Чтение онлайн

– Я поклялся не стричь волос, пока мой отец не будет отмщен. – Для человека выглядевшего столь похожим на льва, голос Давена Ланнистера был робок словно ягненок. – Но Молодой Волк первым добрался до Карстарка. Украл у меня возможность с ним рассчитаться. – Он отдал шлем оруженосцу и провел пятерней по примятым железом волосам. – Немного волос мне даже нравится. Ночи становятся холоднее, а немножко растительности на лице не дает замерзнуть. Ах да, и тетя Дженна всегда говорила, что у меня кирпич вместо подбородка. – Он сжал Джейме в объятьях. – После Шепчущего Леса мы все за тебя переживали. Слышали, что лютоволк Старка порвал тебе горло.

– Ты пролил по мне пару горьких слез, брат?

– Половина Ланниспорта ходила в трауре. Женская часть. – Взгляд сира Давена зацепился за культю. – Так это правда. Эти ублюдки отрубили тебе правую руку.

– Ничего, у меня теперь есть новая, из чистого золота. Так много нового узнаешь, когда становишься одноруким. Теперь я стал пить меньше из боязни облиться и при дворе реже чешу задницу.

– Это верно. Может, мне тоже стоит избавиться от своей. – Он засмеялся. – Это сделала Кейтлин Старк?

– Варго Хоут. – «Откуда только появляются все эти слухи?»

– Кохорик? – Сир Давен сплюнул. – Тьфу на них, вместе с его Бравыми Ребятами! Я говорил твоему отцу, что лучше бы сам отправился фуражиром, но он меня не послушал. «Некоторые поручения могут выполнить только львы», – сказал он. – «А фураж оставь псам с козлами».

Джейме узнал слова своего отца. Он почти услышал его голос. – Пойдем внутрь, брат. Нам нужно поговорить.

Гарретт разжег жаровни, и от их тлеющих углей шатер Джейме наполнился приятным теплом. Сир Давен сбросил плащ и отдал его Малышу Лью. – Ты, парень, часом не Пайпер? – Прорычал он. – Что-то ты какой-то мелкий?

– Я Льюис Пайпер, милорд.

– Как-то я сильно побил твоего брата в рукопашной. Этот хлюпик обиделся, когда я спросил его, не его ли сестра нарисована танцующей голой на его щите.

– Это символ нашего рода. У нас нет сестер.

– Очень жаль. У вашего символа славные сиськи. С другой стороны, кто же станет прятаться за спиной голой женщины, а? Каждый раз ударяя по щиту твоего брата я чувствовал смущение, недостойное рыцаря.

– Довольно. – Рассмеявшись, прервал его Джейме. – Отстань от него. – Пия налила для них вина из котелка, помешивая в нем ложкой. – Мне нужно знать, чего ждать в Риверране.

Кузен пожал плечами.

– Осада затягивается. Черная Рыба сидит в замке, мы сидим вокруг. Ужасно скучно, если хочешь знать. – Ответил сир Давен, усевшись на складной стул. – Талли нужно сделать вылазку, чтобы напомнить всем, что мы все еще на войне. Будет так мило, если он зарубит несколько Фрейев. Для начала Римана. Его редко видят трезвым. Ох, и Эдвина. Этот не такой толстый как отец, но так же весь кипит от гнева, как ведро полное гноя. А уж наш новоявленный сир Эммон… нет, лорд Эммон, спасите нас Семеро! Не дай боги забыть его новый титул… Наш лорд Риверрана не делает ничего, только дает мне советы, как вести осаду. Он хочет, чтобы я захватил замок, его не повреждая, поскольку теперь это владение его милости.

– Вино еще горячее? – Поинтересовался Джейме у Пии.

– Да, милорд. – Разговаривая, девушка прикрывала рот ручкой. Пек поставил кубки на золотой поднос. Сир Давен стащил перчатку и взял себе один кубок. – Спасибо, парень. Ты кто?

– Джосмин Пекльдон, если угодно милорду.

– Пек вел себя героем на Черноводной. – Сказал Джейме. – Он зарубил двух рыцарей и захватил еще двоих.

– Похоже, ты куда опаснее, чем кажешься, парень. Это что, бородка? Или ты просто забыл смыть грязь с лица? Даже у жены Станниса Баратеона усы гораздо гуще. Сколько тебе?

– Пятнадцать, сир.

Сир Давен хмыкнул.

– Знаешь отличную шутку про героев, Джейме? Они все умирают молодыми и оставляют больше женщин для нас. – Он отдал свой кубок обратно оруженосцу. – Наполни-ка его еще, и я тебя тоже назову героем. У меня пересохло горло.

Джейме поднял свой кубок левой рукой и сделал глоток. По груди разлилось тепло. – Ты тут распинался о том, как желаешь смерти Фреям. Риману, Эдвину, Эммону…

– И Уолдеру Риверсу. – Добавил Давен. – Этому сукину сыну. Он ненавидит себя за то, что он бастард и всех остальных за то, что ими не являются. Но сир Первин, похоже, славный малый. Его, пожалуй, можно оставить. И женщины у них вроде ничего. Я слышал, что женился на одной из них. Кстати, твой отец, кажется, счел нецелесообразным посоветоваться со мной об этом браке. Ты знал, что до Окскросса мой отец договаривался с Пакстером Редвином? У девчонки Редвина отличное приданное…

– У Десмеры? – Рассмеялся Джейме. – Насколько тебе по нраву веснушки?

– Если выбирать между Фреями и веснушками, что ж… половина выводка лорда Уолтера похожа на хорьков.

– Только половина? Скажи спасибо. Я видел невесту Ланселя в Дарри.

– Привратница Ами, великие боги! Не могу поверить, что Лансель ее выбрал. Что не так с парнем?

– Он стал чересчур набожным. – Ответил Джейме. – Но все равно, ему не пришлось выбирать. Мать леди Амареи – Дарри. Наш дядюшка решил, что она поможет Ланселю завоевать любовь крестьян.

– Как? Станет их трахать? Ты знаешь, за что Ами здесь прозвали Привратницей? Она поднимает свою порткулису перед каждым встречным-поперечным рыцарем. Ланселю срочно нужно разыскать оружейника, который изготовил бы для него рогатый шлем.

– Это не потребуется. Наш кузен отправился в Королевскую Гавань принять обеты воина нашего Верховного Септона.

Сир Давен не смог бы удивиться сильнее, даже если бы Джейме сказал ему, что Лансель решил стать мартышкой у лицедеев.

– Нет, правда? Ты меня разыгрываешь. Должно быть Привратница Ами куда сильнее похожа на хорька, чем я о ней слышал, если она довела парня до такого исхода.

Когда Джейме покидал пир леди Амареи, она тихо плакала о своем несчастливом браке на плече у Лайла Кракехолла, позволяя ему ее утешить. Ее слезы не волновали его и в половину так сильно, как мрачные взгляды на лицах ее родни, которыми они провожали его во дворе. – Надеюсь, ты не собираешься тоже принять клятвы, брат. – Сказал он Давену. – Фреи становятся несносны, когда разрываются брачные обязательства. Я бы побоялся вновь их разочаровать.

Сир Давен фыркнул. – Не бойся. Я женюсь и пересплю со своей кобылкой. Мне хорошо известно, что стало с Роббом Старком. Хотя, из того, что мне наговорил Эдвин, я бы взял ту, которая еще не расцвела, иначе окажется, что Уолдер Черный побывал там раньше меня. Клянусь, что он спал с Привратницей Ами и не меньше трех раз. Может этим и объясняется набожность Ланселя, и поведение его отца.

– Ты виделся с сиром Киваном?

– Да. Он проезжал мимо, отправляясь на запад. Я попросил его помочь мне взять замок, но Киван не стал. Он все время, пока был здесь, о чем-то молча размышлял. Довольно вежливо с его стороны, но пугающе. Я клялся ему, что не напрашивался быть Хранителем Запада, что эта честь должна по праву принадлежать ему, и хотя он заявил, что не держит на меня зла, судя по его тону, этого ни за что не скажешь. Он пробыл тут три дня и едва обменялся со мной парой слов. Если б он остался, я бы мог воспользоваться его советом. Наши друзья Фреи не посмели бы досаждать сиру Кивану так, как досаждают мне.