Песнь нефилимы
Шрифт:
"— Еще бы! Столько дармовой энергии! — хмыкнул про себя наемник, стараясь пошевелить хотя бы веком. — Кто же мог подумать, что чертов заританец действительно сумеет найти способ открыть Зеркало на другую планету и притащить в наш мир нефилиму! Как же ловко ты сыграл на моих желаниях! Хитрец! Сраный ты хитрец, Билистир! Ты не Повелитель, ты сраный кукловод, дери тебя драконом в рот! Но, как? Как ты смог предвидеть и учесть столько факторов? Что ты пообещал старому Ороту, чтобы тот втянул меня в эту игру? Или… — пораженный своим внезапным октрытием, Бэрр'Огг рассмеялся. Внутри себя. Яростно и неудержимо.
— Я полнейший идиот! К тому же напрочь слепой! — вдоволь насмеявшись продолжил рассуждать сифур: — Ты не кукловод и не Повелитель, Билистир, — ты настоящая бесчестная шлюха! Ты разыграл фигуру Главы Красных Стрижей в темную! Сероглазый никогда не был твоей целью! Лишь приманкой и сопутствующим трофеем, чтобы заманить в свои сети более крупного и опасного зверя! Все это длинное и дорогое представление ты разыграл лишь для меня! Для того чтобы убрать меня с доски! Ты откуда-то узнал, что я давно ищу повод испытать свои силы в бою с одним из Великих Отшельников! И очень умело воспользовался информацией! Изыскано, Билистир! Изысканно сделано, ничего не скажешь. Не сомневаюсь, что и для толстяка Эдака ты уже подготовил свой спектакль!" — сифур ухмыльнулся, все же отдавая должное такой тонкой и изобретательной работе своего собрата. Но, уже через миг в его душе вспыхнул такой огонь ярости, какой он не испытывал со времен предательства Ашихары — некогда одного из четырех Истинных, их негласного предводителя и, наверное, величайшего и сильнейшего существа среди всех разумных.
Тем временем, Зеркало Перехода, уже успевшее поглотить миллионы эфирных едениц, выросло настолько, что его верхушка затерялась в облаках. Теперь же оно продолжало расти в ширь, постепенно заполняя все окружающее пространство. Пустоши преображались вместе с Зеркалом. Вернее их заменили изумрудно-зеленые пейзажи Эгейи. Уже можно было услышать пение птиц и скрип ветвей громадных деревьев великанов, а в далеке, на фоне кристально чистого голубого неба показались три точки.
Пение нефилимы усилилось еще на тон, буквально разрывая перепонки. Небо заволокло тяжелыми грозовыми тучами и послышались первые разряды грома.
"— Вибрации! Ее сложное, многоуровневое пение нас сковало вибрациями! Если она возьмет еще на порядок выше, — наши тела просто полопаются, как мыльные пузыри! — наконец догадался Бэрр'Огг ни на секунду не переставая анализировать ситуацию. — У меня нет выбора! Придется открыть Врата! Это единственная моя сиддха, которая для трансформации также использует вибрации! Надеюсь, они не наслоятся друг на друга!"
Тело наемника стало медленно подрагивать. Открытие Запирающих Врат не сулило ему ничего хорошего, так как единовременно высвобождало все скрытые энергетические запасы организма. На короткое время Бэрр'Огг станет в десятки раз сильнее, быстрее и выносливее. Превратиться в практически неубиваемое существо, но цена, которую ему придется оплатить за такую мощь была тоже велика: в лучшем случаем он просто погрузиться в длительный стазис сон. В худшем умрет. В еще худшем — его разум навсегда будет запечатан во Вратах.
Сифур чувствовал, как один за одним увеличиваются в размерах его очаги сакти, как невероятная сила потекла по его телу. Как его буквально разрывает изнутри. В какой-то момент его тело и разум перешли на новый уровень. Глаза наемника видели тысячи тоненьких нитей, которые пронизывают пространство. Он видел, как гаснут жизненные очаги в сердцах зрителей и как закручиваются вихри сакти вокруг Зеркала Перехода.
Сифур взглянул в Зеркало и зажмурился. Этот неизвестный мир буквально пульсировал силой и яркими красками различных энергий. Густое марево сакти в нем пронизывало каждую клеточку, наполняя все живое и мертвое жизненной силой. И сквозь этот густой энергетический сироп в Пустоши стремилось три исполина.
"— Вот теперь шутки точно закончились. Взрослые нефилимы! Целых три!" — изумился Бэрр'Огг и напрягся в последнем рывке, выжимая из организма все до единой капли. Его тело практически исчезло из виду, настолько увеличилась частота вибраций.
Вместе с громоподобным рычанием нефилим, которые уже пересекли черту Зеркала, сифур наконец освободился от сдерживающих его оков и ринулся к юному существу. Но, тут же отлетел далеко в сторону от удара сумасшедшей силы.
***
Над головой снова с треском ударила молния. Затем еще и еще, каждый раз сопровождаясь взрывами грома. Затем на землю упали первые тяжелые капли с шипением превратившись в пар. Через несколько секунд небеса разверзлись, источая потоки воды. Оковы молодой нефилимы горели огнем защитных символов, а само дитя, резко оборвав свою песнь истошно запищало, буквально плавясь под струями воды. К ней тут же подлетел взрослый нефилим и закрыл своим телом.
Мир ожил. Большинство зрителей упали замертво. Те, кому повезло больше и кто сумел выстоят, благодаря большому запасу сакти, завалились без сознания. Рубиновый Дракон мотнул головой, будто отряхиваясь от пыли и бросился на нового врага, заливая ближайшее существо кристаллическим пламенем.
Сразу два нефилима, не уступающих Бриерду в размерах, бросились ему на встречу и буквально в несколько быстрых атак просто разорвали его на части, будто перед ним был не дракон, достигший третьей формы, а обычный кусок мяса.
С трудом оправившись от удара, Бэрр'Огг шокировано застыл в первые за свои десять тысяч эр не понимая, что делать, а нефилимы метались, убивая и разрывая все, что попадалось им под лапу. Дождь ранил их тела, доставлял мучительную боль, но первородная ярость уже охватила их разум. Они вынесут любые страдания! Они уничтожат этот мир! Они сотрут его в порошок! Они пожрут всех его обитателей! Никто больше не посмеет выкрасть их дитя! Это будет урок!
Войско сифура таяло на глазах. Ни церберы, ни мантикоры не выдерживали и одного удара, даже, если их задевали вскользь.
В суматохе битвы громадная лапа нефилима опустилась на голову поломанного Болотного Дракона, раздавив ее как жалкого таракана. Тут же пропала Великая Цитадель и ранговые существа Сероглазого, которые тоже ринулись в бой.
Отшельник не увидел, как перед тем, как пропасть, востарак что-то прошептал. В тот же миг Камал, со всех ног спешащий на помощь хозяину, вспыхнул голубым сиянием и пропал из виду. На это никто не обратил внимание.
Сифур наконец пришел в себя после секундного замешательства. Его пальцы быстро забегали по нарукавнику, отдавая команды. Вайтман и малые виманы одновременно ожили и принялись обстреливать нефилимов со всех сторон. Бэрр'Огг хотел выкроить хоть немного времени, чтобы оценить ситуацию и сделать следующий ход…
***
Ибрис находился на грани. В его теле практически не осталось сакти. Сил хватало лишь на короткие быстрые вдохи. Он видел, как лопнула голова Отшельника, как один за одним погибли все его соплеменники, не смотря на защиту Демонического Барьера. Его глаза были наполнены первобытным страхом: Хранители его мира безжалостно истребляли все что попадало в их поле зрения. В какой-то момент над ним возникла громадная лапа с когтями, заставив зажмуриться, но затем существо ее опустило, будто узнало в Ибрисе что-то знакомое.
Глаза нефилима долго изучали крохотное существо, несомненно принадлежащее их миру. Существо умирало. Оно было слабо. Слабое изумрудное сияние в его груди было усеяно черными пятнами. Существу нужна была помощь.
Нефилим наклонился к Ибрису и из его пасти полился поток густой зеленой энергии. Когда сосуд наполнился, нефилим прекратил и более не обращая внимания на кроху, бросился в атаку на громадный черный диск зависший в воздухе, который так больно жалил его тело все это время.
В груди Ибриса появилось какое-то незнакомое чувство. Будто до этого момента в нем что-то спало, а теперь резко пробудилось. И это что-то просилось наружу. Не придав этому особого значения Ибрис приподнялся на локте и осмотрелся. Нефилимы рвали на куски парящую Цитадель противника покойного Отшельника. Но, он не чувствовал радости. Существа с его родины, рожденные чтобы поддерживать баланс и сеять жизнь, теперь не обращая внимания на свою суть, превратились в кровожадных монстров.