Чтение онлайн

– От Квиберна смердит тайнами. – Предупредил он Серсею. Но это вызвало у нее всего лишь улыбку. – У всех нас есть свои тайны, братец. – Только и ответила она.

«…она спала с Ланселем, с Осмундом Кеттлблэком, а может и с Лунатиком…»

Сорок рыцарей и почти столько же вооруженных сквайров ожидали его возле конюшен Красного замка. Половина из них была западниками, присягнувшими Ланнистерам, остальные были недавними врагами, превратившимися в сомнительных друзей. Сир Дермонт из Рейнвуда понесет штандарт Томмена, Рыжий Роннет Коннингтон – белое знамя Королевской гвардии. Пейж, Пайпер вместе с Пиклдоном удостоились чести разделить меж собой обязанности оруженосцев Лорда Командующего.

«Держи друзей за спиной, а врагов – перед глазами», – когда-то наставлял его Самнер Кракехолл. Или это был отец?

Его верховой лошадью была кроваво-гнедая, а боевым конем – жеребец прекрасного мышастого отмастка. Джейме уже давным-давно не давал имена своим лошадям, поскольку слишком многих потерял в битвах, а терять кого-то, кому дал имя, особенно тяжело. Но когда мальчуган Пайпер стал называть их Слава и Честь, он только расхохотался и позволил оставить клички как есть. На Славе была попона алого цвета Ланнистеров. Честь был облачен в белую – Королевской гвардии. Джосмин Пиклдон поддержал повод верховой лошади, пока Джейме садился в седло. Сквайр был худющим как копье, имел длинные конечности и обладал маслянистой шевелюрой бурого цвета. На щеках у него был мягкий пушок. На плечах у него красовался алый ланнистеровский плащ, но на его сюрко виднелся собственный герб: десять пурпурных кефалей, выстроившихся на желтом поле.

– Милорд, – обратился к нему паренек. – Не желаете ли надеть свою новую руку?

– Надень, Джейме. – Посоветовал сир Кеннос из Кайса. – Помаши ею простолюдинам, пусть они потом рассказывают своим детишкам сказки.

– Думаю, что не стану. – Джейме не желал демонстрировать толпе золотую фальшь. – «Пусть видят мою культю. Пусть видят, что я калека».

– Но вы, сир Кеннос, можете покрасоваться на моем фоне. Машите обеими руками, и даже, если угодно, ногами. – Он взял повод в левую руку и развернул лошадь. – Пейн! – позвал он, когда остальные стали пристраиваться следом. – Ты поедешь рядом со мной.

Сир Илин Пейн, похожий на бедняка, попавшего на прекрасный бал, поехал рядом с Джейме. Его кольчуга была старой и заржавевшей. Он надел ее поверх засаленного камзола из вываренной кожи. Ни на лошади, ни на человеке невозможно было отыскать и следа какого-либо герба. Его щит был таким избитым и обветшалым, что было трудно сказать, какими красками он был когда-то расписан. Угрюмое лицо и запавшие глаза сира Илина делали его похожим на воплощение Смерти… кем он, собственно, и являлся в течение многих лет.

«Хотя, теперь уже нет».

Сир Илин был половиной цены за то, чтобы он был хорошим мальчиком и передал командование над Королевской гвардией юного короля. Второй половиной был сир Аддам Марбранд.

– Мне они нужны. – Заявил он сестре, и Серсея не стала возражать. – «Скорее всего, она даже обрадовалась возможности от них избавиться». – Сир Аддам был другом детства Джейме, а немой палач был предан их отцу, если вообще мог быть предан кому бы то ни было. Пейн когда-то был капитаном охраны Десницы. Однажды на него донесли, что он высказывался в том духе, что Семью Королевствами на самом деле правит лорд Тайвин, подсказывая королю Эйерису, что нужно делать. За подобные слова Эйерис Таргариен вырвал ему язык.

– Открыть ворота. – Сказал Джейме, и Могучий Вепрь громовым голосом повторил его команду:

– ОТКРЫТЬ ВОРОТА!

Когда Мейс Тирелл покидал город через Глиняные ворота под грохот барабанов и звуки флейт, вдоль улиц выстроились тысячи приветствовавших его людей. Мальчишки, гордо вздернув головы и печатая шаг, следовали попятам за тирелловскими солдатами, а их сестры посылали из окон воздушные поцелуи.

Сегодня все было по-другому. По дороге пара шлюх зазывно прокричала им свои приглашения, и еще торговец мясными пирогами расхваливал им свой товар. На Башмачной площади двое оборванных воробьев о чем-то толковали толпе из пары сотен простолюдинов, призывая проклятье на головы безбожников и демонопоклонников. Толпа обернулась при виде колонны. Воробьи и башмачники глядели на них одинаково безразличными глазами.

– Им больше по нраву запах роз, а не львов. – Заявил Джейме. – Моей сестре было бы поучительно это знать. – Сир Илин ничего не ответил. – «Вот отличный товарищ для дальней дороги! Беседы с ним доставят мне большое удовольствие».

Большая часть их отряда поджидала снаружи городских стен: сир Аддам Марбранд со своим эскортом, сир Стеффон Свифт с обозом, Святая Сотня старого сира Боннифера Доброго, конные лучники Сарсфилда, мейстер Джулиан с четырьмя клетками, набитыми воронами и две сотни тяжелой кавалерии под командованием сира Флемента Бракса. Не самая великая армия. В конечном счете набралось меньше тысячи человек. В Риверране численность играла последнюю роль. Армия Ланнистеров уже осадила замок, и рядом находилась еще большая армия Фреев. Судя по сообщениям, полученным с последним вороном, осаждающие уже испытывали трудности со снабжением. Бринден Талли дочиста выгреб свои земли, перед тем как запереться внутри замка.

«Если было, что вычищать». – Судя по тому, что Джейме пришлось повидать в Риверране, лишь немногие поля оставались не сожженными, города не разрушенными, а девицы – не обесчещенными. – «А теперь моя дорогая сестричка отправила меня закончить работу, которую начали Амори Лорх и Грегор Клиган». – Эта мысль оставила горький привкус.

По близости от Королевской гавани королевский тракт был настолько безопасен, насколько возможно в подобные времена, однако Джейме отправил Марбранда с его всадниками вперед на разведку.

– Робб Старк поймал меня в Шепчущем лесу врасплох. – Пояснил он. – Я не желаю ничего подобного вновь.

– Даю слово. – Было совершенно очевидно, что Марбранд рад снова оказаться в седле и в родном дымчато-сером плаще вместо золотого Городской стражи. – Если на дюжину лиг вперед есть хоть один враг, вы об этом тотчас узнаете.

Так же Джейме отдал всем строгое приказание, не отделяться от колонны без его позволения. В противном случае, как он догадывался, ему пришлось бы до умопомрачения гоняться за юными сорванцами, рыскающими по окрестным полям, разгоняя стада домашнего скота и вытаптывая посевы. В окрестностях столицы еще сохранились коровы и овцы, яблоки на деревьях и ягоды, ячмень, овес и озимая пшеница. На дороге попадались телеги и воловьи упряжки. Далее в глубь страны дела пойдут не столь благополучно.

Двигаясь в голове колонны бок о бок с молчаливым сиром Илином, Джейме чувствовал почти что удовлетворение. Солнце грело спину, ветер трепал его волосы, словно женские пальцы. Когда навстречу выскочил маленький Лью Пайпер с доверху наполненным черникой шлемом в руках, Джейме съел приличную горсть и сказал мальчишке поделиться с его приятелями-оруженосцами и с сиром Илином Пейном.

Пейна, по всей видимости, абсолютно устраивала собственная молчаливость, как и ржавая кольчуга и его кожаный камзол. Единственными звуками с его стороны было цоканье копыт его лошади и громыхание меча в ножнах, каждый раз, когда он менял положение в седле. Несмотря на то, что его покрытое оспинами лицо выглядело угрюмым, а глаза холодны как два покрытых льдом озера, Джейме чувствовал, что он радуется происходящему. – «Я дал ему выбор», – напомнил он себе. – «Он мог отказаться и оставаться Королевским Правосудием».

Назначение сира Илина было свадебным подарком Роберта Баратеона своему тестю, своего рода синекура для компенсации Пейну потери языка на службе дому Ланнистеров. Он стал замечательным палачом. Он никогда не волынил на работе, поэтому ему редко требовалось наносить повторный удар. И даже нечто в его вечном молчании само по себе внушало ужас. Редко, когда место Королевского Правосудия занимал столь подходящий кандидат.

Когда Джейме решил забрать его с собой, он пришел к нему домой в дальний конец ПутиПредателей. Верхний ярус приземистой полукруглой башенки был поделен на камеры для заключенных, которым требовались определенные комфортные условия – для ожидающих выкупа или обмена пленных рыцарей или знатных дворян. Вход в настоящие темницы находился тут же на нижнем ярусе, за парой дверей, одной – из кованного железа, и второй из растрескавшегося посеревшего от времени дерева. В комнатах среднего яруса находились помещения для Старшего Надзирателя, лорда Исповедника и Королевского Правосудия. Он же служил палачом, но по традиции на него возлагался присмотр за темницами и людьми в них заключенными.