Песок Пустоты. Проклятие древней крови
Шрифт:
— Бесполезная блестяшка, — Падре убрал кристалл в сумку, что висела на поясе. Для поиска разлома эта вещица уже явно не понадобится. Может быть Ханс в чем-то и прав, но это не значит, что нужно останавливаться на пол пути.
Не медлив больше ни секунды, Падре спустился на первый этаж вслед за своим учеником.
Была уже поздняя ночь, когда они, наконец, решили закончить на сегодня со своими делами.
— А может быть такое, что создание Пыли погибло? В тот момент, когда я сле. следил за носителем? — высказал свое предположение юноша, он чувствовал, как его голова кипела от наплыва информации, а глаза уже болели и слезились от теплого света лампы. Он то и дело тер их руками.
— Это вполне возможно, — жрец выглядел не менее уставшим. — Правда, я не слышал, чтобы магистериум направил кого-то в Ярмал с такой целью.
— Может тогда, Пыль умерла сама?
Падре улыбнулся.
— Нет, Пыль — прежде всего, это паразит. Пока ей есть чем питаться, она не погибнет. А Ярмал слишком уж большой город, чтобы остаться без пищи.
— А так ли часто она им нуж…нужна, эта пища? — теперь, думая о созданиях Пыли еще больше, у Део появлялись и новые вопросы.
— Как знать, — старик откинулся на спинку стула. — То существо в деревне, что мы встретили с тобой в первый раз, ему требовалось не так много, за три месяца три ребенка. Плюс небольшие звери, да птицы. Я же встречал и более, как бы это сказать, прожорливых созданий.
— Прожорливых? — юношу передернуло о воспоминаниях о том существе и упоминания детей в качестве приема пищи… Это было мерзко.
— Да, однажды мы столкнулись с так называемым Лизейским кровопийцей.
— Подождите, — Део не понимал шутит ли сейчас учитель или нет. — Неужели он был…он был созданием Пыли?
— Скорее настоящим чудовищем. Мы запечатали его, а потом уничтожили. Потребовалось семь опытнейших жрецов, и две недели поисков, чтобы остановить эту кровавую цепочку.
— Но вы… Вы никогда не рассказывали такое.
— А ты и не спрашивал, — он наклонил голову на бок, это всегда придавало его лицу выражение некоторой задумчивости. — Да и ты был тогда совсем ребенком. Зачем мне было бы взваливать на тебя такую ношу.
— Значит, когда вы сказали, что поехали заседать в Совете, то вы, все это вре…время, ловили его? Ловили с другими жрецами создание Пыли?
— У тебя поразительная память, мой мальчик, — его глаза сверкнули. — Да, я и еще шестеро моих товарищей прибыло в Лизей с приказом от Иерихат-хала во всем там разобраться. Первым делом мы запечатали разлом. Он был, мало сказать, огромным. Но дело осложнялось еще и тем, что он открылся прямиком на дне озера.
— А такое бывает? — поразился тот, Део и представить не мог, как можно закрыть разлом в таких условиях.
— За мою практику дважды, — лицо Падре немного напряглось, он попытался припомнить что-то. — Да. Два раза разлом находился в воде. И это сильно осложняло нам, жрецам, задачу по его закрытию. Участки воды приходилось телепортировать и за доли секунды успевать наложить руны. При этом следить чтобы портал случайно не перенес их вместе с водой.
— Значит можно теле…портировать даже воду?
— Скажу больше, телепортировать можно все. По крайней мере все из того, что известно сейчас человечеству. Можно даже телепортировать воздух. Да, звучит странно, но все, что имеет свою массу, даже совсем минимальную, можно перенести в пространстве. Только вот другой вопрос зачем? Раньше такой техникой могли тушить крупные пожары, но одна ошибка в рунах — и это могло стоить тебе жизни. Да и порталы теперь крайне редкая штука. Вряд ли кто-то потратит рунные камни на пожар, если конечно, в нем не горит что-то чересчур важное. Но и опять же, этим могут пользоваться жрецы минимум золотого уровня. Так что ты даже не думай повторить такое, я тебе не позволяю.
Део слушал все это раскрыв рот.
— Я и не думаю.
— Вот и хорошо, — жрец снова начал выглядеть расслабленным, он замолчал, и молчал впредь до того момента, пока Део вновь его не потревожил.
— А дальше? В той истории с Лизейским крово…пийцей?
— Ах да, — он будто бы задремал, все же была уже глухая ночь. — Потом было все так, как я тебе и говорил. Мы запечатали его с помощью Иллиаров и уничтожили. Было нелегко, но мы справились. Правда вся слава досталась потом не нам, а стражам порядка. Но это магистериум мало волнует.
— Но почему? — у юноши давно в голове назревал этот вопрос. Раньше он считал, что жрецы занимаются только тем, что лечат других людей, там, где не справляются обычные доктора. Да и, честно говоря, не во всех поселениях есть опытные целители. Часто бывает, что главы деревень подают заявку в магистериум, чтобы те в свою очередь прислали им жреца на какое-то время. Указывали причину запроса, иногда еще и просили что-то определенное из настоек и мазей. Но ни одно официальное письмо не просило разобраться магистериум с созданиями Пыли. Если Лизейского кровопийцу в итоге назвали просто серийным маньяком, а не потусторонним чудовищем, неужели нельзя было получить хоть немного славы и почтения от обычного народа?
— Жрецы должны спасать жизни, а не отнимать, мой мальчик. Если люди начнут нас бояться, то это не приведет ни к чему хорошему.
— Но я-то вас не боюсь! — резко возразил Део.
— Ты и сам на половину жрец, — весело усмехнулся тот. — С чего бы тебе осуждать наши методы? Да и к тому же ты эльврат. Вам вообще не свойственно бояться.
Юноша не смог ничего на это ответить. Иногда он не понимал учителя, от чего тот думает так, а не иначе. За свою недолгую жизнь Део боялся бесчисленное количество раз, и другие шхуны, что он когда-либо видел, также испытывали страх. Почему же Падре столь превозносит эльвратов? Что он может о них знать? Кроме как из книг, конечно.
— Нам пора спать, — старик зевнул и было не понятно, сделал ли он это специально или же и правда так сильно устал.
— Учитель, — Део закусил губу. — Может ли бы…быть такое, что кто-нибудь в городе, сейчас в опасности?
Жрец внимательно посмотрел на ученика. Его белые волосы, казались теперь желтыми на фоне этой старой лампы. И даже глаза были не такими красными, как обычно. Иногда он совсем не отличался от обычного юноши.
— Все мы иногда бываем в опасности, мой мальчик. Я думал жизни других людей тебя мало волнуют.
— Вы ошибаетесь, — Део вспомнил того мальчика шхуна из приюта, которому выбили глаз, просто потому что кому-то так захотелось, вспомнил кости детей, что лежали в хижине в лесу, и даже ту барахольщицу. — Все жизни важны.
— Я рад, что ты усвоил этот урок.
Падре встал, он хотел было подойти и обнять своего ученика, но лишь слегка поклонился и пожелал ему доброй ночи.
— Я знаю, что ты еще будешь сидеть над свитками, но сильно не утруждайся. Мне нужна будет твоя помощь завтра.