«Для чего беречься мне? —Ветки был ответ, —Я уже иссохшая,Во мне жизни нет.От родного дереваВетер оторвал;Пусть теперь несет меня,Куда хочет, вал.Я и не противлюся:Мне чего искать?Уж с родным мне деревомНе срастись опять!»<1834>
Фонарики, сударики,Скажите-ка вы мне,Что видели, что слышалиВ ночной вы тишине?Так чинно вы расставленыПо улицам у нас;Ночные караульщики,Ваш, верно, зорок глаз?Вы видели ль, приметили ль,Как девушка одна,На цыпочках, тихохонькоИ робости полна,Близ стенки пробирается,Чтоб друга увидатьИ шепотом, украдкою«Люблю» ему сказать? Фонарики, сударики, Горят себе, горят, А видели ль, не видели ль, Того не говорят.Вы видели ль, как юношаНетерпеливо ждет,Как сердцем, взором, мыслиюКрасавицу зовет?..И вот они встречаются —И радость и любовь;И вот они назначилиСвиданье завтра вновь. Фонарики, сударики, Горят себе, горят, А видели ль, не видели ль, Того не говорят.Вы видели ль несчастную,Убитую тоской,Как будто тень бродящую,Как призрак гробовой,Ту женщину безумную…Заплаканы глаза,Ее все жизни радостиПохитила гроза! Фонарики, сударики, Горят себе, горят, А видели ль, не видели ль, Того не говорят.Вы видели ль преступника,Как, в горести немой,От совести убежищаОн ищет в час ночной?Вы видели ль веселогоГуляку, в сюртукеОборванном, запачканном,С бутылкою в руке? Фонарики, сударики, Горят себе, горят, А видели ль, не видели ль, Того не говорят.Вы видели ль сироточку,Прижавшись в уголок,Как просит у прохожего,Чтоб бедной ей помог;Как горемычной холодно,Как страшно в темноте!Ужель никто не сжалится,И гибнуть сироте? Фонарики, сударики, Горят себе, горят, А видели ль, не видели ль, Того не говорят.Вы видели ль мечтателя,Поэта, в час ночной?За рифмой своенравноюГоняясь как шальной,Он хочет муку тайнуюИ неба благодатьТолпе, ему внимающей,Звучнее передать. Фонарики, сударики, Горят себе, горят, А видели ль, не видели ль, Того не говорят.Быть может, не приметили?..Да им и дела нет;Гореть им только велено,Покуда будет свет.Окутанный рогожею,Фонарщик их зажег;Но чувства прозорливостиИм передать не мог. Фонарики, сударики, Народ всё деловой! Чиновники, сановники — Все люди с головой!Они на то поставлены,Чтоб видел их народ,Чтоб величались, славились,Но только без хлопот.Им даже не приказаноВокруг себя смотреть;Одна у них обязанность:Стоять тут и гореть!..Да и гореть, покудоваКто не задует их!..Так что ж им и тревожитьсяО горестях людских! Фонарики, сударики, Народ всё деловой! Чиновники, сановники — Все люди с головой!Начало 1840-х годов
Звезда, прости! — пора мне спать,Но жаль расстаться мне с тобою,С тобою я привык мечтать,А я теперь живу мечтою.И даст ли мне тревожный сонОтраду ложного виденья?Нет, чаще повторяет онДневные сердцу впечатленья.А ты, волшебная звезда,Неизменимая сияешь,Ты сердцу грустному всегдаО лучших днях напоминаешь.И к небу там, где светишь ты,Мои стремятся все желанья…Мои там сбудутся мечты.Звезда, прости же! до свиданья!
Н. Ф. Павлов
Николай Филиппович Павлов (1803–1864) происходил из крепостных крестьян. Учился он в Московском театральном училище и университете, был актером, служил в суде. Первое его опубликованное произведение — басня «Блестки» (1822). Стихи Павлов печатал в «Мнемозине», «Московском вестнике», «Галатее», «Московском телеграфе». Состоял в «Обществе любителей российской словесности». Известность Павлову принесли его «Три повести» (1835). Перу Павлова принадлежат также водевили, куплеты из которых пользовались популярностью, ряд критических статей, опубликованных в 1850-е годы в «Русском вестнике», книга «Об источниках и формах русского баснословия» (1859). В последние годы своей жизни он редактировал реакционную газету «Наше время». Отдельным изданием стихи Павлова в свет не выходили; по свидетельству Е. Ростопчиной, они часто распространялись анонимно. [117] Как поэт он принадлежал к романтическому направлению; лучшие его элегические стихи привлекли внимание композиторов.
Не говори ни да, ни нет,Будь равнодушной, как бывало,И на решительный ответНакинь густое покрывало.Как знать, чтоб да и нет равноДля сердца гибелью не стали?От радости ль сгорит оно,Иль разорвется от печали?И как давно, и как люблю,Я на душе унылой скрою;Я об одном судьбу молю —Чтоб только чаще быть с тобою.Чтоб только не взошла заря,Чтоб не рассвел тот день над нами,Как ты с другим у алтаряПоникнешь робкими очами!Но, время без надежд губяДля упоительного яда,Зачем я не сводил с тебяК тебе прикованного взгляда?Увы! Зачем прикован взор,Взор одинокий, безнадежный,К звездам, как мрачный их узорРисуется в дали безбрежной?..