Чтение онлайн

Смерть Лидии принесла резкие перемены в жизнь дедушки, подобно тому, как неожиданно звучит потерянная нота в мелодии. И с тех пор его руки стали постоянной поддержкой Веры в мире звуков и текстур. Они заботливо ведут её по тропинкам бескрайнего мира, как это когда-то делала Лидия.

– Ну, хорошенько выгуляйте свой дух, чтобы прийти и заснуть крепким-крепким сном. – Дедушка поцеловал внучку в макушку и, тихонько шаркая тапочками, поспешил на кухню.

Часики старательно тикали. Вера слышала равномерный стук, который наполнял комнату ритмичной мелодией. Луи уже давно схватил свой "ремешок для прогулок" и держал его в пасти. Затем присел рядом с Верой и положил свою большую тёплую лапу на её тонкую ножку – настало время идти гулять!

– Ох, Луи… Ты стал уже таким большим. – Девочка провела рукой по шёрстке своего друга. – Помнишь, каким ты был маленьким озорным щенком? Теперь ты уже почти в два раза больше меня, но всё такой же игривый, – добавила она и мягко улыбнулась. – Спасибо тебе за то, что всегда рядом. Ты ведь самый преданный спутник в моём мире темноты.

Желанные объятия давили на пса. Луи глубоко задышал и ответил радостным вилянием хвоста, удары которого заглушало покрывало на застеленной кровати. Он будто понимал слова своей подруги, которые вызывали будоражащее трепетание его души.

Пёс уже долго держал в пасти ремень, слюна его стекала по лямке, оставляя следы на его шерсти. Вера нежно провела пальцами по его мокрому пуху и осторожно прижала слюнявую мордочку к своей прохладной щеке, чувствуя, как горячие струйки его тяжёлого, прерывистого дыхания тихонько ласкают её чувствительную кожу. Каждый глубокий вдох и протяжный выдох Луи были подобны словам безмолвной молитвы, которую взрослые не понимают даже в уединении, однако она и её четвероногий друг способны понять это вместе.

Собака, под давлением своего значительного веса, с грохотом спустилась с постели. Его разгорячённая морда опустилась, ремень он положил вниз, и тот звякнул, ударившись о паркет, тёплым влажным языком он лизнул руку хозяйки. Луи знал, что эта маленькая девочка не видит его внешний облик, однако она видит его душу, и это было ему дороже всего на свете.

После совместной идиллии Вера медленно поднялась на ноги и осторожно направилась к шкафу. Она доверчиво протянула руки вперед, стараясь наощупь найти ручки шкафа. Плавно скользя своими пальцами по деревянной поверхности, девочка ощутила холодный металл – дверца тут же отворилась. По ощущениям, одно из отделений было немного больше, чем остальные и, вероятно, там хранилась одежда. Вера робко протянула руку вперед. Её пальчики скользили по поверхностям разных тканей: мягкая шерсть, лёгкий шелк, гладкий хлопок. Они вели девочку по незаметным молниям и аккуратным отделочным швам, чтобы найти нужные вещи. Ей было несложно отличить переднюю часть одежды по глубине ворота и наличию пуговиц, которые она так обожала. И всё же, выбирать одежду для неё – непростая задача.

Девочка оценивала каждый обнаруженный предмет одежды, полностью ощущая его контур и текстуру. В одном отделении она нащупала мягкий кардиган с тонкими пуговицами, приятный и теплый на ощупь. Вероятно, это и было то, что она искала. Вера внимательно разглаживала пальцами швы кардигана, ориентируясь на его форму. Эта незрячая девочка настолько опытна в тактильных ощущениях, что почти безошибочно понимает, какой это предмет одежды. Правда, чувство стиля у неё совершенно отсутствует, ведь она полагается не на цвета, которые для неё недоступны, а на материал и форму вещей.

Продолжая искать, Вера двигалась по отделениям шкафа. В некоторых местах она нащупывала блузки с разными фактурными тканями, узорами и вышивкой. Она внимательно ощупывала каждую деталь, чтобы понять, какие штаны больше подходят для сегодняшней прогулки. Вот девочка нашла одни лёгкие джинсы с узорами у карманов на уровне бёдер. Особого значения и внимания всем этим украшениям, которые якобы украшают облик человека, Вера не придавала.

Изучив содержимое шкафа, девочка бережно выбрала свой наряд на сегодня. Джинсы и кардиган казались ей единственным комфортным выбором одежды. Вера уверенно застегнула пуговицы на своей накидке, чувствуя, как мягкая шерсть прикасается к её коже, и надела широкие джинсы – вещи на её хрупкой фигуре всегда сидели мешковато. Закончив одеваться, она радостно улыбнулась и погладила рюкзак с брелком собаки, который везде сопровождал её. Это украшение было такого же возраста, что и Луи. Папа успел привезти свой последний скромный подарок для дочери в канун Рождества. Теперь это Верин талисман, преданно оберегающий её, подобно Луи.

Быстро собравшись, Вера обошла всю квартиру в поисках дедушки. Внучка громко звала его, проходя по всей площади и ощупывая каждый предмет, от большого до самого крошечного. Несколько раз она возвращалась на кухню, в спальню мамы, где до сих пор стоял запах пряных духов, и в гостиную, в ванную и даже долго стучала в туалет, прежде чем открыть его. А мужчина, как оказалось, беззаботно и совершенно беззвучно, что для него не характерно, задремал в своём потрёпанном и на ощупь неприятном кресле. Оно было сделано из чего-то странного и непонятного. Если рукой немного провести по его поверхности, то по телу Веры мгновенно пробегали мурашки и её передёргивало от мерзкого, неприятного ощущения, словно она гладила короткошёрстное неуклюжее животное с жесткой, как замерзшая солома, шерстью.

Мужчина даже носом не повёл, когда внучка дотронулась до его плеча. Спал как убитый. Вера на мгновение испугалась – вдруг в самом деле что-то случилось? Пару раз она дёрнула его за плечо, повела его легонько туда-сюда, позвала, с каждым разом повышая голос на пару децибел, а под конец нагнулась к уху и стала прислушиваться к дыханию – он был жив. Аккуратно, но неожиданно для сосредоточенной на дыхании девочки, Степан чутко перевалился на бок и засопел. Ну всё, теперь можно уходить гулять со спокойной душой.

– Пойдем, Луи, – вполголоса произнесла девочка, – Мне нужна твоя помощь, – рукой поманила собаку за собой.

Пёс подошёл к ней и легонько ткнул своим носом её локоть. Несомненно, он понимал её желание – Вере необходимо выйти на улицу.

Стремительно, что свойственно игривым сердцам детей, юная девочка со своим четвероногим другом вышла из квартиры. Дверь тихонько захлопнулась, оставляя позади тепло и безопасность дома. Вера хоть и была крайне активной, но всегда мешала её неуклюжесть. Из-за этого она вынуждена была слушаться Луи, который спускался медленно, чтобы его подруга не полетела вниз, как это делают люди, ныряющие в воду "рыбкой". Так говорил дедушка, утверждая, что любители плавания не хуже профессионалов, коим в далёком прошлом являлся сам Степан Григорьевич. Правда на данный момент Вера находится не у водоёма, и она вообще не умеет плавать – некому учить, так как у мамы нет времени, а дедушка не в той физической форме.

Ощущая лёгкую прохладу ветра, его дыхание на лице и шее, Вера уже норовила ринуться на улицу в прыть, чтобы насладиться свежим воздухом. Однако её продолжал останавливать большой мохнатый пёс. По ощущениям девочка полагала, что Луи значительно превосходит обычных собак своим размером. Не раз она слышала рассказы жителей посёлка, давно знающих всю семью Панфиловых, которые всегда удивлялись, что их пёс мордой походил на лабрадора, а телом – на алабая. Конечно, Вера никогда не видела ни лабрадора, ни алабая, но помнит, как вчера, когда впервые познакомилась со своим будущим лучшим другом.

Дело было в питомнике, куда Веру привёл дедушка в её день рождения. Они долго стояли и чего-то ждали, но внезапно для всех неугомонный щенок прыгнул на дитя от радости. Этот малыш, сильный и величавый, решил поприветствовать незнакомку, однако Вера сильно испугалась. В этот момент она застыла соляным столбом в полулежащей позе на холодном кафельном полу. Наверное, Вера рассчитывала, что непонятное существо посчитает её мёртвой и отпустит, как это рассказывали на телепередаче про мир диких животных. Девочка впервые почувствовала то, насколько большими могут быть животные. Непонятное существо оказалось огромным и мощным, при этом оно стремилось быть осторожным и нежным по отношению к Вере. Именно в ту минуту мохнатый пёс стал для девочки особенным.