Пестрая бабочка 3. Пауза
Шрифт:
– Значит, слушай, детка, - медленно, ухмыляясь, проговорил виконт, - раз уж ты втянула меня в эту историю - хорошо, мы с ней как-то разберемся. Твоему отцу ничего из этого знать, разумеется, не стоит. Но тебе придется быть со мной чуть откровеннее, идет?
– Идет, - а что, вполне разумное условие.
– Тогда думай, куда ты можешь перемещаться поближе к этому... принцу? Тебе же для телепорта нужен какой-то маяк?
Я задумалась, по подхваченной от Эрика привычке откинувшись на кровати, уставившись в потолок и закинув руки за голову. Потолок тоже молча ждал ответа.
– Да, мне нужны координаты. Могу переместиться на задний дворик гостиницы "Лилия", знаешь такую? В самом центре Найсара? Вот туда.
– Знаю, неплохое место. Еще варианты есть?
– Или, - я вздохнула, но все же произнесла это вслух, - или сразу во дворец.
Он отрицательно покачал головой.
– Если бы ты принялась дебоширить во дворце, ты как минимум была бы серьезно ранена, так что нет, не думаю. "Лилия" - более вероятный вариант.
Пожалуй, он был прав, и отчасти это успокаивало.
– Похоже на то.
– Тогда вставай и идем. Надо покончить с этим безумием побыстрее.
– Ты все еще хочешь продолжать со мной возиться?
– я поднялась на ноги.
– Мы это уже выясняли, я не хочу оставлять тебя одну, - виконт тоже встал и направился к выходу мимо меня.
– Почему?
– требовательно спросила я, поймав его за рукав Куртки, что проделывала раньше только с Дэвлином.
Кейн остановился, обернувшись, и чуть нахмурился.
– Ты дочь моего друга, этого мало?
– Не знаю. Ты мне скажи.
Он ухмыльнулся, сложив руки на груди, и глядел на меня сверху вниз снисходительно.
– Ты когда-нибудь ввязывалась в проблемы ради своих друзей, детка?
– Спрашиваешь!
– Тогда завязывай страдать херней, и пойдем.
Найсар - столица Найса. Схожесть названий - не случайна; во времена, когда вся Ойкумена была объединена одной империей, провинции и их столицы носили названия по фамилиям десяти герцогов, а окончание "ар" означало, "самый". Самый центр Найса - Найсар. И вот, империи давным давно нет, а названия стран, которых осталось только восемь, и их столиц сохранились. Пример удивительного конформизма жителей, если хотите. Здесь, на севере было куда прохладнее, и я с невольно благодарностью взглянула на виконта, кутаясь в выданный мне плащ.
Возле "Лилии" нас никто не заметил, место перемещения было удобное: на заднем дворике, позади густых зарослей цветущей золотой акации. Тропинка, выложенная желтыми плитками вилась по мокрой от росы траве к зданию, и никого по дороге мы не встретили. Зато управляющий в холле гостиницы нас явно узнал и весьма несмело улыбнулся. Худой темноволосый мужчина с карими грустными глазами сеттера в строгом камзоле шоколадного цвета, отделанном красной строчкой. Наш визит заставил всю грусть мира отразиться в его взгляде.
– Господа! Э-э-э... желаете завтракать? Или, простите, может, сразу коньяка?
Кейн чуть нахмурился такому приветствию, но почти сразу сдался.
– Завтрак поплотнее, и коньяк давай.
– Сюда, господа, прошу. Этот столик вас устроит? Прекрасно!
– Спасибо.
Мы опустились в удобные плетеные кресла с мягкими подушками за покрытый светло-желтой скатертью круглый столик, украшенный букетом распустившихся золотых шаров в серебряной вазочке. Уютно. Больше в зале небольшого ресторана пока никого не было.
– Надеюсь, у вас все э-э-э... хорошо?
– взгляд карих глаз управляющего метался между нашими лицами, как пойманный перевернутым стаканом мотылек: испуганно и бестолково.
– Да, благодарю, - кивнула я, просто чтобы что-то ответить.
– Господин виконт, надеюсь, коньяк вам понравится. Это Каллинойский, двенадцать лет. Нам привезли только сегодня утром, ваш любимый.
– Мой?
– с подозрением в голосе осведомился виконт.
Вряд ли управляющего можно было заподозрить в телепатии.
– Вы вчера просили именно его...
О как. Мне захотелось рассмеяться и выругаться одновременно. А еще я испытала невольное удовольствие, наблюдая за выражением лица моего спутника в этот момент. Вот тебе и нотации. Впрочем, теперь все еще больше запуталось.
– Его? Стоп. Вчера?
На дне карих глаз служащего, поднятой со дна торфяного пруда неосторожным движением мутью, колыхнулась явная тревога.
– Да, господин виконт.
Заторопились слуги, накрывая на стол и прервав этот странный диалог. Мясо, сэндвичи с ветчиной, яичница с беконом, фрукты, сок, кофе и маленький графин коньяка из дымчатого хрусталя. Мне его виконт даже предлагать не стал, вылив все в свой стакан для сока. Сделав пару хороших глотков и проглотив кусок мяса, он подрастерял давешнюю мрачность, видимо, и правда, ему было не слишком хорошо после вчерашнего, а тут я еще. Я тоже перекусила; непонятно, как продолжится день, и когда в следующий раз получится поесть. Виконт ел с настолько явным удовольствием, что наблюдать за ним было приятно. Что бы ни случилось, физические потребности у мужчин обычно в приоритете.
Я ловила на этом Эрика. Он мог рассказывать что-то с потрясающим увлечением ровно до того момента, как перед ним появлялась тарелка мяса и кружка пива, заставляющие его мгновенно забыть об истории. Это всегда чрезвычайно умиляло меня.
– Как мы вчера могли быть здесь вместе?
– поинтересовался, наконец, мой спутник, немного утолив голод.
– Это риторический вопрос? Я же ничего не помню.
– Выходит, я тоже, - с досадой бросил мужчина, - похоже, вчера здорово перебрал с настойкой и понятия не имею, что было ночью. Слушай, а может, на нас какое-то заклинание? Поэтому память пропала?
– В принципе, возможно, конечно. Вот только у меня амулет, блокирующий любую ментальную магию, - я машинально дотронулась до серебряной серьги с подвеской в виде глаза.
– А зелье?
– Не знаю.
Он вздохнул, отложив нож и вилку, и откинулся на спинку кресла.
– Ладно, разберемся. Должна же быть какая-то логика. Смотри, я пью настойку, валяюсь с книгой, а ты куришь семилист и сильно расстраиваешься. Если верить этому парню, мы должны были как-то встретиться. А значит, скорее всего, ты с твоим телепортом перенеслась в ваше поместье, так?
– Так.
– Вопрос: зачем? Попробуй просто представить себе, включи фантазию.
Я отпила глоток сока и уставилась по привычке в потолок, обдумывая вопрос.
– Лечь спать?
– Не после семилиста.
– Побыть в одиночестве?
– Нет, - снова покачал головой виконт, - судя по рассказу Майса, у тебя была конкретная цель, занявшая весь твой затуманенный разум.
– Ага, - скривилась я, - убийство члена королевской фамилии соседней страны.
– Давай опустим моральную оценку твоих действий, детка. Что тебе могло понадобиться в охотничьем домике? Оружие?