Чтение онлайн

Шмелёв со товарищи прибыл невероятно быстро, как будто они были наготове ещё до моего звонка. Опера поковырялись в нашей домашней свалке, при этом у капитана было написано на лице, что он сочувствует несчастным грабителям. Найти что-нибудь в моей квартире – исключительно тяжкий, почти непосильный труд. А уж спереть что-нибудь после такой работы – просто небольшая компенсация за вредность. Тут я бы, может, согласилась, но ведь это же не повод, чтобы замки ломать! Мало того, что новый покупать нужно, так ещё кого-нибудь приглашать, чтобы вставил. А где слесарные работы, там и обед готовить придётся. Если весь этот ущерб оценить в рублях и приложенных усилиях, то лучше бы уж они старинную статуэтку умыкнули.

Но капитан и не подумал мне посочувствовать, наоборот – сурово посоветовал найти, что пропало. Или – что пока ещё собираются украсть? Обнаружить хоть какую-нибудь пропажу мы до сих пор не смогли. Как только эти бандитские поиски приведут к желаемому результату, я должна немедленно позвонить всё тому же Шмелёву. И тем самым оказать неоценимую, значит, помощь следствию. Правда, капитан не объяснил, каким образом я узнаю об этом успехе моих таинственных аферистов. Или он наивно полагает, что они меня специально известят?

Но хотя бы одна вещь принесла сыщикам моральное удовлетворение: способ взлома моего несчастного замка. Качество бандитской работы им понравилось. Они, после осмотра и каких-то манипуляций и измерений, пошушукались, перемигнулись удовлетворенно. А эксперт даже довольно ухмыльнулся. Потом мне строго изложили всё те же бестолковые советы и удалились.

Да-а, похоже, мне придётся защищать себя самой!

***

После того, как сыщики дружно вытряхнулись из моего жилья, прихватив за компанию и Серёжу Горюнова, мы с Ольгой, не сговариваясь, полезли в бар в поисках средства для утешения и компенсации за вредность. В баре у меня нашлись застарелая шоколадка и пятизвёздочный армянский коньяк, дополнительно выдержанный мною в домашних условиях. Выпив по рюмочке, мы испытали значительное облегчение. После следующей почувствовали себя готовыми к дальнейшей борьбе с нашими персональными бандитами. Правда, тётка потребовала себе выходной:

– Тебе, Ксюша, придётся меня отпустить на денёк в Юсупово. Сестру повидать хочется. Воздухом подышать… А ты пока ни во что не ввязывайся. Сутки продержишься без приключений?

– Продержусь, конечно. Но если они сами сюда полезут, то я за себя не ручаюсь! Сейчас позвоню Кириллу, он за тобой заедет. Как раз мне бумаги какие-то привезёт. Я же иногда даже руковожу… Как попало, кое-чем. Но уволить меня мама с Кириллом пока не решаются. Значит, какая-то польза от меня есть…

Так я и осталась одна со своими таинственными криминальными проблемами. Правда, вскоре мне пришлось забыть и о своих грабителях, и об убитом в шляпе и носках.

***

Вечер суматошного дня обещал быть спокойным, даже скучным. Однако, я не успела как следует задремать в кресле с новой книжкой из серии «мистический детектив». Правда… миффиктив… по-опался… так себе…

Оглушительный звук сигнальной сирены, – или это был сигнал тревоги? – меня разбудил. Резко вскочив на ноги, я свалила на пол с колен кошку Алиску. Хвостатая любимица свирепо рявкнула: «Мры-мя-ав!» И заскребла лапой по ковру, не решаясь царапнуть хозяйку. Телефон уже захлёбывался звонками. Я схватила трубку и хриплым от сна голосом пробурчала: «Ну, кто там ещё среди ночи?»

– Между прочим, только десять часов, – ответила трубка Ольгиным голосом. – Было. Всего полчаса назад.

А действительно – за окном хмуроватый, но совсем ещё не тёмный вечер, отметила я, взглянув в незанавешенное окно комнаты.

– Ксюх, зачем ты в моей сумке рылась? – опять заверещала трубка. – Что интересного ты в ней пыталась найти?

– В какой такой сумке, Оль? Я сижу себе мирно дома, никакой тут сумки нет. И не было.

– Как это моей сумки не было? Ты меня за кого принимаешь? Я же без своей велюровой сумочки шоколадного цвета из дома не выхожу. Даже с собакой гулять!

– А-а, эта самая, – я представила себе Ольгину шоколадную «сумочку», в которой можно было унести средних размеров телевизор. – Как же её забыть, я об неё три раза споткнулась, когда мы с тобой разграбленное имущество в порядок приводили. Она и лежала себе прямо возле кресла на полу. А на ней валялась моя куртка джинсовая. Ну в которой карманов штук двадцать… А что у тебя украли наши бандиты? Как ничего? Зачем же ты меня тогда будила?

– Но кто-то же перерыл все мои бумаги, а некоторые даже скомкал и затолкал обратно. Я думала, это ты что-то искала.

– Оль, я же в жизни не буду твои вещи трогать без получения на это санкции. Ты же в гневе страшна, как мегера в роли Бабы Яги.

– Не смей критиковать родную тётку!.. Ну ладно, раз меня грабили наши общие бандиты, можешь спать дальше, – и Ольга отключилась.

Плюхнувшись в кресло, я поняла, что спать мне уже не хочется. И читать мистиктив не хочется. А вот кофе выпить я бы не против! Да ещё с кусочком пожилого шоколада, раз уж он до сих пор так и не повредил моему здоровью. На кухне я достала с полки коробочку с заветным ароматным порошком и, зацепив ложечку пообъёмистее, сыпанула кофе в турку. Подумала и добавила ещё ложечку. Не думая ни о чём плохом, я взялась за графин с полезной отстоявшейся водой, – в эту самую секунду зазвенел телефон. Тревожно как-то зазвенел. И я почему-то сразу поняла, что кофе выпить мне не удастся…

На этот раз в трубке послышался знакомый тихий голос Татьяны Филипповны, мамы моей институтской подружки Люси.

– Ксюша, мне что-то так худо, и лекарства сердечные закончились. Боюсь, что до аптеки мне не добраться. А Люсенька на мою беду в командировку уехала. Раньше послезавтра не вернётся.

– Сейчас приеду, Татьян Филипна. Через полчаса буду.

– Спасибо, Ксюш. Ты всегда была доброй девочкой.

На сборы у меня ушло минут десять. Зонтик может понадобиться, деньги в сумке, ключи от машины там же, жакет мне тоже не повредит таким прохладным вечером. Джинсы, уютный балахончик сверху, удобные растоптанные туфли. Кошкам сухого корма и свежей воды.

Турка сиротливо осталась стоять на пустом столе…

***

По пути я заскочила в круглосуточную аптеку: хорошо, что я прекрасно знаю этот район, не раз была здесь ещё студенткой. В аптеке взяла всё, что мне посоветовала провизорша для сердца и от давления. Через сорок минут после звонка больной Люсиной мамы я уже усердно жала на кнопку звонка у двери с номером «40» в тихом переулке рядом с Большой Дмитровкой.

Напоив Татьяну Филипповну лекарствами и сладким чаем, я устроила её поудобнее в подушках на диване, укрыла пушистым пледом с нарисованными тиграми ярко апельсинового цвета. Телевизор, как средство успокоения для нервов, мы с Люськиной мамой дружно отвергли. Радио порадовало нас передачей о русском романсе, я тихонько включила приёмник и отправилась на кухню сварить себе кофе. В том, что удастся найти его, я даже не сомневалась. Люська такая же кофеманка, как и я.

Вернувшись в комнату, я нашла Татьяну Филипповну уснувшей. По радио неизвестная мне певица выводила «Утро туманное». Я дослушала романс до конца, сдвинула два кресла вместе, прихватила из шкафа в соседней комнате плед с зелёными кошками и устроилась на ночлег в приготовленном ложе.

***

Проснулась я необычно поздно даже для меня: большие часы на стене показывали сильно за одиннадцать. Татьяна Филипповна сидела на диване перед маленьким столиком и прихлёбывала чай из большой фарфоровой чашки. Вторая такая же чашка стояла пустая на другом конце столика. Между чашками пристроилось блюдо с горкой свежеиспечённых пирожков. Моя подопечная уже и пирожков напекла, а я даже не слышала, как она встала.