Чтение онлайн

Пахло кровью. Приторный, сладкий до тошноты запах, отдающий металлом и отчаяньем.

Или это просто разыгралось воображение Адера сен Риелс. А может быть, всему виной полумрак и спёртый воздух в этом помещении. А может, это огромное зеркало, отражающее бледного, испуганного, но отчаянно храбрящегося мужчину.

Граф Атори заслужил себе не самую добрую славу. О нём говорили разное, но общим было одно — скрыть от этого человека не удастся ничего. А королевскому казначею было что скрывать. Было что и рассказать, но того, чего рассказывать нельзя — было больше.

Атори не спешил поинтересоваться, что стало причиной столь неожиданного визита. Он спокойно перебирал документы на столе. И Адеру казалось, что там, среди кип этих бумаг, есть и те, которые размашистой подписью короля выносят ему смертный приговор. Об этом знали ровные ряды книг, обрастающие пылью на стеллажах. Знали стопки бумаг на столе. Знал дождь, барабанящий по карнизу и оконному стеклу. И даже танцующее пламя на фитиле свечи.

Адер откашлялся, привлекая внимание Роберта сен Атори, и постарался взять себя в руки.

— Ваша светлость, мне нужно с вами кое-что обсудить, — выдавил он, радуясь, что голос его не предал. — Относительно герцогини Байе.

Роберт сен Атори отложил один из пожелтевших, явно древних рукописных листов и, наконец, обратил внимание на графа Риелс. Тяжёлый холодный взгляд серых глаз сам по себе был подобен острой стали. И Адер невольно вздрогнул, едва не попятился. Захотелось выругаться, но сдержался.

— Что именно вы хотели рассказать о герцогине? — ровным, лишённым эмоций тоном спросил сен Атори.

Сам тон был таким, что хотелось сбежать, а вместе с его репутацией… Но отступать было некуда.

— Ходят слухи, герцогиня сведуща в колдовстве, — охрипшим голосом начал сен Риелс. И, заметив удивление на лице сен Атори, продолжил. — Её служанки всё время рыскают по дворцу и собирают ингредиенты для колдовских зелий. Странно, что до вас ещё не дошли слухи…

— Слухи это не то, что мне интересно, — подперев голову кулаком, с самым скучающим видом заметил глава тайной канцелярии.

— Но ведь и дыма без огня не бывает, — осмелел граф Риелс. — Вам стоит обратить на это внимание.

Роберт сен Атори улыбнулся. Но от этой улыбки стало ещё хуже.

— Очень забавно слышать подобное от вас, дорогой Адер сен Риелс. Ведь слухи вам совершенно не на руку. К примеру, слухи о том, каким честным образом вы заняли нынешний пост. Стены дворца шепчутся о том, что король одурманен приворотным зельем, и ваша дражайшая сестра всё ещё фаворитка только благодаря колдовству. Это преступление гораздо тяжелее того, что на совести герцогини Байе, которая просто сохраняет красоту всеми доступными, но совершенно законными, методами. Если бы вы были немного осведомлены на сей счет, то знали бы, что все ингредиенты колдовского зелья — всего лишь женские хитрости…

Но сен Риелс уже не слушал. С уст графа Атори слетали такие обвинения, от которых голова шла кругом. Но хуже всего, что, в отличие от обвинений насчёт герцогини Байе, они были правдивы. Зелье, пусть и не приворотное, сестра подмешивала королю регулярно. И если пошёл слух…

Холодный пот прошиб Адера.

— Я прошу прощения, ваша светлость. Мне действительно следовало бы сначала разобраться, что к чему, а уже потом выдвигать обвинения, дабы они не были голословными.

— Да. Не стоит бросаться подобными словами, — кивнул граф, теряя всякий интерес к визитёру и снова возвращаясь к бумагам. — Не смею вас задерживать, — и, словно невзначай, добавил: — Пока.

Это «пока» преследовало Адера по тесным коридорам первого этажа королевского дворца, до половины утонувшего в земле и оттого душного, тёмного и сырого. Многие удивлялись, почему королевский поверенный облюбовал именно это место. Но многие и догадывались — всё потому, что само это место нагоняло жути.

И только вылетев на балкончик на втором этаже, под порывы холодного ветра и крупного дождя с мелким градом, Адер смог вздохнуть полной грудью.

Нужно было срочно поговорить с сестрой. Но для начала — выпить. Чтобы немного унять дрожь в руках. А уж потом и поговорить…

Граф Атори откинулся на спинку стула, задумчиво барабаня по крышке стола.

Шарам! Вот почему всё так не вовремя и не к месту? Не мог этот выскочка сен Риелс посидеть со своими домыслами ещё месяц-два? Теперь придётся следить, чтобы он, не дай Великие, не додумался поделиться своими домыслами с королём устами Медвены. А этого сейчас совсем никак нельзя допускать.

Сколько всего, за чем просто необходимо следить… Слишком много. Порой неподъёмно…

Зашуршал стеллаж справа, впустив запахи плесени и пыли, и в кабинете появилась она. Женщина, пленившая его разум, сердце и волю много лет тому. Его единственная, с чьей красотой не сравнится ни одна женщина в мире — Валения де Саменти. Всё так же прекрасна, как и в тот день, когда он увидел её впервые. И пусть это было так давно, что порой казалось всего лишь придуманной историей о них двоих — одно её присутствие, запах, блеск в глазах цвета тёмного янтаря снова возвращали его в то время. Она не сильно изменилась, оставаясь всё такой же изящной, и всё так же вызывала восхищение. Самим своим появлением она развеивала тяжёлые мысли, вдыхала в него силы подняться и идти к их цели. Сколько лет прошло… Сколько всего изменилось — а эта её особенность всё так же неизменна и нерушима, как Северные Скалы.

Он не мог отвести взгляд от её фигуры, лица, тонкой хитрой улыбки, коснувшейся губ. Кажется, даже дышать не мог, пока она не подошла и не запустила пальцы в его волосы.

— Мне надоело видеть тебя таким, — сказала Валения, присев на край стола. И не дождавшись ответных слов, спросила: — Что он хотел?

— Эрри привлекает излишнее внимание королевской фаворитки, — ответил он, скользнув пальцами по холодному хостийскому шёлку цвета горького кайвэ. — Думаю, дело времени, когда её выследят, если она будет себя столь неосторожно вести. Ты должна поговорить с ней.

— Она всё так же мне не доверяет, — пожаловалась Валения. — Я надеялась, она поймёт… Всё это было для неё и Дениэла…

— Эрри поймёт. Я уверен, что поймёт, когда всё закончится, но вот простит ли нас всех… Я иногда думаю, что следовало ей всё рассказать. Уверен, она бы и сама решила поступить точно так же. Вот только, если бы ничего не вышло, было бы жестоко давать ей надежду. Это и заставляет молчать.

Валения вздохнула, убрав руки от волос графа Атори, и обняла себя за плечи.

— Цель оправдывает средства? Так? — спросила она у сквозняка, шуршащего бумагой на стеллажах, но ответил Атори.

— Мы все пожертвовали многим. Но случилось, как случилось, и осталось всего ничего. Несколько шагов до цели. Не время сомневаться, Ния.

Валения закусила губу.

Ния… Как давно он её так не называл. Слишком приметная нежность. Два года они, словно воры, прячутся по углам, интригуя, изворачиваясь, вынюхивая. Настраивая знать против короля. Два года бессилия. Котёл с кипящей смолой, в котором варилась Эрвианна, а они не могли ничего сделать, пока Дэнни был у сен Фольи. А теперь герцогиня Саменти, сколько ни уговаривала саму себя, чувствовала, что мир между ней и дочерью треснул надвое. И дотянуться до неё она больше не сможет никогда.