Чтение онлайн

Тем временем капитан Арамона демонстрировал потрясающую силу своих голосовых связок, а также обучал их разнообразным проклятиям, видимо, почерпнутым в тавернах за свою долгую и полную недурного пьянства жизнь, а унары молча стояли и смотрели, постигая азы сквернословия. Когда же он, послушавшись ценного совета до сих пор недоумевающего Арно, увидел покачивающиеся над головой подштанники, то попытался продемонстрировать подопечным основы танцевальных прыжков, но получилось в итоге не очень хорошо.

Тем не менее, в этот раз залились хохотом все - разумеется, кроме бедного охрипшего Ричарда, который мог только улыбаться за компанию, потому что немилосердно свербило в горле. А потерпевший неудачу Арамона продолжал отплясывать под своими панталонами и орать, так что юноша с сочувствием подумал, что сейчас он тоже охрипнет. Или у него все-таки луженая глотка?

Эстебан не смеялся тоже - он был слишком огорчен. Чего не скажешь об его друзьях.

– Ату его!
– крикнул Северин.

– Вперед, они не уйдут!
– подтвердил Константин.
– Брать живым!

– На штурм!
– гудел развеселившийся Карл.

– За Талиг и кровь Олларов!
– прохрипел Дикон из последних сил.

– Руби! Бей! Коли!
– подпрыгивал Луиджи, желая казаться выше.

Притащившие лестницу слуги махнули ей пару раз, то ли случайно, то ли намеренно, едва не задев крикунов, и с чувством выполненного долга принялись снимать панталоны с крюка. На это понадобилось два стола, окованный железом сундук, лестница и примерно полтора часа времени. Еда, как мысленно и печально подытожил Ричард, давно остыла, а жаль. С Тварями на пустой желудок особо не повоюешь.

Стук маятника. Молчание. Сооружение из панталон, отброшенное к камину, словно нижняя часть разрубленного человеческого тела. Багровые отсветы и огонь. Приготовления к страшной смерти - или справедливому наказанию.

– Повелитель!

– Иди к нам!

– Мы заждались. Вековой камень плачет.

– Нам больно.

– Повелевай нами, Надорэа!

– Мы будем верны тебе, пока будешь верен клятвам ты!

Он верен клятвам, но в то же время, ради спасения клятвы и товарища, оттолкнул этого самого товарища не так давно, зачтется ли Надорэа это? Говорили камни, с горестью и мольбой в нестройных разных голосах, и в этот момент Ричарда Окделла обуял ужас, смешанный с дикой радостью. Грядущая черная ночь готовит ему серьезное испытание, вместо ритуала на каменном утесе, и он обязательно пройдет его.

Поэтому ночью он не ляжет спать.

Почему-то рядом стоял Валентин.

Должно ли это останавливать?

Какой-то слуга вошел и что-то прошептал на ухо Арамоне. Военную тайну, не иначе. Капитан самодовольно улыбнулся, посмотрел на унаров взглядом собственника, улыбнулся снова, а то вдруг кто не понял его намерений, и впился подозрительным взглядом в Ричарда. Игра в гляделки? Уже интереснее, чем выслушивать вопли и закатывать глаза.

Ричарду нужно было, чтобы его не отправляли спать, а оставили здесь, и потому он почти готов был пойти на крайние меры, но Арамона, уперев руки в боки, и как ему так удобно ходить, направился прямо к нему, Валентину и Паоло. Вычислил Тварь, делавшую свои дела руками Валентина? Непохоже.

– ...все преступления так называемого графа Медузы - дело рук унара Ричарда Ему придется ответить...

«За свою недальновидность», - мысленно подсказал Ричард.

– ...за дерзость, ложь и попытку спрятаться за спинами товарищей.

– Минуточку, - собственный голос показался Ричарду чужим.
– Старая знать не пятнает себя такими проступками.

– Но унар, ненавидящий короля и меня...

– Я не люблю, - веско проговорил Ричард, - когда меня перебивают.

– Молчать! В вашей комнате нашли рыбий клей и прочие улики, а вы еще смеете отрицать очевидное? Выйдите вперед и взгляните в лицо своим товарищам, подвергавшимся из-за вас наказанию.

Без единого слова поперек Ричард вышел, вполне довольный обстоятельствами. Они складывались, как нельзя лучше, Эстебан теперь точно не подумает заступаться, и значит все хорошо. К тому же, Ричарду необязательно оставаться в Олларии, чтобы добиться своих целей - это уже на самый худой конец.

– Все свободны и могут идти. Унар Ричард остается.

Ура!

– Это неправильно!
– заявил Альберто.
– Сузой-Музой был я.

Валентин и Эстебан, а вместе с ними Эстебановы приятели, поспешно удалились - пока начальство не передумало, и Ричарду стало непонятно, радоваться этому или нет.

– Хроссе потекс вешаль я!
– радостно сообщил Йоганн.

– Мы!
– воинственно проревел Норберт.

– Я!
– рванулся вперед Паоло.
– А потом спрятал все в первой попавшейся комнате, простите, Ричард, не думал, что ваша.

– Вот не надо, - насупился Арно, - отнимать мои заслуги.

– Это есть наш глюпый торкский шютка!
– проревели хором близнецы.

– Хватит!
– рявкнул Арамона, которого, судя по сиплости, луженая глотка подвела.
– Вы, шестеро - в Старую галерею до утра. Остальные - спать!

От бессилия Ричарду захотелось то ли выть, то ли кричать, ведь все так хорошо начиналось!

Глава 10. Немного о призраках

Охранять пленников велели гвардейцу - одному из тех, кого Ричард видел во второй день, и, судя по выражения лица этого бравого олларовца с алебардой в руках и шпагой за поясом, раньше времени их никто не выпустит. Отослав «невиновных» спать, капитан Арамона лично велел слуге позвать гвардейца, на пару с ним препроводил арестантов до места заключения, и распорядился стеречь до утра. По очереди унары понуро прошли в узкую дверь, и стражник закрыл ее, однако запирать не стал. Ричард готов был поклясться, что слуга провожал его в день прибытия наверх, мимо этой галереи. Длинный коридор со сводчатым потолком, посреди которого красовался громадный камин и пустыми нишами из-под статуй эсператистких святых. Видела бы такое зрелище матушка - оскорбилась бы до глубины души!

Сына же герцогини Мирабеллы куда сильнее беспокоило буквальное отсутствие света - не заснуть бы в эту ночь и не пропустить самое интересное. Его даже не настолько раздражал пронизывающий холод, как надвигающийся мрак, но зато не слипались глаза и это несказанно радовало. Хоть на месте скачи от веселья. А скакать хотелось, потому что Ричард, несмотря на терпеливость к холоду неизбежно замерзал и уже начал стучать зубами, тереть одну ладонь об другую и дрожать. Словно погреб, а не галерея! Хорошо, что удалось отвадить от своей персоны Эстебана, и он не стал на его защиту, но погнал ли бы своего любимца Арамона вместе с остальными под арест - другой вопрос.

– Танцуешь, Окделл?
– жизнерадостно спросил Паоло, передернув зябко плечами.
– Давайте тогда все потанцуем!

Поймав себя на том, что уже не сдержался и отплясывает надорский народный танец, юноша согласно кивнул и ускорил темп. На паре занятий мрачный ментор учил унаров плясать, тогда Ричард заявил, что умеет исполнять традиционную пляску Надора, и по распоряжению ментора продемонстрировал. Тот остался вполне доволен.

Впрочем, Паоло все равно не оценил и настоятельно посоветовал всем, включая Ричарда, танцевать кэналлийские танцы - так, по его словам, можно быстрее согреться. Оно, конечно, так, но Дикон слегка разочаровался в традиционных плясках Надора, и еще сильнее расстроился из-за того, что им не заинтересовались даже горцы из Бергмарка. Тем не менее, к умным и хорошим советам надо прислушиваться - это юноша понял давно. Танцевали арестанты недолго, очень скоро зубы перестали выбивать нервную дробь, согрелись руки, перестали дрожать от холода плечи.