Чтение онлайн

Пока "княжьи" не ускакали - нам и подойти было нельзя. Наконец выметнулись толпой.

Тредиаковский. Придворный пиит Екатерины Второй. Насчёт "зада" это он правильно сказал - Макуха проводника не взял. Сейчас назад возвращаться будет. Нет, Ванюша, недооцениваешь ты предков - ломанули через луг в лес как на пожар. Или - от пожара. Галопом по бездорожью. Когда "вятшестью" меряются - дороги не разбирают, лошадей и людей - не жалеют. "Честь - дороже". Особенно - дурню при власти. "Письками мерятся" - поспешать надо.

А мы вот заседлались спокойно и следом двинулись. Аким все уши мне оттоптал и отжевал. Чего делать, куда смотреть. Отжевал, потому что половину наставлений - на ухо шёпотом. Всю правую половину лица вытирать пришлось - слюни не только у Макухи летят. Почуял владетель серьёзную прибыль - и ушёл в экзальтаз.

Тут Потаня появился с Любавой. Ну, девку-то я сразу завернул: у её бати еще не все постирано. Сказал бы просто "нельзя" - получил бы кучу проблем. А так - неисполнение прямых должностных обязанностей из традиционного женского круга. Скривилась, но ушла. А Потаню я с собой взял - нужен кто-то, кто о местных заморочках представление имеет. Да и на Шарку его посмотреть. Своих всех четверых погнал оружие взять. И Николая тоже: ожидаются споры хозяйствующих субъектов - потребуются экспертные оценки стоимости. Рейтинговых агентств здесь нет, да и фиг с ними, с рейтингами. Что я, Греция с Португалией? Но хоть представление иметь что почём...

Аким уловил смысл - велел и Доману ехать. А коней-то на всех не хватает, а я-то верхом ездить не умею. Совместим одно с другим, "минус на минус даёт плюс" - Ноготок меня в седло вздёрнул. Ивашко сразу ревновать начал. Не в смысле секса, а в смысле к господину приближённости.

И мы поехали, спокойно, вдоль речки. Той дорогой, что недавно раков тащили. Вроде бы вот оно было, только что, а уже сколько всего. Может, это из-за меня? От детскости моей? У ребенка каждый день куча событий происходит. Все важные, значимые, знаковые. Потом проходит лет двадцать и вдруг выросшее дитятко выдаёт:

– - Когда у папы борода - он страшный.

– - Да когда ж ты меня в бороде видела? Один раз когда тебе три годика было.

– - Ага. Но я помню.

Дети - они такие. Сколько не учишь - все забывают. А вот что мимо летело... Влетело и застряло. Отсюда главное правило: веди себя при детях всегда прилично. А то они потом такое про тебя вспомнят... Причём - в самый неподходящий момент.

Только как-то события эти, "хеппинсы" - не детского круга. "Пауки" битые возами - как-то не по-детски.

Или это эффект "попадизма"? "Свинья грязи всегда найдёт, а попаданец - приключений". Попадун вляпывается в течение исторического процесса как камень в болото. Рвёт верхний слой, разбрызгивает грязь. Все вокруг хлюпают и булькают, пока этот чуждый данному месту-времени булыжник не взбаламутит ил на самом дне и не затихнет там в придонной мути.

И хоть бы такая каменюка только исторический процесс рвала - она ж судьбы человеческие рвёт и ломает. Кое-какие - целенаправленно. Но в основном - просто не замечая. Как муравьёв давит. Верно древние китайцы говорили: "Не дай бог жить в эпоху перемен". Всякое изменение для человека, который под это "колесо истории" попал - катастрофа. Мои современники любили слово "стресс". Так это - для экзалтизированных дамочек с таблетками. А вот когда

Это что? Тоже стресс? А если не враги? А если соседи-родственники? Соотечественники и единоверцы, сослуживцы и сотрапезники?

Рвутся отношения между людьми, имущественные, социальные, личные. "Кто был ничем - тот станет всем". А кто чем-то был? Станет "пылью лагерной"? Это уже не про попаданцев - вообще про революционеров и реформаторов. Всякие изменения в обществе - боль конкретных людей. Только треть особей хомосапиенсов склонна воспринимать инновации. Хоть какие. Получается что идеал истинно демократического общества, которое работает на большинство, на оставшиеся две трети - полный застой и стагнация. А всякий прогресс - не дерьмократично и не либерастично. И - не просриатично. Как у здешних, у предков: по старине, от дедов - прадедов. Вот с этим они татаро-монгол и встретили. И на триста лет всем народом под степняков легли. Ханскую туфлю смоктали и причмокивали. Просриоты, факеншит. Баяны "преданий старины глубокой". Вот в чем просриоты с дерьмократами сходятся - в консервации. Мечта славянофила выглядит как мудрость царя Соломона: "И что было - то и будет. И нет ничего нового под луной". И не надо. Им.

Лошадь под нами прыгнула через канаву. Ноготок поймал меня уже в полете и крепко прижал к себе. Ух как больно! У него же боевой пояс надет. А там шипы сантиметровые по всему периметру. Хорошо - безрукавку овчинную успел накинуть, а то была бы у меня сплошная перфорация по спине. Наша компания снова спустилась к реке и подъехала к воротам в весь. Ворота - распахнуты, возле лежали двое мужиков. Рубленных-колотых-резанных - не видно. Боя вроде бы не было. Но голова у одного в крови. И над ним уже баба воет. А второй тихо лежит - только ножками сучит. Не хорошо как-то сучит. Я такое подёргивание уже наблюдал. И в этой, и в прошлой жизни. Называется - предсмертные судороги.

Да что он, вирник, сдурел что ли? Наших смердов резать... Не позволю! Команда въехала в селище.

"Побор", "набор", "разбор"... как не назови, а на Руси всякое явление "мужей государственных" - либо ужас до тошноты, либо тошнота ужасная, до рвоты. Либо - "два в одном". Герцен описывает появление землемеров в удмуртском селе: "С криками "межимерия!" крестьяне бежали в лес подобно жителям западных губерний при наполеоновом нашествии".

Понятно, что всякое государство - организованное насилие. Но что ж оно так коряво "организовано". Если уж снимаете шкуру с подведомственного стада, то хоть делайте это как-то... задорно, весело, с доброжелательностью, в атмосфере праздника и искреннего сочувствия. "Весело подняли и весело понесли". Вон как евродемократы - врут в глаза. Но при этом так душевно, так искренне сочувствуют. Аж и самому думать не хочется. Чувствуешь, что поимели. И уходишь удовлетворённый. Хотя бы морально. И облегчённый. Не только финансово. А у нас ...

У нас Макуха творил суд и расправу. Как понимал, так и творил. Его люди сгоняли "пауков" в середину селения, прямо к воротам. Сгоняли резво и резко. Плетями. Здесь, на пятачке перед воротами, ставили на колени. Кто медленно соображал - плеть, кто вякал - плеть. Впрочем, народ не возражал. Как электорат на президентских выборах. Единственные, кто осмелился иметь собственное мнение, были собаки. Их рубили с седла. Между делом стражники заскакивали в дома и прихватывали "что плохо лежит". Как всегда, "плохо лежало" особо ценное и наиболее компактное. Попутно выгоняли из домов попрятавшихся обитателей. Вой, крик, плач...