Песни, Кукин Юрий Алексеевич

Песни

Кукин Юрий Алексеевич

Шрифт:

Остаётся

Ну убежишь, ну убежишь за горизонт, А ведь уже не тот азарт. Какой, скажи, какой, скажи тебе резон, Когда не держат тормоза? Когда другим глядеть в глаза, Как раньше, просто нету сил, — И от себя не убежать, И остается только ждать И жить как жил. Вот так всегда, когда проходишь рубежи, Где без расплаты чудеса. И навсегда однажды выдумана жизнь, А в самом деле — полчаса. И остается только ждать Под синью напряженных жил, — И от себя не убежать, И остается только ждать И жить как жил. И стук колес, и сердца стук? Во мне — сливается в один. И шелест книг, и синий свет витрин — Все это позади, Осенняя печаль и солнца свет? На всей земле единственный пожар. От ветра у травы, Как где-то от любви, Ресницы задрожат… Я знаю: нет твоей вины, Как нет конца пути, Я знаю, что продолжить надо путь, Хоть некуда уйти. И остается убеждать себя, Что нет причин для правды или лжи, И от себя не убежать, И остается только ждать И жить как жил. А за окном, а за окном летят года По рельсам этих дней, И только на губах слезиночка дождя Вдруг стала солоней. Как мне понять, как угадать и прикоснуться К шепоту рассыпанных волос? Но остается только ждать, И жить, как жил, И слушать стук колес. Зачем же ждать, чего-то ждать, Как новую беду, И прятать грусть, и прятать грусть? Она у всех, как прежде, на виду. Мелькнет удача, мелькнет удача, та, Которою ты так не дорожил. И от себя не убежать, И остается только ждать И жить как жил. Февраль-март 1973

Очень растревожила…

Очень растревожила Нас тоска дорожная, Хоть и осторожненько, Но до невозможного. Мы идем по улице, Как идут по осыпи, Хоть и не волнуемся И не спим без просыпа. Мы не стали старыми, Стали осторожнее, Даже на прохожих мы Смотрим настороженно. На себя мы нацепили Черные костюмы, Ничего мы не забыли. Думы — мои думы. Пусть спокойно в этом мире — Мы не успокоимся. Мир от полюса в квартире До другого полюса. Мы дорогой открываем И глядим восторженно. Очень растревожила Нас тоска дорожная.

Палатка в облаках

Не помнил я, куда летел, Не видел рядом спящих тел. С пробитой вестью головой, И безразлично, что живой, И безразлично, что живой. А подо мной белым-бела Равнина облаков плыла, И вижу сквозь нечеткость век: По ней плетется человек, По ней плетется человек. И стало мне пустынно вдруг: Ведь это мой погибший друг, И холодочек по спине: Вот он махнул рукою мне, Вот он махнул рукою мне. Нет, это сон всему виной, И вновь все пусто подо мной, И боль укутал мысли шелк: Куда он шел, куда он шел, К кому он шел, к кому он шел? И где б ни сел мой самолет, Меня в пустыне этой ждет Мой друг, и ждет меня, пока Моя палатка в облаках, Моя палатка в облаках. Июль 1980

Памирский блюз

Мертвенным светом луна заливает Снежные склоны гор, Лампа в палатке мигает, и тает Тихий мужской разговор. Кто-то читает, кто-то мечтает, Я напеваю блюз. И, по-кошачьи неслышно шагая, К нам подбирается грусть. Древние горы слушают ветер, Он же стучится к нам. В мире одни мы, и сигаретным Дымом палатка полна. В памяти лица знакомых всплывают, Залов концертных огни. Я потихоньку блюз напеваю Про уходящие дни. В этом подлунном и призрачном мире Счастлив чуть-чуть, признаюсь, И на далеком пустынном Памире Я напеваю блюз. 1967

Памяти Ю. Визбора

Он ушел мимоходом, заглядевшись на небо, Мимо елей и сосен, мимо белых берез. С нами жизнью делясь, как добром или хлебом, Ни рассказа, ни песни с собой не унес. И печально склонили свои головы горы. Дождь осенний упал вместо звезд на дома. И затихли друзей у костров разговоры, И озер зеркала занавесил туман. Горнолыжник оставил следы поворотов: Поворотов судьбы, поворотов любви. Снежным Млечным путем проскочив сквозь ворота, В бесконечность умчался, зови — не зови. Я смотрю сквозь тебя, вижу синие реки, Сквозь тебя, сквозь глаза — на пространство Земли, Где кричат поезда, расставаясь навеки, Где гудят корабли и летят журавли. 1984 — сентябрь 1994, (первое исполнение в Московском Дворце съездов).

Париж

Ты что, мой друг, свистишь? Мешает жить Париж? Ты посмотри, вокруг тебя тайга. Подбрось-ка дров в огонь, Послушай, дорогой, Он — там, а ты — у чёрта на рогах. Здесь, как на пляс Пигаль, Весельем надо лгать — Тоскою никого не убедишь… Монмартр у костра, Сегодня — как вчера, И перестань, не надо про Париж. Немного подожди, Потянутся дожди, Отсюда никуда не улетишь. Бистро здесь нет пока, Чай — вместо коньяка… И перестань, не надо про Париж. Закрыла горы мгла, Подумай о делах, И перестань, не надо про Париж, Ну перестань, не надо про Париж. Август 1964

Пародия на А. Городницкого

Когда на сердце тяжесть и плохо в животе, Спешите к Эрмитажу, пусть даже в темноте, Где без питья и хлеба — тюремного пайка, Атланты держат небо на каменных руках. Держать его махину — не мёд и не шашлык, Особенно кто хилый и с детства не привык. А рядом бабы ходят, с друзьями водку пьют… А им колени сводит — им смены не дают. Стоят они, ребята — точёные тела, Поставлены когда-то в чём мама родила. И вдруг, на эти штуки ужастно разозлясь, Они отпустят руки, и небо с неба — хрясь! И даже над Канадой не будет синевы. «Не надо, ох, не надо!» — так закричите Вы. Надежда сохранится до той поры пока Подержит Городницкий на собственных руках.

Пародия на Б. Полоскина

Распечатать бутыль легко, Запечатать, не пить попробуй. Я горбушку возьму тайком И скормлю голубям дорогой. А потом пусть ветра леденят И пусть где-то рубаха промокла. Стало истиной для меня, Что чем шире, тем легче дорога. Я напьюсь до голубой немоты, Вы меня не возьмете на мушку. Будет Колкер со мною на ты — Поцелую в смешную макушку.

Пародия на Е. Клячкина

Я к тебе под одеялом прижмусь. Отодвинешься, ну что — ж, ну и пусть. Просто иначе никак не могу, Даже спичка не горит на снегу. Только что-то ты спиной да спиной, Будто спишь совсем одна не со мной. Я закрылся и на зад не гляжу И как кожа под коленкой дрожу. Я умен, но, а тебе невдомек, Мой сверхассоциативный намек. А будильник все звенит и звенит Розовеет от намеков гранит.

Песенка о ногах

Ящички, мешочки, дальние дороги… Нам бы сесть, отдохнуть — так устали ноги. Помечтать, посидеть, поглядеть на небо, Да нельзя — не успеть побывать, где не был. Побывать, где не был… На плечах — голова, за спиной — усталость, Даже сердце — ногам все нести досталось… Сколько пройдено тут этими шагами, И «туда» понесут нас вперед ногами. Нас вперед ногами… Виноваты они в том, что жизнь в дороге, Только сердце болит, сердце, а не ноги. И, бывает, в пути по ночам не спится, Значит, надо идти, надо торопиться. Надо торопиться… Надо торопиться… Июль 1963 Темиртау

Песенка о памирском шофере

Ты играл прекрасно на гитаре, Ты мне пел про синие глаза, Сашка, Сашка, — как же это парень, Что вдруг отказали тормоза? Нелегка памирская дорога, Тяжело все перевалы взять Не доехал Сашка до Хорога Улетел, не прилетит назад. А недавно пел мне «Бригантину» С затаенной в голосе тоской, И дороги горной серпантины Пролетал, крутя одной рукой. И с упорством муравья лесного, Встав с машины, весь сплошной металл, Медленно упорно понемногу Лез на поднебесный Ак-Бойдал. Сколько б не было с тобой аварий Из любых несчастий вылезал, Сашка, Сашка, — как же это парень, Что вдруг отказали тормоза?

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Песни

Кукин Юрий Алексеевич

Шрифт: