитель с учеником о чем-то переговаривались. Учитель выглядел расстроенным, ученик – очень бледным.
– Ему недолго осталось. А этот свежий.
– Что насчет учителя?
– Да кому этот пердун нужен… убьем сразу. Можешь горло ему вспороть, как только они расслабятся.
– Это мне нравится больше… Я смогу съесть старика? Кажется, он даос. Мясо монахов помогает сохранить молодость, слышал?
– Кто я такой, чтобы запрещать тебе есть стариков? – усмехнулся Вэй Чжимин и повернулся к двери.
Похоже, заклинатели собирались уходить, но обернулись с надеждой.
– Простите, – мягко заговорил Вэй Чжимин. – Я тут не один, с матушкой. У меня немного… странная матушка, и мне нужно было посоветоваться с ней, прежде чем пускать посторонних. Не удивляйтесь, в ее жилах течет демоническая кровь, но она безвредна.
– О, не стоит волноваться. Наш клан не испытывает злости к потомкам демонов, которые отказались от человеческой плоти.
Учитель поспешил войти. Внутри было тепло, горел очаг, немного освещая хижину. Ученик немного замешкался, с подозрением глядя на того, кто открыл им дверь, но все равно спокойно вошел. Учитель уже грел руки у огня, ученик сел подле него и на всякий случай придвинулся ближе. Он уставился на высокую женщину. Та улыбалась, и все зубы у нее были острые, отчего создавалось ужасное впечатление. Мальчик попытался скрыть омерзение, сделав вид, что вздрогнул от холода. Повернулся в другую сторону и снова вздрогнул, на этот раз увидев Вэй Чжимина, который сидел рядом с ним на корточках. Он тоже улыбался, но добрее.
– Покажи руку, – попросил он. – Мы сталкивались с этим чудовищем. Мы убили его. Возможно, я смогу помочь тебе с раной.
Ученик в панике повернулся к учителю, но тот застыл, глядя куда-то в стену, в пустоту над огнем, и совсем не замечал происходящего. Ученик прижал раненую руку сильнее и отрицательно покачал головой.
– Ну что ты… мы пугаем тебя? Смотри, твой учитель совсем не боится. Доверься ему, – придвинулся ближе Вэй Чжимин, взял руку подростка и осторожно повернул ее, удерживая ладонь, поднял ткань и нахмурился. Рана была настоящей, его смутило другое…