Чтение онлайн

— Это жрецы? Какого?!

— Да какие из них жрецы, у них и броши-то нет!

— Эй-ей, не у меня в лавке! — послышался откуда-то писклявый голос хозяина. — Прошу, разбирайтесь себе на улице.

Но, кажется, его уже никто не расслышал. Честно говоря, Кигану приходилось драться и раньше, и не всегда эти бои были честными. Но в тот момент он, к сожалению, осознал, что делать это в неудобной мантии равносильно скорому поражению.

— Надеюсь, что ваших зелий будет достаточно чтобы подтереть эти кровавые сопли! — сказав это, здоровяк плюнул Стиану в лицо, а после, вновь уронил его обмякшее тело в уличную грязь.

— Пойдем, хватит с них, — друзьям уже стало скучно измываться над побитыми жрецами, вечер только начинался, и им хотелось отправиться в ближайший кабак.

— Моих зелий хватит на то, чтобы отравить тебя, ублюдок, — юноша выдавил из себя подобие улыбки, за что снова получил ногой в живот.

— Эй, ты! Угомони своего приятеля. Пусть учится держать язык за зубами, как и его прелюбимые шхуны.

Киган чувствовал во рту неприятный привкус крови и песка, ему еще повезет, если все зубы остались целы. Но вот нос…

— Ты слышал?! Я тебе говорю!

Юноша тут же кивнул, глядя на распростертого неподалеку друга. Когда те ушли, Стиан медленно перевернулся на спину, сплевывая комки грязи и рассматривая свои подбитые костяшки рук.

— Что ж, я думал этот рунный камень почти цел.

— Чтоб тебя! — выругался Киган, даже не пытаясь подняться.

— Пора бы и ученикам разрешить ими пользоваться, ну, или хотя бы выдавать парочку, на подобные случаи…

— С тебя новая мантия, Стиан, — сказал тот, прикрывая глаза.

— Это было бы полезно, использовать… Что?! — по непонятным хрипам, исходившим с его стороны, было даже похоже, будто он смеется. — Мантия?

— Да, новая. Пошитая с точностью под меня. С внутренними карманами и с пуго… — он чуть поморщился ноющей от боли. — И с пуговицами, полностью покрытыми серебром.

Они так и лежали в тот вечер, грязные и избитые на твердой промерзшей земле. Им не помог ни хозяин той продовольственной лавки, и ни эльврат, из-за которого, в общем-то, все это и началось. Но все же, Киган был очень рад, что не оставил своего друга в беде.

Когда дверь больничной комнаты, наконец-то, открылась, жрец был удивлен, заметив лишь одну выходящую оттуда фигуру.

— Вдвоем мы будем слишком бросаться в глаза, — поспешно объяснил Падре. — Да и к тому же, я думал еще кое-чего успеть.

Киган смерил его ледяным взглядом.

— Если тебя вдруг заметят, я уже не смогу встать на твою сторону.

— Во-первых, заметят не меня, а этого простофилю Эмброуза, — он натянул белый воротник почти что до самых глаз. — А во-вторых, после прочтения письма, ты и сам не захочешь быть на моей стороне.

Жрец удивленно поднял брови.

— Как член Высшего Совета, я имею полное право остановить тебя прямо здесь и сейчас.

— Ты не сделаешь этого, Киган, — улыбнувшись, ответил тот. Странно, хоть и прошло много лет, но он так и не смог выровнять себе кривой нос после того неприятного случая в лавке. — Мы ведь с тобою лучшие друзья.

Жрец смотрел вслед его растворяющейся в коридоре фигуры и, от чего-то ему вдруг захотелось окликнуть Падре. Естественно, Киган не стал этого делать, он лишь заставил себя отвернуться и вскоре выкинул эти навязчивые мысли из своей головы.

Варон еще издалека заприметил дым от костра, что тянулся недалеко от дороги, и брошенную в овраге карету. Лошадей при этом, впрочем, не наблюдалось, также не было слышно и характерного ржания испуганной скотины. Их или увели вместе с собой, или, перерезав поводья, отпустили на волю. Все говорило о том, что тут недавно произошла драка. Подойдя ближе, Варон лишь убедился в этом: повсюду следы крови, смятая под ногами трава, а прямо за каретой труп извозчика ловко прибитый топором к дереву.

— Не смотри, — сказал Варон, аккуратно обходя бездыханное тело. Его интересовало оружие, если разбойники принадлежат к какой-нибудь гильдии или клану, то на рукоятке обязательно должна была быть метка.

— С чего это вдруг такая забота? В особняке Зуба, если помнишь, я… — и все же, заметив размозженную голову мужчины, Греттель ненадолго остановилась, чтобы подавить в себе приближающийся приступ тошноты.

— Я же сказал, не смотри, — юноша опустился на колени, чтобы получше рассмотреть смертельную рану. Кровь была свежая, менее часа назад этот человек был еще жив.

— Как думаешь, они где-то рядом? — почти шепотом спросила Греттель, с опаской посматривая в сторону леса.

Варон жестом указал ей на дым.

— Вряд ли остальные люди, что находились в карете, решили вдруг устроить себе пикничок посреди непроходимого леса.

— Значит, был еще кто-то? Может им нужна помощь?

— Это не наша забота, — Варон поднялся и, посмотрев в сторону башни, попытался рассчитать, сколько еще им оставалось до города.

Карета не успела отъехать слишком далеко, скорее всего кто-то знал, что они будут проезжать здесь сегодня, и устроил засаду. Само же место нападения даже не попытались как-нибудь скрыть, все оставлено будто впопыхах. Любой, проезжающий мимо мог бы заметить и позвать на помощь. Правда вот, за все время пока они с Греттель шли вдоль дороги, они так и не встретили ни единой живой души. Выходит, что разбойники также были уверены в этом? Путь с Эзимгарда не такой популярный, по крайней мере до того, как неподалеку начнутся смертельные бои.

— Вести разбой в такой близости от города крайне неосторожно, — девушка заглянула внутрь кареты, но, не найдя там ничего интересного, вышла обратно на дорогу.

— Я тоже об этом подумал, — Варон попробовал было представить, сколько всего человек напало на путников, но следы были настолько запутаны, что сделать это было почти невозможно. — Может быть город совсем опустел?

— Ну, после того, как поблизости закончились ценные ресурсы, Эзимгард покинула большая часть, живущего там народу. Но, чтобы совсем… Лес, например, добывают там до сих пор.

— Откуда ты?..

— Откуда знаю? — девушка нервно улыбнулась. — Моя мать заставляла меня быть в курсе всего и вся.

Вдруг их разговор прервал оглушительный женский крик, за ним послышался громкий стук, а потом тишина. Варон тут же схватился за нож.

— Пора уходить, — сказал он, пристально вглядываясь в темноту.

— Но как же…там, — запинаясь проговорила Греттель, все еще слыша в ушах, наполненный ужасом вопль.

— Мы ничего не сможем сейчас сделать. Будет лучше, просто сообщить городской страже.