Чтение онлайн

Юноша вздохнул, присев возле очередного тела разбойника. Этому он воткнул в шею стрелу: вошло довольно глубоко, зато можно было не сомневаться в том, что головорез умер. Варон видел, как Греттель-таки сумела убедить свою новую подругу в том, что им больше не угрожает опасность. Она уговорила ее убрать нож, и теперь ласково гладила девушку по голове. Греттель, которая сама недавно была на волосок от смерти, несмотря на все это, она держится молодцом.

Шхун поморщился от боли в плече. Нужно поскорее закончить обход и крепко перевязать рану. Она хоть и не такая глубокая, и по всей видимости не задела ни кость, ни другие важные ткани, но Варон не понаслышке знал, как худо бывает, если вовремя не прижечь или не обработать порез. Потерять левую руку по самое плечо — такая перспектива его совсем не устраивала.

Оказавшись у костра, он подкинул туда немного поленьев и перемешал угли. Приятный жар от огня согревал его замерзшие руки и расходился по всему уставшему телу. Расслабиться и хоть на минуту забыть о том, что недавно произошло, было Варону просто необходимо. Он до сих пор не мог успокоить бешено колотящееся в груди сердце.

Вскоре к костру подошли и две девушки, прижимаясь к друг дружке словно так они могли огородиться от трупов и распространившегося запаха крови. Греттель попыталась сесть рядом со своим другом, но та ни в какую не захотела подходить к Варону слишком близко. Он махнул рукой, показывая, что ему все равно. Его сейчас волновало то, как бы рыба, тлеющая рядом в углях костра, не начала гореть. Есть хотелось так сильно, что он был готов наброситься даже на сырую пищу, но, кажется, рыбины и так отдаленно пахли тухлятиной, не хотелось рисковать еще больше.

— Я видела еще немного картофеля, там в мешках, где телеги, — Греттель хотела встать, но девушка тут же схватила ее за рукав широкого плаща. — Ну что такое? Я же объяснила. Варон — наш друг. Он не желает нам зла. Разве принялся бы он нас спасать, если бы хотел обратного? Ну? — та с мольбой продолжала смотреть на нее, а на глазах выступили слезы. — Не хочешь картошки? — она покачала головой. — Варон, а ты?

— Неважно, — он угрюмо уставился себе под ноги, может быть красные глаза так сильно пугают эту дуреху? Хотя она недавно убила человека и мало ли чего еще успела пережить за эти несколько часов, не стоит ее обвинять.

Греттель снова села, блаженно протянув руки к костру. Лицо ее перестало быть настолько бледным, и огромный синяк под глазом, кажется, стал еще ярче.

— Кто это тебя?

— А? Это, — она слегка замялась, осторожно ощупывая больное место. — Это помощнички Хорула. Ничем не лучше, чем эти головорезы. Они напали почти сразу, как я привела нас в «Драконий слиток».

— Драконий что? — переспросил Варон.

— Ты, наверное, и не помнишь, — Греттель закусила губу, вспоминая подробности недавнего вечера. — Тебе стало плохо, почти сразу как мы отошли от ворот. У тебя был жар, и я решила, что мы не можем останавливаться на улице. Теперь-то я, конечно, понимаю, к чему были все эти меры. Прости, — она виновато посмотрела на него.

— Ничего страшного, ты сделала все правильно. Мне действительно было нехорошо.

— Да это мало сказать! — воскликнула девушка. — Я подумала, что может тебя отравили, или что-то вроде того. Я хотела найти нам лекарств. Но было уже темно и работали только если трактиры, и я начала спрашивать там. Понимаешь? Я просила помощи, а они привели стражу.

— Что было потом?

— Потом, — Греттель опять было потянулась к щеке, но тут же опустила руку. — Они попросили пойти с ними. Я спросила куда, они не ответили. Тогда я сказала, что никуда не пойду, а стражники захотели увести тебя. Просто за то, что тебе стало плохо. Они попробовали забрать тебя силой, если быть честной, к тому моменту ты уж совсем размяк. Ну я и попыталась…неудачно, как видишь, — Греттель улыбнулась вымученной улыбкой. — А дальше ты и сам знаешь. Я им говорила, что как только ты проснешься, то ты их всех прирежешь, но они не слышали. Никто из них, — ее лицо вдруг помрачнело. Варон поначалу хотел спросить куда ее увел Тибольд, и успел ли он сделать что-нибудь…нехорошее, но подумал, что ворошить это ни к чему. По крайней мере сейчас.

— Кажется готова, — Варон достал из-под углей горячие куски лосося, он сдул с них сажу и копоть и поочередно передал девушкам. Греттель взяла за них обоих.

Кажется, это был один из лучших ужинов в его жизни. Кости отходили легко, а мясо на вкус такое сочное, даже не похоже, что эта рыба была не совсем первой свежести. Покончив с первой партией, он сразу же принялся за вторую. У его спутниц, напротив, кусок в горло не лез. Но Греттель все же заставила съесть себя немного. Варон прав, силы им еще могут понадобиться.

— Это довольно вкусно, — девушка махнула рыбьим хвостом перед своей новой знакомой. — Тебе тоже нужно поесть. Хоть чуть-чуть.

Возможно, из-за того, что Греттель приходилось сейчас заботиться о ком-то еще, кроме себя самой, то это давало ей сил не падать духом. Да, она могла бы заплакать, всячески жалеть себя, но нужно ведь понимать, плохо не ей одной. Повязка Варона на плече давно пропиталась кровью, Греттель видела, как недалеко от места, где жарилась рыба, он нагревал и наконечник стрелы тоже. Не было сомнений в том, что он собирается делать. А эта девушка, вроде бы Фела, было даже страшно представить, что она могла пережить. Интересно, это ее крик они тогда слышали, будучи недалеко от Эзимгарда? Там, где они еще обнаружили несчастного кучера, прибитого топором к дереву? Греттель старалась думать об этом как можно меньше.

— Вам лучше отвернуться, зрелище будет не из приятных, — сказал Варон, доставая из костра раскаленный наконечник стрелы.

— Вокруг есть вещи и пострашнее, — попыталась пошутить девушка, на что тот посмотрел на нее сердитым взглядом. — Ну, хорошо, хорошо. Тебе точно не нужна помощь? — юноша покачал головой, после чего Греттель обратилась к сидящей рядом спутнице, которая даже не притронулась к своему ужину, но по-прежнему не выпускала его из рук. — Фела? Ведь так? — та испуганно посмотрела на Греттель, ее пугал даже простой звук ее имени. — Давай немного пройдемся? Я видела неподалеку кусты ягод кучевницы, — девушка усиленно замотала головой, видимо покидать теплое место у костра ей не хотелось. Греттель обеспокоено взглянула на шхуна.

— Черт побери, — пробурчал тот, но делать ничего не оставалось. Ему был необходим свет, а единственным источником на лиги вокруг — был этот злосчастный костер.

Зажав в зубах палку, он аккуратно стянул с себя окровавленную повязку. Рана была чуть больше и глубже, чем он предполагал, и выглядела она совсем неважно. По-хорошему было б зашить ее и смазать жрецовской заживляющей мазью, но в таких условиях, он может полагаться только на подручный средства.

Раскаленное железо делало свое дело, оставляя после себя неприятный запах паленой кожи и огрубевшую, запекшуюся кровь. Греттель все же не смогла смотреть на его мучения слишком долго, вскоре она отвернулась, уставившись на истоптанную разбойничьими сапогами землю, и принялась ждать, когда стоны и шипение огня прекратится.

— Помоги набросить повязку, — наконец, проговорил он, отбросив стрелу в сторону. — Ты ведь нашла что-нибудь подходящее?

Греттель виновато показала ему отрезок чьей-то хлопковой рубашки, он лежал в одном из расставленных шатров и показался девушке довольно чистым, по крайней мере из всего, что удалось отыскать ей.

— Лучше, чем ничего, — сказал Варон, предоставив свою раненую руку полностью в распоряжении девушки.

— Так все же, как тебе удалось вырваться? — спросила та, стараясь как можно аккуратнее промывать окровавленное плечо остатками недопитого вина.

— Все, как я и говорил, — шхун всячески старался отвлечься от боли, рука горела так сильно, что ее хотелось окунуть в чан с ледяной водой. — Они сами меня. сс…освободили. Чтобы проверить в драке. Все, как те че. сс. чертовы матросы.

— Матросов сюда не приплетай. Они были отличными ребятами.

— Да, после того, как я нес. сс. сколько раз ударил их по морде.

— Что ты такое говоришь? — не рассчитав свои силы, она затянула повязку чуть сильнее, чем того требовалось. — Ой, извини!