Чтение онлайн

Когда карточная игра завершается неизбежным выигрышем одной из сторон, когда на лице неудачного противника замирает маска ужаса и недоверия - вот он, блестящий момент торжества для победителя! И Рокэ Алва, не особо это самое торжество демонстрируя, вел себя спокойно и по-светски, словно ничего особого не происходило - он всего лишь выиграл семейную реликвию оруженосца, и его же жеребца. Но вот граф Килеан-ур-Ломбах вытаращил глаза, то ли не желая, то ли боясь принять собственное поражение.

– Кстати, - решил добить его окончательно маршал, беря камни, - вы должны мне больше стоимости ваших камней, даже с учетом их древности и благородного происхождения.

– В таком случае, - голос цивильного коменданта звучал подозрительно тихо, - позвольте завтра мне нанести вам визит. Ради выкупа моего проигрыша.

– Я не продаю свою удачу.

– Но проигравший вправе выкупить свое имущество.

– Не спорю. В таком случае моя цена - кольцо.

– Простите, сударь?
– оторопел комендант.

– Кольцо, - спокойно объяснил Рокэ, - очень старое. Большой квадратный карас в золоте. Фамильный перстень Окделлов. Сейчас он находится у вашего оруженосца.

– У маркиза Сабве?
– не поверил своим ушам Килеан.

– Ему. Можете его обыграть.

– Но позвольте... Вчера я на своем оруженосце не видел этого кольца.

– Что не значит, будто он не спрятал его в карман.

– Подождите-ка...
– Людвиг внезапно побледнел.
– Мой оруженосец вернулся вчера на коне вашего оруженосца, наотрез отказавшись объяснять причину исчезновения собственного.

Дело начало принимать довольно-таки интересный оборот - выходило, что мальчишки спелись за спиной у своих эров и устроили какую-то непонятную игру. Рокэ, впрочем, не собирался их осуждать, сам таким был в юности, однако его изрядно интересовало, во что эти двое ввязались. Дело, явно не ограничилось совместным распитием «Черной Крови», не похоже и на гайифские забавы, все намного хуже и серьезнее.

Подоспевший молодой гвардеец с записками подтвердил маршальскую догадку.

– Что же, граф, я вас поздравляю - оба наших оруженосца угодили в городской каземат, и герцог Придд предлагает нам, освободив их, заехать к нему для беседы. Предполагаю, в беседе должен участвовать только я, вам стоит забрать своего оруженосца. Ричардом Окделлом займусь я сам.

– То есть я понимаю правильно?
– моргнул Людвиг.
– Герцог Окделл должен остаться в тюрьме?

– На какое-то время. Не переживайте, думаю, граф Штанцлер не сильно обидится на вас за это. Прощайте, господа, - сказал Рокэ, поднявшись неторопливо с места.

Требовалось сказать пару куртуазных шуток, но он был слишком зол и заинтригован из-за создавшейся ситуации, а кроме того, очень сильно хотелось избавиться от общества коменданта. Как хорошо, что тот не настаивал, и что вопрос о выигранных драгоценностях решили отложить до разрешения проблемы. Надо было ехать в мрачный неуютный дом Приддов, и Алва поехал, не мешкая.

Слуги в лиловом молча открыли ему двери, проводили к герцогу в кабинет, и Вальтер Придд, казалось бы, не имевший ничего против полумрака, отодвинул длинные плотные занавеси. В большие окна хлынул яркий дневной свет и у Рокэ заболели глаза. Мигрень посещала его не слишком часто, однако в такие моменты резкой смены света и теней возвращалась, и наверняка Вальтеру это известно. Неплохой ход, хоть и не лишенный некоторой подлости, хотя чего ждать от людей с морским обитателем на гербе.

– Присаживайтесь, господин Первый маршал. Наша беседа пойдет о...

– Я знаю. Говорите.

– Ваш оруженосец в тесной дружбе с маркизом Сабве, они вместе трижды забирались в мой особняк, чтобы попытаться меня скомпрометировать, и Ричарду Окделлу это даже удалось.

– Прекрасно.

– Вы знаете что-нибудь о Раканах?
– немигающий светлый взгляд уперся в Алву.
– О настоящих Раканах?

– Знаю.

– У нас не получается разговора, - вздохнул супрем и протянул окделльский перстень.

– Да, потому что мне важно знать о деянии моего оруженосца, а не о старых традициях и древней крови, по крайней мере сейчас, - теперь в лицо Придду смотрел сам Алва, забирая фамильное украшение.
– Позвольте узнать: Ричард Окделл украл у вас деньги? Драгоценности? Испортил что-нибудь особо ценное?

– Нет, - Вальтер помолчал с минуту, - молодой человек охотится за Жезлом Волн, а его друг потакает ему в этой глупости. Старая рухлядь оказалась важна ему настолько, что моих предков обвинили в краже Жезла.

– Незаслуженно?
– прямо спросил Рокэ.

– Да.

– И поэтому вы велели запереть их в каземат?

– Послушайте, герцог Алва, - острые ледяные осколки в голосе могли больно ранить любого, кроме уже однажды убитого, - я могу сделать вид, что произошло недоразумение и не доводить дело до Багерлее и суда, при условии, что Эстебан Колиньяр больше никому и ничего не скажет о том, что слышал.

– Суда не выйдет, господин супрем, и вы прекрасно об этом знаете. Сейчас Колиньяры сильнее вас. Обер-прокурор...

– Фернан Сабве не прочь стать наследником вместо племянника, - теперь из уст Вальтера сочился ледяной яд, - и он непременно опоит брата, чтобы тот подписал необходимые для нужного приговора бумаги. Угадайте, кто подаст ему эту мысль?

– Что насчет Штефана Придда?

– Простите, я вас не понимаю.

– И не поймете, - усмехнулся Алва.
– Вам обязательно нужно, чтобы Эстебан Колиньяр умер?

– Либо от вашей руки, либо на плахе, обвиненный во всем, чем только можно и лишенный титула. Помилуйте, Рокэ, вы уже шли на этот шаг шесть лет назад, чего вам это будет стоить? Всего одна дуэль...

– Которой можно избежать, - Рокэ неспешно встал с неудобного глубокого кресла, показавшегося силками.
– Всего доброго, господин супрем. Советую вам не переходить дорогу Колиньярам. Если они придут к власти, то отомстят вам и очень жестоко.

– Господин Первый маршал.

– О Жезле Волн и бесчестии Приддов не узнает ни одна живая душа. В Олларии, - Алва сделал жесткое ударение на названии столицы, - никто не услышит об этом. Как и в Агарисе, и в других странах. Поверьте, я смогу найти Эстебану Колиньяру иное применение, нежели участь молчаливого трупа.

С этими словами он покинул особняк Приддов, сел на Моро, чтобы отправиться в каземат и забрать мальчишку с собой. К сожалению, прямо в городской тюрьме для правонарушителей не получится отвесить негоднику дюжину оплеух, но зато в особняке Рокэ Алва сможет все, потому что прощать нарушителей договора не входит в его обязанности.

Хотя, молодой Окделл и не совершил серьезных нарушений - он всего лишь водил дружбу с Колиньяром, и устраивал на пару с ним немыслимые выходки. В его годы Рокэ приходилось ввязываться во что-то подобное, но творить глупости, вроде тройного проникновения в один и тот же дом - никогда. Вот один раз точно бывало, но ни Окделлу, ни Колиньяру знать об этом не обязательно - так подумал Алва, мрачно усмехаясь.