Свободен? Да как сказать.Подводят вот тормоза.А, прямо давай крути —Без них хоть не загрустим. А счетчик такси стучит И ночь уносит меня. Мультуки, базуки, ключи В кармане моём звенят.Наверное едешь к жене?А как же, конечно к ней.А впрочем, может не к ней.Ошибка, жены то нет. А счетчик такси стучит И ночь уносит меня. От чьих же квартир ключи В кармане моём звенят.Сегодня у нас среда.Четверг то когда, тогда.Зарплата была вчераИ вроде не пил с утра. А счетчик такси стучит И ночь уносит меня. Толстею — твердят врачи Про Визбора, про меня.Направо нельзя никак,Налево — намнут бока,А прямо — одна тоска,Пою про Памир пока. А счетчик такси стучит И денег нет у меня, Но гаечные ключи В кармане моём звенят.
Дом на полпути
Ах этот дом на полпути —Никак мне мимо не пройти,Ну обязательно зайтиНадо.И никого в нем не найти,И дальше надо бы идти,И мне сюда не принестиРадость.И хоть никто не ждет меня,И в окнах нет давно огня,Зайду туда, себя кляня,Знаю:Здесь люди разные живут,Вдруг не простят, вдруг не поймут?Но ведь собачьего нет тутЛая…Нет, мне нельзя идти туда,Иначе так я никогдаНе выберусь туда, кудаНадо.А он стоит на полпути,Хоть отвернись, не обойти,Как ни крути, как ни верти —Правда.Декабрь 1964
Дорожные размышления
Где вы, близкие? Где, чужие? —Вот уж сколько дней я вас не вижу.В памяти моей, как пассажиры,Едете: я — дальше, вы — ближе. Всё, что с вами связано — так остро, И добро — приятней, зло — больнее… Думать о других — как это просто! Вот не думать — это посложнее…Лучше буду думать про себя я:Мол, и я — похож на непохожих,И других людей не замечаю,И вообще — чихал я на прохожих! Сам себе кажусь я выше ростом, То грубей кажусь, а то нежнее… Думать о себе — как это просто! Вот не думать — это посложнее…Это всё, наверно, нервы, нервы…Я не первый думаю о счастье,И вообще, я — далеко не первый,Первых — слишком много… слишком часто… Красный свет… раздумья… перекрёсток… Правда может оказаться ложью… Думать «просто так» — совсем не просто, А «недумать» — просто невозможно…Май 1965
Дуня
Дунь, перестань слезить платочек —Ну подумаешь, Жан-Поль твой улетел.Оторвал от сердца маленький кусочек,А остальное взять не захотел.И не надо, Дуня, думать за Европу,Без нее Одесса также хороша.Еще много можно ножками протопать,Лишь бы только пели сердце и душа.Слышь, Дунь, пойдем в кафе у моря —А вон и Жорик с Софою идут.Эти люди, Дуня, свое счастье не проспорят,Эти люди, Дуня, никогда не предадут.И не надо, Дуня, думать за Европу,Без нее Одесса также хороша.Еще можно много ножками протопать,Лишь бы только пели сердце и душа.Дуня, посмотри, цветут каштаныИ снует по Дерибасовской народ.Женский смех как прежде несется над фонтаномИ уходит в море белый пароход.И не надо, Дуня, думать за Европу,Без нее Одесса также хороша.Еще можно много ножками протопать,Лишь бы только пели сердце и душа.
Душа
У человека есть душа,Церковники правы.И мне, представьте, наплевать,Как думаете вы.Зови зарядом — не душой —Эмоций и страстей,Ведь человек же — не мешокМышц, нервов и костей!Душа бывает с кулачок,Бывает с шар земной.И к чёрту космос и расчёт,Я верю ей одной.В душе у женщин — тайны спят.Как детская чиста!Душа дороже всех наград,Страшнее казней ста.Война идей и стран войнаНичто не завершат,И победит одна она —Великая душа,И, роковой вдруг сделав шаг,Сорвусь или сгорю, —Возьмите, вот моя душа,Я вам её дарю.И жизнью собственной дыша,Я к выводу пришёл:У человека есть душа,И это хорошо!Июль 1966
За туманом
Понимаешь, это странно, очень странно,Но такой уж я законченный чудак:Я гоняюсь за туманом, за туманом,И с собою мне не справиться никак. Люди сосланы делами, Люди едут за деньгами, Убегают от обиды, от тоски… А я еду, а я еду за мечтами, За туманом и за запахом тайги.Понимаешь, это просто, очень простоДля того, кто хоть однажды уходил.Ты представь, что это остро, очень остро:Горы, солнце, пихты, песни и дожди. И пусть полным-полно набиты Мне в дорогу чемоданы: Память, грусть, невозвращённые долги… А я еду, а я еду за туманом, За мечтами и за запахом тайги.2 июня 1964Товарный поезд «Ленинград-Шерегеш»
И снова уходим…
И снова уходим в далекие далиИ снова нам ветер надул парусаДавай же присядем пока не расстались,Пока ещё рядом любимых глаза.И даже к тебе прикасаясь рукоюОдною с тобой уплывая рекойТы знаешь, что я как всегда неспокоен,И рядом с тобой всё равно далеко.И снова уходим в далекие дали,И снова нам ветер надул паруса.Давай же присядем пока не расстались,Пока ещё рядом любимых глаза.
Иди
Мне солнце виски опалит,Мне дождь обесцветит глаза.Ищу я в дорожной пылиСлова, что еще не сказал.Трава мне кивает: «Приляг!»Мне звезды кричат: «Погляди!»И крутится набок Земля,И хочешь не хочешь — иди.Мне путь этот с детства знаком?Восторгов, сомнений и бед.По мыслям-ножам босикомИду, улыбаясь тебе.Но пальчиков детских заборМне путь по земле преградил,И мне уж не выиграть спор,И хочешь не хочешь — иди.А песни мне спать не дают,И времени нет — пустота.И где вы, покой и уют?Без вас я немного устал……Разорванный мыслями сон.Лежит потолок на груди…И не пересечь горизонт,И хочешь не хочешь — иди.26 сентября 1966
Иерусалим
Жизненный мой путь, увы, исповедим,Осознал я это в раннем детстве.Раненую душу залечи, Иерусалим,Мне никуда от этого не деться.Мне никуда от этого не деться.Я бродягой жил, любил и был любим,Кладов не искал, не ждал наследства.Я прямым путем пришел в Иерусалим,И никуда от этого не деться.И никуда от этого не деться.Я от солнца прячусь, я по улочкам брожу,Я гляжу — никак не наглядеться.Я домой кусочек счастья увожу,Мне никуда от этого не деться.Мне никуда от этого не деться.Июль 1994Израиль
Камчатская песенка
А над Петропавловском снова облака.Про погоду летную не слыхать пока.Берега угрюмые, сейнера кричат,И, о чем-то думая, курит Авача.В этой бухте рыбою пахнет каждый бич.Белоснежной глыбою теплоход «Ильич».И камчатский дождичек сыплется с небес…И об этом хочется рассказать тебе.Как тропой медвежьею шли мы кедрачом,Как кусты невежливо рвали за плечо.Соболь мишкой кукольным из кустов глазел,И глухарь испуганно прятался в росе.По намокшим улицам бродят взад-впередРыбаки, геологи — кочевой народ…Выпьем за романтиков и за чудаков,За друзей-дорожников, славных мужиков!1968
Канатоходец
А вы что думаете, мне не страшно?Здесь яркий свет, а там, внизу — темно.И осторожным шагом, а не маршемИду, и все следят за мной.Узка моя небесная дорога,И можно выбрать путь другой любой.И прекратить. И оправданий много.Страшна не смерть — куда страшнее боль.И я спокоен. Да, конечно, я спокоен…Нет-нет, я не спокоен, это ложь.Но иначе нельзя. Я это понял.Важна не цель, а путь, которым к ней идешь.И мне нельзя ни вправо и ни влево —Лишь прямо, улыбаясь сжатым ртом.Как говорила в сказке Королева:«Сначала казнь, а приговор потом».Потом, потом аплодисменты и улыбки,И яркий свет, и все мы на виду…Я сделал шаг, оставил мостик зыбкий,И абсолютно тихо — я иду…1967–1968