Чтение онлайн

Первым же делом они вдвоём отправились к знакомому Эмилии. И вот, найдя нужный ломбард, зашли. Девушка первая и сразу же подошла к решётке, за которой расположился работник. Помещение небольшое и тесное, есть только стулья.

— Мне нужен Уго, — заговорила наёмница к женщине-полукровке, которая сидит за стойкой.

— Какой Уго? — переспросила горожанка. Она одета в простенькую синюю одежду.

— Алитрано который. Работает здесь.

— Работал, — уточнила женщина. — Если вы хотели чтобы он вернул долг, то сильно опоздали, — она посмотрела на Азека. — Повесился он. Ещё осенью. Из него, похоже, пришли выбивать долги люди Деймоса, а тот после этого взял и, — пожала плечами.

— Гений чёртов, — вздохнула лиса.

— Да, работать в ломбарде и быть по уши в долгах нужно уметь. Впрочем, могу чем-то помочь?

— Что поделать, — Эмилия вздохнула и начала снимать рюкзак, — да, можешь.

— Только ты или парень тоже?

— Да, мой работодатель тоже, — девушка достала из рюкзака мешочек с золотыми пластинками и открыла его.

— Любопытно. Можно посмотреть поближе? — спросила женщина.

— Да, бери, — после этого работница отодвинула небольшое окошко из сетки и взяла сотню альб, начала рассматривать чужую валюту под увеличительным стеклом и под солнечным светом из окна взвешивать.

— Вроде, золото. Любопытное изделие. Спрашивать, где достали, не буду. Сколько хочешь за неё?

— Семнадцать золотых и пять десятков серебряных.

— Много. Четырнадцать золотых.

— Изделие любопытное, а скупать хочешь по дешёвке. Посмотри, сколько их только у меня и задумайся, сколько, в сумме, и без этого можешь накинуть за них. Семнадцать.

— Раз партия большая, то и цена, в среднем, ниже.

— Поэтому и семнадцать, а не двадцать пять, как ты бы выставила. Золото чистое, да и представляет некую эстетическую ценность. Хороший покупатель из знати может предложить вовсе тридцать. Продавать по более, чем удвоенной цене, это уж слишком нагло, не так ли?

— Такого хорошего покупателя ещё найти надо.

— Да что искать, Деймос уже знает всех, кто может заинтересоваться. Не он ли владеет этим местечком?

— Возможно, но стоит ли тревожить его по каким-то мелочам?

— Получить чистыми пару сотен золота даже для него будет большой удачей.

— Тем не менее, покупателя может не найтись.

— Не велика потеря. Веса золота хватит под двадцатку монет. А если начать чеканить из них монеты, чем, несомненно, занимается Деймос, так можно накинуть ещё одну-две золотые.

— И при этом семнадцать это слишком много.

— Ну, я могу пойти в другой ломбард. Их здесь полно и премию от того же Деймоса получит кто-то другой, а не ты, — лиса пожала плечами, встала и выставила руку, чтобы ей отдали пластинку.

— Пятнадцать с половиной.

— Ну, что поделать. Совсем жадные вы здесь.

— Шестнадцать и всё. Больше не дам.

— По рукам, — ехидно улыбнулась девушка. Не то чтобы она продала это по правильной цене, но лучшую вряд ли кто-то даст. Здесь сработало желание горожанки самой обогатиться.

— Сколько у вас там? — после этих слов наёмница посмотрела на чародея.

— Много, — сказала лиса.

Получилось обменять десяток от полукровки и ещё двадцать от Азека. Больше работница ломбарда отказалась принимать. Но это понятно, что слишком много не получилось бы выменять. Затем началось долгое пересчитывание монет, которые занимают много места. Эмилия своё спрятала в рюкзак, а вот парню куда легче: он просто пересыпал всё через портал к остальному золоту, которое ещё представляет из себя альбы. Хотя там ещё и драгоценные камни есть, но наёмница сказала, что не нужно их доставать. Теперь здесь не предложат нормальную сумму ещё и за них.

Затем они вышли из ломбарда и спокойно пошли по улице дальше. Люди здесь такие же, как и в других городах, хоть и дома другие. Да и стража это всё те же гастаты. Всё это не даёт забыть, в каком государстве они сейчас находятся.

— Да чтоб его, повесился, дурак, — Эмилия вздохнула и сказала таким тоном, словно хочет, чтобы её пожалели. Уши при этом прижала к голове, а хвост опустила.

— Значит, этот "должник" был твоим другом, — предположил парень.

— Да где там. Напрасно помогала за несправедливо низкую награду. Я надеялась воспользоваться тем, что он работает в ломбарде, а он взял и умер. Не прощу.

— Хочешь или нет, а ему уже всё равно.

— Понятное дело, что всё равно. А чтоб его некромант сделал своим слугой! — эти слова она сказала громче остальных, и из-за этого некоторые прохожие обратили на неё внимание.

— Добрая ты, однако.

— Рыжая и пушистая, — нашла в себе силы с иронией улыбнуться и взялась за хвост, начав его гладить.

— И не поспоришь. Ты, кстати, говорила, что пятнадцать-шестнадцать цена ста альб.

— Собственно, по такой цене и продала, — пожала плечами. — Это было с учётом "торгов". На деле не знаю, какая настоящая цена всего этого и за сколько можно будет продать.

— Получается, ты лгала от начала и до конца?

— Если бы плохо лгала, то пришлось бы продавать по четырнадцать. Да и нормальную цену никто не предложит, если ты об этом. А "я уйду" часто работает. Про Деймоса, к слову, это было очевидно.

— Кто вообще этот Деймос?

— А мне откуда знать? По сути, главный здесь. На этом моя информация заканчивается. В некоторые дела лучше не совать свой нос, — призналась полукровка.

— Да и, наверное, говорить на улице.

— Это уже лишнее, как я считаю. А вообще, теперь бы занять место для ночлега. Только есть одно "но".

— Это какое же? — чародей заинтересовано посмотрел в глаза наёмница и она ответила тем же.

— Комнату берём на двоих. Теперь здесь знают, что у нас есть деньги. Был бы это какой-то город от глухой глуши до самого Морлено, я бы не волновалась за сохранность наших карманов, но вот Тренцо это другой разговор. Все минусы вытекают из плюсов, — отпустила хвост и размяла плечи.

— Единственный город в Сэмпре-Соляре, в котором страшно уснуть, а ещё твоя странная любовь ночевать очень близко.

— Ой, да ладно, я же была лисой тогда, что тебе не нравится? А когда ты валялся без сознания, то я о тебе думала, — фыркнула.

— Не то, чтобы не нравилось, — признался человек.

— Вот и не жалуйся, — улыбнулась авантюристка.

— Я и не жаловался. Но всё равно как-то странно это всё. За подобное меня, наверное, — Азек тоже улыбнулся, но с долей иронии, — папа бы накричал на меня хорошенько и закрыл бы в комнате на пару дней.

— Очень страшное наказание, — засмеялась полукровка. — Вот бы мне сейчас такое.