Чтение онлайн

– Где твои дружки?

– Уехали в Москву! Зае…ало их всё, и ты, Малюта Скуратов, в первую очередь. Особенно меня! – Генка потрогал лицо.

– Давай рассказывай всё по порядку! – рявкнул "Малюта". – Чувствую, вы меня пытаетесь надуть. Идиоты! Оружие взяли! Говори правду, не то пристрелю! – Наставленное на Николишина дуло и яростный блеск зелёных глаз не оставлял сомнений в серьёзных намерениях Супер серба. И хотя Гена, с одной стороны, понимал, что вряд ли тот будет палить прямо здесь, с другой, не мог гарантировать, что у Крайновича от злости не поехала крыша. Впрочем, гораздо сильнее его беспокоило другое. Все условленные сроки вышли, а ребята не возвращались. У него очень чётко возникло нехорошее предчувствие. Давно известен "эффект близнецов". Когда один попадает в критические или опасные для жизни ситуации, другой это дело интуичит. Вот и сейчас… Он решил рассказать дозированную правду. Может быть, вдвоём с этим параноиком они что-нибудь придумают.

***

Тем временем, "Форд" и "Шевроле" остановились у собора Святого Патрика.

Тесла кинул прощальный как бы извиняющийся взгляд на Полковника, сжал ему руки, закованные в наручники, мол, крепись и, выйдя на свежий воздух, понуро побрёл в сторону сквера. Там его "приняли" два вызванных заранее по рации агента и побрели незаметно за следом, а обе машины фэбээровцев развернулись в противоположную сторону.

Йохан Штеер и Ганс Мюллер сначала решили потихоньку следовать за Тесла и фэбээровцами, ведь приказ "пасти" учёного оставался в силе, но профессиональное любопытство подталкивало проследить и за другими участниками событий. А вдруг им повезёт раскопать уникальную информацию. Решение лежало на поверхности – один будет топтаться за объектом, второй попробует проследить за "Фордом" и "Шевроле". Ганс Мюллер покинул "Олдс Мобил", Йохан Штеер двинулся за американцами и их пленниками.

Когда машины вновь понеслись по улицам Нью-Йорка, Глебов продолжил сканировать дорогу и ориентиры. От нечего делать Денисов занялся тем же. Говорить не хотелось, да и не следовало, чтобы ненароком не ляпнуть лишнего. Молчали и агенты. В "Форде" же напротив, шла оживлённая беседа. Не добившись никакого ответа от Николишина, возбуждённый и радостный Донован оживлённо трещал с Кленски на, казалось бы, отвлеченные темы. Между тем шла психологическая обработка задержанного.

Шеф подробно и в красках делился воспоминаниями о своих оперативно-боевых заслугах. В его повествовании то и дело всплывали детали того, как он расправлялся с врагами государства, подробности допросов и методов воздействия на преступников.

– Они думают, что, если мы – закон, то будем миндальничать.

– Нет, сэр, не в коем разе, – поддерживал спектакль Кленски. – Здесь как на войне. Чтобы победить, все способы имеют право на применение.

– Вот именно. Я помню, как в тридцать втором пристрелил одного гада при побеге.

– Это Черного Симта?

– Да, ты помнишь. Этот ублюдок убивал не только своих конкурентов, но даже женами и детьми не гнушался. А когда подстрелил при аресте моих парней, я взбесился. Не было у нас достаточно доказательств. Суд бы Смита оправдал, и эта мразь продолжала бы убивать и грабить. Тогда я устроил ему "побег". Он даже до забора не доковылял, – изрешетили так, что в подонке свинца стало больше, чем собственного мяса. А тащился медленно из-за перебитых и переломанных костей. Это мои парни накануне постарались.

– Может и правильно, босс, что шлёпнули гада. Ведь сколько бы он принёс несчастий и бед, избеги правосудия. Знай граждане от кого их избавили, уверен, одобрили бы ваше решение.

– Скольких же ещё подонков оправдает наше "объективное" правосудие? – задал риторический вопрос сидевший рядом с Игорем Донован и многозначительно посмотрел ему в глаза.

– Кстати, у ваших друзей есть разрешение на оружие?

Вместо ответа Николишин отвернулся к окну.

– Я так и думал, мистер русский разведчик, или кто вы там, – довольно улыбнулся фэбээровец.

"Всёе правильно, как я и предположил в кафе у них там прослушка", – подумал Полковник.

Колесили по городу минут сорок. Совершенно очевидно, что водила обнаружил хвост и пытался сбросить.

Кто там ещё за ними? Немцы? Русские? Курды? Албанцы? Инопланетяне?

Йохан Штеер понял, что его засекли. "Форд" уходил немного вперёд, а "Шевроле" оттирал "Олдс мобил" с немцем. Дальше следить на засвеченной машине не имело смысла. Они бы всё равно не привели к месту назначения. Тогда он сделал следующее. Следуя за объектами, Штеер заметил по пути стоянку такси. Припарковав "Олдс мобил" у тротуара, оставил его и в мгновение ока пересел в таксомотор французского происхождения. Американцы для расширения своих таксопарков во множестве закупали во Франции "Рено".

– Эй, приятель, следуй за тем "Шевроле".

– И как долго?

– Пока не скажу.

– С какой стати?

– Понимаешь, дружище, я частный детектив и слежу за неверным мужем. Плачу двойной счетчик. Ты сегодня прилично заработаешь. Только близко не прижимайся, чтобы он ничего не заподозрил.

– Ладно, усёк, – кивнул обрадованный возможному хорошему заработку шофёр и пустился в рассуждения:

– В общем-то, если мужик изменяет, то во многом виновата жена. Вот моя, например, всем хороша. И фигура и характер вроде бы ничего, но иногда как заведётся, – не остановить. Или дуется целыми днями, цедит фразы сквозь зубы. Честное слово, бежать из дому хочется. Ну, погуляешь с парнями в баре, ну, там выпьешь. Чтобы отвлечься, обстановку сменить. Вернёшься домой, а она начинает: мол, с девками шлялся, любовницу завёл и так далее. А у меня даже и в мыслях не было… Может, и этот не к любовнице ходит, а в карты там поиграть, с друзьями пообщаться.

– Вот это мы сейчас и выясним, – поддержал свою легенду Штеер.

– Не беспокойтесь, сэр, я всё понимаю, вам повезло – я водитель опытный, семь лет уже в такси, Нью-Йорк как свои пять пальцев знаю. Я даже фары выключу, по этим улицам на ощупь могу рулить.

"Действительно повезло", – согласился немец.

– Отцепился, – обернулся водитель.

– Тогда в пятиэтажку. Ну, ты знаешь, – распорядился Донован.

Старающийся запомнить дорогу Глебов сначала сбился с толку от беспорядочного кружения по улицам, но в итоге все же сориентировался. Как потом предположил Серёга, знающий Большое яблоко по названиям улиц лучше остальных ребят – специально штудировал карту – они катались сначала по Манхеттену, потом по Квинсу и, наконец, добрались до южных окраин Бруклина. Тёмные кварталы бывшей в стародавние времена голландской деревни Брёкелен, дышали тревожной пустотой улиц и грозили запоздалому самаритянину неизвестностью финала встречи с плохими парнями. Наконец, автомобили остановились во дворе серого пятиэтажного дома, окружённого похожими собратьями безликой жилой застройки начала 30-х годов.

"Моррис стрит", – успел прочесть Глебов и Денисов. Строение, в которое повели всех троих, равнодушно взирало на гостей темными глазницами потухших и кое-где забитых деревянными щитами окон. От дома веяло безысходностью и холодом нежилого здания.

Внутри пахло сырой затхлостью, плесенью и крысами. Лифт не работал.

В свете карманных фонариков поднялись на последний пятый этаж. Донован достал связку ключей и с такой уверенностью нашёл нужный, что со стороны могло показаться, будто это добропорядочный клерк, сегодня утром ушедший из своей уютной квартирки в офис, вернулся вечером к привычному домашнему очагу.

Щёлкнул выключатель. Яркий свет электрических лампочек резанул по глазам.

– Располагайтесь, господа. Теперь на неопределенное время, но уж, по крайней мере, на сегодняшнюю ночь точно, здесь ваше пристанище, в котором у вас будет возможность оценить наше гостеприимство, – Донован издевательски улыбнулся.

Квартира состояла из трёх комнат, кухни и совмещенного санузла. Обшарпанные стены с драными обоями, убогая дешёвая мебель, жёсткие деревянные кровати с дырявыми матрацами, – всё говорило о том, что здесь принимают отнюдь не друзей и даже не дешёвых шлюх. Впрочем, совсем нежилой квартиру тоже нельзя было назвать. В кранах текла вода, шеф собственноручно проверил, а на кухне стояла угольная плита, на которой в беспорядке располагались сковородки и кастрюли. В углу стоял мешок с углем. За стеклами подвесного шкафчика красовалась кое-какая посуда.