Чтение онлайн

— Ты с ума сошла, Этт, — чуть слышно прошептал он.

Из горла Эйтлинн вырвался глубокий вздох облегчения. Она нежно погладила его по волосам здоровой рукой, срываясь на нервное хихиканье:

— Только не говори мне, что кровь фомора — яд для Дэ Данаана или что-нибудь такое!

— Ладно, не скажу, — слабо улыбнулся Киэнн. — Все равно это будет враньем.

Мимо них проскользнула, словно сформировавшись из пустоты, знакомая безликая тень. Потом еще одна, две, десяток. Фоморка яростно отмахнулась: если вы слетелись, как воронье, на мертвечинку, то рано обрадовались! Но призраков влекло что-то другое. Точно манимая светом ночного фонаря мошкара, они слепо колотились о прозрачную стену, по-видимому, наугад нащупывая вход. А обнаружив его, устремлялись в открытую нишу, как вода в брешь прорванной плотины. Упрямым потоком они катились вперед, а затем вновь нежданно исчезали, то ли привычно растворяясь в пустоте, то ли низвергаясь куда-то в мрачные глубины преисподней.

А в следующее мгновение башня взвыла. Возопила пронзительным, режущим слух криком тысячи раненых драконов, заголосила предсмертной песней побежденных Орфеем сирен, застонала сборищем пьяных баньши. Серебристая дорожка, простеленная до внешнего края крепостной стены, начала спешно сворачиваться, точно в обратной съемке, накрепко запаивая ранее прожженные тоннели. Холодно сверкающая стальная нить принялась плести паучье кружево над узкой аркой дверного проема.

Эйтлинн зло стиснула зубы. Ну уж нет, дражайшие родственнички! Почившие или живые, без разницы. Черта с два вы захлопните ворота у меня перед носом! Это ограбление, славные владыки Аннвна! Мне нужны ваши сокровища, ваше оружие и ваш восьминогий конь! Ну или что угодно, что вытащит меня из этой ловушки!

Она, не задумываясь, подхватила полубесчувственного Киэнна на руки, нисколько не удивляясь внезапному приливу силы, взбежала по ступенькам и юркнула в игольное ушко стрельчатой арки. По ту сторону входа тянулся очередной узкий коридор, похожий на случайную трещину в расколовшейся толще стены — та была не просто массивной, но прямо-таки сюрреалистично-чудовищной. Собственно, почти весь нижний этаж состоял из сплошной стены — не считая щели тоннеля и узкого лаза под винтовую лестницу в центре. Призраки ушли определенно не туда, но под ногами Эйтлинн видела только нескончаемую пустоту под тонким настом стеклянного пола. Или еще одна фит фьята? Уже посильнее первой? — Не верь глазам своим. Кажется, это уже становится правилом.

Киэнн улыбнулся Эйтлинн сдержанной и, казалось, даже чуть смущенной улыбкой:

— Этт, ты просто бесподобна!

— Комплименты будешь потом расточать, — бросила она, продолжая бежать по коридору так, будто за ней гнались все хтонические чудовища Рагнарёка.

— Потом может не быть…

Тяжести фоморка по-прежнему не чувствовала, тело полуэльфа казалось ей невесомой пушинкой.

— Ты видел, где они ушли? Эти, ну… Ты их видел вообще?

Дэ Данаан кивнул:

— Дальше, шагов шестьдесят еще. Я скажу. Если снова не вырублюсь.

— Да уж постарайся!

По правде говоря, Эйтлинн точно не знала, по какой причине считает необходимым последовать за призраками, которых она так старательно избегала. Но ведь один раз они уже подсказали ей правильный путь. Ну и, к тому же, раз уж полез в кроличью нору — так не останавливайся на полпути! Не ровен час, застрянешь!

— Здесь.

— Ты уверен?

— Я помню, детка.

Эйтлинн остановилась и опустила свою ношу на пол. Надеюсь, твоя память и впрямь так хороша, как ты утверждаешь, Дэ Данаан! Она присела на корточки, внимательно всматриваясь. Пол казался идеально гладким и нетронуто-сплошным, ни единой щели, зацепки или лазейки. Опять колдовать? Как на этот раз?

— Это вообще как, нормально для фейри: вдруг брать и, сам не зная каким образом, делать то, о чем не имеешь ни малейшего представления? — проворчала она, скорее, чтобы выплеснуть злость, чем получить ответ.

— Вполне вероятно, — тем ни менее кивнул Киэнн.

Что ж, она так давно собирается это попробовать — почему бы не в этот раз? А если оно глупо и смешно — хрен с ним, пускай смеется! Хотя, подозреваю, сейчас ему совсем не до смеха. Эйтлинн встала на левую ногу, завела правую руку подальше за спину и прикрыла правый глаз левой ладонью.

Матерь богов! Башня перестала быть стеклянной. Теперь с обеих сторон Эйтлинн видела ослепительно-белый мрамор стен, а под ногами сверкала ярчайшая, кропотливо выложенная мозаика из кроваво-алых кораллов, гранатов, яшмы и рубинов. В расплывчатом узоре — алое на алом — прорисовывалось не что иное, как утерянное око Гора. И оно медленно открывалось, а в глубине его зрачка лежал сумрак. Но не такой, как тот, что наполнял пустоту призрачного мира, а подобный трепетным предрассветным сумеркам, с их пылким обещанием грядущего восторга.

Киэнн зажмурился.

— Что ты видишь? — все еще не веря собственным глазам, спросила Эйтлинн.

— Солнце.

Когда распахнутый зрачок вырос до размеров бас-бочки «Битлз», надсадный вой потревоженной башни, все еще гудевший в ушах, сменился сладостным прозрачно-серебристым перезвоном, мелодия которого нежно обволакивала сознание и торжественно отзывалась где-то в самых потаенных уголках души. Манящий напев должен был насторожить или даже напугать Эйтлинн, но страха не было вовсе. Было лишь ликование и покой.

— Что ты слышишь? — автоматически спросила она.

— Блюз, — усмехнулся Киэнн. — Прекраснейший блюз во Вселенной.

— Мы пойдем туда?

— О да! Даже если после этого сдохнем как собаки.

Эйтлинн нерешительно оторвала ладонь от лица, открыв оба глаза. Видение никуда не исчезло. Она опустила правую ногу на пол и робко заглянула в проем.

— Я тебя туда не пронесу.

Киэнн все так же замедленно, но уверенно качнул головой:

— Будь спокойна, я доберусь самостоятельно.

Под ногой нашлась ступенька — хрупкая, почти воздушная, но вес фоморки она вполне выдерживала. Вот только выдержит ли того, кто последует за ней? «Не смей меня подводить!» — мысленно скомандовала лестнице Эйтлинн, начиная спускаться. Дэ Данаан, тяжело дыша, последовал за ней.

Длился спуск нескончаемо долго. Хотя на самом деле, объективно Эйтлинн осознавала, что он не должен был занять и десяти минут. Она насчитала ровно девяносто девять ступеней — если, конечно, не сбилась со счета. Киэнн сползал, цепляясь за низкие перила, точно пьяная мартышка.

Помещение, в котором они оказались в конце спуска, было небольшим и идеально круглым, должно быть, футов пятнадцать в диаметре. Но после узких тоннелей и коридоров, оно казалось просто бальной залой! Тяжелые арки сводов низко нависали над головой. В центре красовался невысокий изящный пьедестал, более всего похожий на огромную фарфоровую чашу, прикрытую сверху тонким хрустальным блюдечком, точно вазочка со свежесваренным клубничным джемом, спрятанным от мух. У ее изогнутых краев, точно те самые мухи, хаотично толпилось целое полчище призраков, от которых исходило осязаемое чувство нестерпимой жажды.