Чтение онлайн

И не важно, что приключится с мальчишкой на Драконьем Камне, королева в любом случае окажется в выигрыше. Если Лорас захватит замок, Станнис почувствует страшный удар, флот Редвина освободится и сможет отплыть навстречу железным людям. Если же у него ничего не получится, она лично проследит, чтобы на него свалили львиную долю вины за поражение. – «А если он вернется обратно на щите, покрытый кровью и славой, сир Осни окажется тут как тут, чтобы утешить его сестричку».

Она уже не могла сдержать смех. Он сорвался с губ и пролетел эхом по залу.

– Ваше Величество? – Грандмейстер захлопал глазами, беспомощно открыв рот. – Почему… почему вы смеетесь?

– Почему? – Ей пришлось ответить. – Да потому, что иначе мне пришлось бы плакать. Мое сердце разрывается от любви к нашему дорогому сиру Лорасу и его доблести.

Она покинула грандмейстера на винтовой лестнице. – «Он уже отжил всю свою пользу», – решила королева. Все, на что в последнее время казался способен Пицелль, это портить все ее замыслы излишними предостережениями и возражениями. Он даже пытался возражать против соглашения, достигнутого с Верховным Септоном, хлопая мутными, слезящимися глазами, когда она приказала ему подготовить бумаги, и все бормотал про какую-то древнюю, покрытую пылью историю, пока Серсея его не оборвала:

– Время короля Мейегора давно в прошлом, как и его указы. – Жестко заявила она ему. – Сейчас настало время короля Томмена и мое. – «Лучше мне было оставить его гнить в темнице».

– Если сир Лорас падет, Вашему Величеству придется подыскать ему достойную замену в Королевской Гвардии, – подсказал лорд Квиберн, когда они пересекли утыканный пиками ров, окружавший твердыню Мейегора.

– Нужен кто-то блистательный, – согласилась она. – Кто-то столь же юный, быстрый и сильный, чтобы Томмен побыстрее забыл о существовании сира Лораса. Чуточка доблести не помешает, но его голова не должна быть забита всякими глупыми наставлениями. У тебя есть кто-то на примете?

– Увы, нет. – Ответил Квиберн. – Я размышлял о герое иного сорта. То, чего ему не достает в доблести, он десятикратно возместит преданностью. Он станет защищать вашего сына, убивать врагов и хранить ваши секреты, и не один из живущих не сможет ему противостоять.

– Это всего лишь слова, а слова – ветер. Когда пробьет час, ты можешь показать это совершенство, вот тогда и поглядим, станет ли он таким, как ты обещаешь.

– Клянусь, о нем сложат песни. – Лорд Квиберн от удовлетворения даже прикрыл глаза. – Могу я спросить на счет доспехов?

– Я уже передала твой заказ. Оружейник решил, что я сошла с ума. Он утверждает, что никто на свете не может двигаться и сражаться в доспехах такого веса. – Серсея предостерегающе посмотрела на лишенного цепи мейстера. – Только попробуй меня одурачить, и умрешь в страшных мучениях. Думаю, ты помнишь об этом?

– Постоянно, Ваше Величество.

– Вот и хорошо. Больше ни слова.

– Королева очень мудра. И у стен есть уши.

– Да, есть. – По ночам Серсее мерещились тихие звуки, даже в ее собственных комнатах. – «Мыши за стеной, только и всего», – успокаивала она себя.

У кровати все еще горела свеча, но огонь в камине уже погас и другого света в комнате не было. В комнате было холодно, словно в колодце. Серсея разделась и проскользнула под одеяло, бросив платье на пол. На другой стороне кровати зашевелилась Таэна:

– Ваше Величество, – тихо прошептала она. – Который час?

– Час совы, – ответила она.

Хотя Серсея часто спала в одиночестве, ей никогда это не нравилось. В ранних воспоминаниях, она делила постель с Джейме. Тогда они еще оба были маленькими и никто не мог представить их врозь. Позже их разделили, и у нее была целая череда дам и компаньонок, большей частью девушек ее возраста – дочек придворных рыцарей ее отца и знаменосцев. Ей никто не нравился, и многие долго не задерживались. – «Большей частью они – маленькие подлизы. Пресные, слезливые создания, всегда выдумывающие сказки и старающиеся влезть между ней и Джейме». – С другой стороны, иногда она была рада, когда они грели ее ночами в темном чреве Утеса. Пустая кровать холодна.

И здесь более всего. В комнате было холодно, а ее злосчастный царственный муженек умер как раз под этим балдахином. – «Роберт Баратеон Первый, пусть не будет второго. Серая, пьяная скотина. Пусть корчится в аду!» – Таэна грела постель не хуже Роберта, и ни когда не пыталась развести Серсее ноги в стороны. В последнее время она проводила в королевской постели больше времени, чем в постели лорда Мерривезера. Но лорд Ортон не придавал этому значения… либо, если все же придавал, то ему хватало ума об этом не говорить.

– Я волновалась, проснувшись и обнаружив, что вас нет. – прошептала леди Мерривезер, садясь, опершись спиной на подушки. Вокруг груди было подоткнуто покрывало. – Что-то не так?

– Нет. – ответила Серсея. – Все в порядке. Утром сир Лорас отплывает на Драконий Камень, чтобы отвоевать замок, высвободить флот Редвинов и доказать нам свою мужественность. – Она рассказала мирийке все, что произошло в колючей тени Железного Трона. – Без своего доблестного братца под боком наша маленькая королева все равно, что голая. Конечно, у нее есть собственные телохранители, но я видела их капитана в замке то тут, то там. Такой словоохотливый пожилой мужчина с белкой на сюрко. А белки обычно убегают при виде льва. В нем нет мужества бросить вызов Железному Трону.

– Но у Маргери есть и другие защитники, – напомнила леди Мерривезер. – Она завоевала множество друзей среди придворных, и у нее с ее юными кузинами есть поклонники.

– Пара ухажеров меня не волнует. – Отмахнулась Серсея. – А вот армия у Штормового Предела…

– Что вы имеете в виду, Ваше Величество?

– Почему тебя это интересует? – Вопрос, на вкус Серсеи, был слишком уж подчеркнутым. – Надеюсь, ты не собираешься поделиться моей беззаботной болтовней с нашей бедной малюткой-королевой?

– Ни за что. Я не такая, как эта Синелла.

Серсея даже не вспоминала о Синелле. – «Она отплатила на мое добро предательством». – Санса Старк была такой же. Так же поступили с ней Мелара Хизерспун и толстушка Джейн Фарман, когда они втроем были еще детьми. – «Если б не они, я бы никогда не вошла в тот шатер. Я бы никогда в жизни не позволила Магги Лягушке попробовать моей крови чтобы узнать будущее». – Мне будет очень жаль, если ты когда-нибудь предашь мое доверие, Таэна. У меня не будет другого выхода, кроме как отдать тебя лорду Квиберну, но я буду тебя оплакивать.

– Я никогда не дам вам повода плакать из-за меня, Ваше Величество. Если это случится, только скажите, и я сама отправлюсь к лорду Квиберну. Все, что я хочу, это быть рядом с вами. Чтобы служить вам во всем, что бы вы ни приказали.

– И что ты хочешь, за свою службу?

– Ничего. Мне нравится вам угождать. – Таэна перекатилась на ее сторону кровати. Ее кожа оливкового оттенка мягко светилась в свете свечи. Ее грудь была больше, чем у королевы, с крупными сосками и как рог черными. – «Она моложе меня. Ее грудь еще не начала обвисать». – Серсея задумалась, каково это – целовать другую женщину. Не легонечко в щечку, как из вежливости привычно целуются благородные дамы, а страстно губы в губы. У Таэны были полные губы. Она задумалась, каково это – целовать эти груди, опрокинуть мирийку на спину, раздвинуть ей ноги и взять ее, как взял бы ее мужчина, как брал когда-то ее Роберт, когда был пьян, и она была не в состоянии увернуться ни от его рук, ни от его рта.