Пестрая бабочка. Дилогия
Шрифт:
— Ладно, я понял. Погоди.
Он встал и принялся копаться на какой-то полке. В моей лаборатории? Чего он там ищет-то? Тузат извлек из-за книг завалившуюся туда ветхую тряпочку. Лоскут ткани был серым с блеклыми зеленоватыми разводами, рваным и грязным. И пах пылью. Я принюхалась и громко чихнула.
— Вот, держи, — он протянул находку мне.
— Спасибо, а зачем мне — эта тряпочка?
— Поможет. Эта тряпочка, как ты говоришь — кусок плаща верховного жреца Сэта.
— О как. А кто такой Сэт?
Сотник сел обратно в кресло и подпер голову рукой. Теперь он глядел на меня, точь-в-точь как мой отец, когда тот впервые застал меня выпимши.
— Бог-змей, да не в этом суть. Завяжи руку, повязка будет экранировать знаки хаоса. Не так будешь фонить.
— А, спасибо. Так что там с этим письмом?
Я замотала запястье антикварной ветошью: украшение вышло оригинальное.
— Про письмо ничего не знаю, но от человека слегка несло силой верхних Эмпиреев. Застывшим светом. Слабо, остаточно, не от него самого — но тебе это надо знать.
— Да, спасибо. Это действительно может стать проблемой. Будь сам осторожнее, ладно? Не хочу, чтобы ты пострадал.
Тузат моргнул удивленно. Он подошел ко мне, наклонился, положив клешню на спинку кресла, и принюхался, чем стал окончательно напоминать папеньку.
— Слушай, я не понял, ты чего такая заторможенная? Пьяная что ли?
— Нет, — покачала я головой безмятежно, подняв к нему лицо, — ничего не пила, один алхимик поделился леденцом от волнения. Мне надо было успокоиться.
Он выдохнул шумно сквозь сжатые зубы и постучал меня согнутым пальцем с длинным острым когтем по лбу.
— Нет, ну, ты вообще — нормальная?!
Я дружелюбно улыбнулась зубастой жуткой пасти, борясь с желанием слегка потрепать его по носу.
— Ну, сотник, не кричи на меня, и так голова трещит.
— У нее тут проблем опять выше крыши, а она какую-то наркоту жрет! Ты еще на нее подсядь!
— Да ладно тебе, какие уж такие проблемы, я…
И тут в моей комнате сработало заклинание тревоги, отозвавшееся в голове колокольным звоном. Я замерла, уставившись в пространство, от неожиданности, проглотив остаток фразы.
— Что?! — прорычал демон, приподнимаясь.
— Подожди меня здесь, пожалуйста, — я встала и направилась к двери, цепляясь полой халата за край стола.
— Да какого ж мертвяка-то ты творишь!
— Все хорошо, — уверила я его, запахиваясь поплотнее, — а если нет, то я не хочу, чтоб пришедшие по мою душу увидели тебя раньше времени.
Он вздохнул.
— Кричи, если что.
— А, кстати, — я вытащила из кармана заготовленный заранее колокольчик и протянула его демону, — вставляешь в ухо, называешь мое имя и можешь в любой момент со мной связываться. Не люблю кричать.
Он подошел, уперся ладонью в стену, нависнув надо мной, и приблизил оскаленную пасть к моему лицу. Я все так же протягивала ему колокольчик. Демон взял, но заворчал, как огромный волк.
— Клипсы она еще на меня вешает! А завтра — серьги? А послезавтра — что? Ошейник?
Но это я слышала уже с лестницы, торопясь в собственную спальню. Впрочем, на спальню это место теперь походило мало: еще из-за двери раздался звон клинков.
Я просто толкнула дверь внутрь. В комнате упражнялись в фехтовании две белокожие холодные на ощупь личности: Вэрел Вега — отличный парень, хоть и вампир, и Вэль — альфар-диверсант. Сплошные буквы "В" у меня сегодня в гостях. "В", значит "Веселуха". Острая шпага постоянно натыкалась на пару коротких изогнутых клинков, от которых шел морозный голубоватый свет. Вокруг одного уже клубился багровый туман, а вокруг второго замерзал даже воздух.
— А ну стоп! — велела я, не подходя, впрочем, ближе. — Разошлись по разным углам, живо!
Нелюдь и нежить замерли, но все-таки нехотя разошлись. Странно, что никаких повреждений в комнате не было. Я демонстративно посмотрела в окно — на полную розовую Орхидею, украшающую собой бархатно-черное небо.
— Вэль — на вон то кресло, Вега — вот на этот пуфик. Пожалуйста, господа!
Они снова послушались.
Я села на кровать, придерживая халат, подобрала под себя ноги и оглядела их по очереди.
— Ну? Кто явился сюда первым?
— Я, — проговорила синеглазая нежить, снова похожая на голодного совенка.
Белую кожу оттенял черный изящный камзол с серебряной строчкой. Он вообще весь был в черном с серебром, а каждое движение его дышало нечеловеческим изяществом. Пожалуй, Вэрел, все-таки — самый красивый мужчина, которого я видела, если говорить о человеческой форме.
— Значит, с тебя и начнем. Хотя нет, секунду. Давайте все-таки будем цивилизованными. Вэрел, угостить вас?
Оба вытаращились на меня, как на говорящего ёжика, все, разумеется, поняв не правильно. Вега бросил короткий взгляд на мою шею, и погасил вспыхнувшие было в глазах алые искры.
— Нет-нет! Консервированная кровь, помнишь, у меня же ее — запасы!
Если бы он дышал, он бы сейчас выдохнул.
— О, да, благодарю.
— Вэль, тебе охлажденного вина со льдом?
Альфар в белой рубахе и светлых штанах, составлял потрясающий контраст вампиру. Он сидел, небрежно поигрывая хищно изогнутым кинжалом.
— Лед я сам как-нибудь себе обеспечу, — недобро усмехнулся Вэль, все еще не сводя взгляда с вампира.
— Я пошла за выпивкой, а вы не вздумайте скакать по моей спальне. Даже не говорите. И не смотрите друг на друга. И вообще — не думайте, сидите и ждите меня.
— А ты куда? — полюбопытствовал Вэль, покладисто прекращая их игру в гляделки и убирая кинжал. — Не помочь донести что-нибудь?
Почему бы и нет?
— Ладно, пойдемте, познакомлю вас со своим домашним демоном, заодно. А то он в подвале сидит. Нервничает.
Оба снова уставились на меня и замерли, разве что оружие не достали.
— Ну как хотите, тогда ждите здесь.
Вампир и альфар подхватились и дружно пошли за мной, видимо, начав сомневаться в моей адекватности. Я шлепала босыми пятками по ступенькам лестницы, а эти двое скользили за мной бесшумно, словно бесплотные: тень и пятно света. Вот же еще одно неоцененное до сих пор мной преимущество геомантии! Я люблю мужчин. И с некоторых пор меня окружают просто потрясающие их представители, украшая мою странную жизнь. По дороге мы никого не встретили, к счастью. А когда уже всей толпой ввалились в подвал, сомневающихся в моей нормальности было уже трое. Тузат встал, и чуть наклонил голову на бок, обнажая в оскале белые острые клыки. Вега положил ладонь на рукоять шпаги, а Вэль потянулся за спину.