Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:
А у меня система нервная слишком нервная, наверное, Я голодный — сволочь сволочью, а сытый я не так уж плох. Нервы щавелем не лечатся, организм тоскует, мечется: Мяса просит. Тигры, граждане, не едят чертополох! А взять грудинки пожирней! Ещё ветчинки к ней да лососинки к ней! Стаканчик хлебного вина — Ну изумительно! Проповедуют умеренность, аскетизм и воздержание, Говорят: «Умерь желания! Скушай грушу на обед!» А спорить с этими аскетами — это всё равно как с морковными котлетами: Ну какая философия у морковных у котлет? А нас и так лишили многого, нам развеяли иллюзии. Коммунизм, демократия — обернулись пустяком. Идеалы наши стырили, горизонты наши сузили И хотят отнять последнее — буженину с чесноком! А как шкворчит на кухне гусь! Здесь пахнет пряностью и тихой радостью… Ну как же можно без гуся? Нет, не дождётеся! Так что — дай вам Бог здоровьичка, а также стула регулярного, Настроенья лучезарного и душевного огня! А ежели есть желание нескромное — скушать что-нибудь скоромное, Так вы ешьте, люди добрые! И пеняйте на меня! Зовут, зовут тефтели и жареный петух! В здоровом толстом теле здоровый стройный дух! Не надо, братцы, слушать пустую дребедень — Давайте, братцы, кушать хотя бы через день!

Время, назад!

Всё в свой черёд и всему своё время, Время бросать в почву новое семя. Время не любит идти на попятный, Но плёнку поставят, открутят обратно. И если вспять повернула эпоха, Вам разъясняют, что это неплохо. Твёрдой рукой постираем умело Знамя борьбы за рабочее дело. Вы промолчите, от вас не убудет. Было всё славно, и славно всё будет. Спите спокойно, останетесь в плюсе, Серый волчок за бочок не укусит. Серый волчок — он рассказывать мастер, Сказочник добрый густой серой масти. Слушай рабочий и слушай колхозник: Жил-был у бабушки серенький козлик. Столько знакомого в этих рассказах… Спите, приснится вам небо в алмазах, Время свернётся клубком у порога — Тихо, спокойно… Конец некролога.

Выбери меня!

Всё в стране ужасно, всё в стране погано. В высших эшелонах — шум и болтовня. Бисмарка там нету, нет Шатобриана — Значит, надо, чтобы главным выбрали меня. И сразу: наших олигархов разведу я круто, Соберу их вместе и скажу: «Даёшь!» И скажу: «Сдавайте, граждане, валюту! У меня народ не кормлен, начался падёж!» Сам кристально честный и сакрально чистый, Лично б сеял жито, лез в шахтёрский штрек, — И меня б любили даже коммунисты. Самый человечный был бы человек! Ворам и мздоимцам — бить по пяткам палкой! Утоплю бандитов, как слепых котят, А ментов не трону, потому что жалко. Что, менты не люди? Тоже есть хотят! Я призрел бы сирых, утешал страдальцев, Как Ильич, встречал бы чаем ходоков. А гимном я бы сделал песенку про зайцев — Чуть её подправит старший Михалков. Я скажу министрам: «Что за волокита? До сих пор у граждан нету ни шиша! Всем читать Прудона и Адама Смита! В общем, чтобы к Пасхе обогнали США!» Ах, каким я славным президентом стану! Ярким, как Людовик, мудрым, как де Голль! Всюду будут скверы, парки и фонтаны. Слушать будем «Битлз», кушать алкоголь! Нас бы уважали и арабы, и евреи, Буш бы за советом в Кремль приезжал: Дескать, можно мы немного побомбим Корею? А я бы средний палец Бушу показал! А потом, конечно, стану я тираном — Старая, простая, верная стезя, — Разгоню парламент, посажу смутьянов. Но здесь уже традиций нарушать нельзя! И потом, ведь любят на Руси тиранов. Так оно привычней, что ни говори. Я возьму державу, скипетр из Гохрана — И меня Шандыбин выкрикнет в цари. Оц-тоц, хорошо! Буду самым главным! Будет голос зычен, а рука тверда. Боже, меня храни! Сильный, державный! Хотели как лучше, а выйдет как всегда… Власть, конечно, сильно портит человека. Не пойду во власть я — мне она вредна. И к тому же вряд ли выберут чучмека, Так что спи спокойно, родная страна!

Говённая песня

За многие ночи бессонные Я песню одну написал. Она получилась говённая, Я спел её и зарыдал. Как с этой бедою мне справиться! Я выпил, но не помогло. Жене спел — а вдруг ей понравится! — Супруга сказала: «Фуфло». С цветной репродукции зыркая, Джоконда дразнила меня Своей имбецильной улыбкою: Ну что, мол, опять, мол, фигня? Нет в мире печальнее повести, А люди ведь скажут потом: «Откуда же столько говённости В черкесском парнишке простом?» Жил безумно, безумно, безумно, кутил, веселился, Жизнь бездарно, бездарно, бездарно сквозь пальцы текла. Ах, зачем я на свет появился? Ах, зачем меня мать родила? Ну, не было, блин, вдохновения, И я, что сумел, написал. У музы, видать, несварение, И здесь не поможет фестал. Душевного нету страдания — Одни рефлексии да лень. Осталось заняться вязанием, Сидеть и вязать целый день. Ни вьюги, ни няни, ни цензора. Меня бы в именье сослать! Но щас — даже пасквиль напишешь на Цезаря, А ему — высочайше плевать.
Поделиться с друзьями: