Чтение онлайн

– Ты еще не знаешь, какие дурные вести я тебе принесла.

– Что такое?

– А то, что едва я собралась уходить, как в дом пришли за тобой альгвасилы со стражей.

– За мной? А по какой причине?

– Они сказали, будто ты напал на отряд королевских солдат. Я соврала, что тебя нет в Мехико, они перерыли весь дом и, наконец, ушли, поклявшись разыскать тебя.

– Ну, пускай попробуют!

– А что же ты собираешься сделать?

– Прежде всего скроюсь, а там увидим.

– Зачем ты вызвал меня?

– Для одного дельца, – ответил Москит, показывая на комнату рядом, где спала Хулия. – Этой ночью я заработал хороший куш, будет на что прожить целый год, даже если мне весь год придется скрываться.

– Что же там такое?! – воскликнула Паулита, собираясь войти в таинственную комнату.

– Погоди, сейчас все расскажу толком и объясню, что тебе следует делать. Мне ведь придется бежать, понимаешь? С альгвасилами шутки плохи. Здесь спит девушка, которую я похитил по поручению одного кабальеро. С девушкой уговора не было, а потому ей пришлось дать сонный порошок, и уж потом я приволок ее сюда. Кабальеро придет только завтра утром; ты постереги ее здесь, чтобы она не сбежала, и подожди прихода сеньора.

– Но кто она, как ее зовут?

– Ты ее знаешь и будешь весьма удивлена.

– Скажи же мне…

– Сеньора, велевшего мне похитить девушку, зовут дон Педро Хуан де Борика, он муж той дамы, у которой ты бывала.

– А девушка?

– Сама увидишь. Мне пора. Завтра к ночи загляну домой, если не застану тебя, приду сюда. Что поделаешь, возиться с альгвасилами мне неохота.

Москит торопливо вышел, а Паулита шагнула в соседнюю комнату, чтобы увидеть, кто же там находится.

Хулия лежала лицом к стене; Паулита подошла к ней и при слабом свете ночника вмиг ее узнала.

– Хулия!

– Паулита! – откликнулась девушка, вскакивая.

– Что такое, Хулия? Почему вы здесь, что означает ваше спокойствие?

– Я сама не понимаю, что происходит. Разве я не в вашем доме?

– Нет.

– Так где же я? Чей это дом? Как я сюда попала?

– Не знаю, чей это дом. Вас привели сюда обманом, но я не дам свершиться этому злодейству, хотя мой собственный муж принимает в нем участие.

– Что, что вы говорите? Объясните все толком.

– Хулия, вчера вечером вам подсыпали порошок, и вы заснули как убитая. Пользуясь этим, вас вынесли из дому и принесли сюда.

– Кто это сделал?

– Дон Педро Хуан, ваш отчим.

– Боже мой, какая низость! Но зачем?

– Сами понимаете, ведь он влюблен в вас. Итак, он расстроил вашу свадьбу и держит вас в своей власти.

– Бесчестный человек! Я никогда, никогда не соглашусь на это. Прошу вас, Паулита, проводите меня домой. Я должна завтра же повенчаться, вот единственная возможность освободиться от преследований этого чудовища. Когда я буду замужем, ему придется расстаться со своей надеждой.

Паулиту вмиг осенила новая мысль: когда Хулия будет замужем, дон Энрике тоже навсегда потеряет надежду. Теперь она знала, как надо действовать.

– Вы правы! – сказала она. – Вам надо вернуться домой. Вставайте, я вас провожу.

Хулия, пошатываясь, встала.

– Мужайтесь, – сказала Паулита, – завтра в это время вы будете навеки связаны с доном Хусто.

Теперь настала очередь Хулии вспомнить о доне Энрике, или, вернее, об Антонии Железной Руке, – ведь она знала его лишь под этим именем.

– Паулита, – сказала она, – это неслыханно тяжелая жертва: я навеки расстаюсь с человеком, которого люблю, я решаюсь забыть его, хотя он не дал мне повода проявить столь черную неблагодарность. Появись он передо мной завтра в час венчания, я умерла бы от стыда и горя, – ведь он не только любил меня, он спас мне честь и жизнь, а я плачу ему, благороднейшему человеку, непростительной изменой.

Паулита вздрогнула, слова Хулии прозвучали упреком в ответ на ее недостойный замысел; ей показалось, что она слышит голос своих покойных родителей, шепчущих ей «неблагодарная», и ей стало невмоготу долее сдерживаться. По природе своей Паулита была создана, чтобы творить добро.

– Послушайте, – сказала она вдруг, – тот пират, о котором вы мне рассказывали, был родом мексиканец?

– Да, а почему вы спрашиваете?

– У себя на родине он был богат и знатен?

– Моей матери он говорил, будто самому королю не уступит в богатстве и знатности.

– Боже мой, Хулия, кажется, этот человек здесь, в Мехико.

– Что вы сказали?! – в ужасе воскликнула Хулия.

– Да, мне кажется, он здесь… а зовут его дон Энрике Руис де Мендилуэта, я вам говорила о нем.

– Милосердный боже! Тот самый, кого вы так страстно любите?

– Тот самый.

– Паулита, бог этого не допустит, ведь я способна возненавидеть вас.

– А вы не думаете, Хулия, что я тоже вправе возненавидеть вас? Ведь вы у меня отняли того, кого я полюбила задолго до вашей встречи.

– Но вы отказались от него и вышли замуж за другого.

– Потому что я не смела надеяться на счастье принадлежать ему.

– Так надо было пожертвовать всей своей жизнью и продолжать боготворить его, а не связывать себя с другим.

– А вы, Хулия, разве вы не решаетесь выйти замуж за другого?

– Ради счастья моей матери. И очень страдаю.

– И я, я тоже страдаю.

Обе застыли в молчании; недоверие, ревность, ненависть и любовь боролись в сердцах этих женщин. Они не знали, что делать, как поступить. Хулия восторгалась великодушием Паулиты, которая сообщила ей, что ее возлюбленный находится в Мехико. Паулита думала о том, что она своим сообщением, может быть, вернула счастье дону Энрике.

Неожиданно Паулита спросила:

– Как вы думаете поступить?

Хулия, не отвечая, посмотрела на нее с недоверием.

– Отвечайте, Хулия, вы еще не знаете, на что я способна.

Хулия поняла эти слова, как угрозу, и, закинув голову, спросила с вызывающим видом:

– На что же вы способны?

– Хулия, – сказала Паулина, бледнея, и голос ее дрогнул. – Хулия, я способна на все самое хорошее и самое дурное. Да удержит меня рука бога.

В ответ Хулия лишь надменно усмехнулась.

– Заклинаю вас счастьем вашей матери, не смейтесь надо мной – ревность сжигает меня, я способна убить вас или убить себя. Я не хочу мешать счастью дона Энрике, но я не в силах стать свидетельницей его счастья.