Чтение онлайн

Несмотря на ранний час, жизнь в его доме кипела ключом; все были на ногах. Донья Ана, не колеблясь, с независимым видом прошла мимо слуг, словно она была здесь своим человеком. Никто не посмел остановить ее.

Поднявшись по лестнице, она столкнулась лицом к лицу с доном Хусто, который выходил из покоев.

– Кабальеро, – сказала донья Ана, обращаясь к нему, – мне надо поговорить с вами. – Дон Хусто в нерешительности молча остановился и готов был уже ответить отказом, как вдруг перед его глазами из-под плаща незнакомки мелькнули нарядное платье, прекрасная холеная рука и маленькие ножки в расшитых золотом башмачках. Пожалуй, решил он, стоит выслушать пришедшую даму.

Красота, скрытая от глаз, таит в себе особую манящую привлекательность. Если бы женщины понимали, какую прелесть придает таинственность даже тем из них, кто не блещет красотой, они никогда не согласились бы расстаться с маской и плащом из счастливых и романтических времен Филиппа II, эпохи чарующих приключений с «закутанными незнакомками».

Нынешние женщины показываются на улице при свете дня; конечно, они могут понравиться, но что бы ни проповедовали последователи материализма, ничто не производит такого неотразимого впечатления на сердце мужчины, как романтическая загадочность.

Бывало, под вуалью скрывалось лицо дурнушки, и разочарованный поклонник спасался от нее бегством. Но ведь нынче, когда все женщины ходят с открытыми лицами, дурнушка все равно не привлекает к себе восторженных взоров.

Дон Хусто, человек опытный, готов был поклясться, что перед ним красивая и знатная дама.

– Сеньора, – ответил он, – ежели вы пришли по важному делу, а главное, не намерены долго задержать меня, я буду весьма рад вас выслушать.

– О важности дела вы сможете судить сами, – сказала донья Ана.

– В таком случае благоволите следовать за мной.

Дон Хусто провел донью Ану в один из богато убранных покоев.

– Мы здесь одни? – спросила донья Ана, опускаясь в кресло.

– Да, сеньора.

– Будьте добры, заприте дверь.

Дон Хусто повиновался, удивляясь в душе таким предосторожностям.

– Вы узнаете меня, дон Хусто? – спросила донья Ана, откидывая вуаль.

– Донья Ана! – воскликнул, отступая, дон Хусто.

– Я вижу, вы не забываете старых друзей.

– Могу ли я вас забыть? – ответил дон Хусто, любуясь своей гостьей и находя ее еще прекраснее, чем прежде; даже накануне свадьбы встреча с доньей Аной взволновала его. – Забыть вас! Да вы стали еще красивее! Кто видел вас хоть раз в жизни, тот никогда вас не забудет.

– Бросьте расточать любезности в день вашей свадьбы и выслушайте меня.

– Говорите.

– Я была здесь вчера, но мне не удалось с вами увидеться.

– К моему большому огорчению.

– Я хотела сообщить вам, что дон Энрике Руис де Мендилуэта в Мехико.

Дон Хусто даже подскочил от ужаса, словно на него неожиданно упал скорпион.

– Дон Энрике?! – воскликнул он. – Вам пригрезилось. Он умер.

– Ошибаетесь. Дон Энрике жив, я сама его видела.

– Вы видели его?

– Да.

– Вы хотите сказать, он прибыл сюда вместе с вами?

– Нет. Но я хочу вас предупредить, будьте настороже, ибо дон Энрике намерен потребовать свой титул и отцовское наследство.

– Тогда я пропал, – прошептал в полном унынии дон Хусто.

– А может, и не пропал.

– Что вы говорите?

– Имеется средство предотвратить вашу гибель, незачем падать духом.

– Так что же вы молчите? Скажите, какое средство?

– Прежде всего нам надлежит заключить с вами договор. В этом мире все имеет свою цену, все зиждется на определенных условиях.

– Сообщите же ваши условия. Чего вы хотите? Золота? Вы его получите…

– Я пришла не за тем, чтобы торговать моей тайной.

– В таком случае?..

– Я жажду отомстить и дону Энрике и дону Диего де Альваресу.

– Каким образом?

– Об этом надобно подумать вам, вы должны помочь мне в моих намерениях. Ничего другого я не требую.

– Однако такие вещи не приходят сразу в голову.

– Поразмыслите. Придумайте, как вернее отомстить, хотя и с опозданием.

– Обещаю помочь вам.

– Поклянитесь.

– Клянусь богом, его пречистой матерью и всеми святыми, – торжественно произнес дон Хусто и, осенив себя крестом, поднес руку к губам.

– Хорошо. А теперь выслушайте мой план, как вам освободиться от дона Энрике. Этот план, пожалуй, хорош и для моей мести.

– Я вас слушаю.

– Мне известна роковая тайна в жизни дона Энрике, она не только помешает ему потребовать назад отцовское наследство, но даже может привести его на виселицу.

– Что это за тайна?

– Известно ли вам, чем занимался дон Энрике вдали от Новой Испании?

– Нет.

– Он был пиратом.

– Пресвятая дева! – в ужасе воскликнул дон Хусто.

– Да, пиратом, пиратом. Я сама видела, как он участвовал в осаде и разграблении Портобело. Он был любимцем этого богоотступника Моргана. Заодно с его злодеями грабил города и селения испанского короля, жег дома и храмы, бесчестил женщин и девушек из знатных семейств. Так неужто такой человек достоин стать графом де Торре-Леаль? И не спасаю ли я вас, разоблачая перед вами истинную сущность этого человека?

– Конечно, еще бы. Но готовы ли вы подтвердить это перед судом?

– И даже перед самим королем, если потребуется.

– В таком случае я пошлю за вами, когда понадобиться…

– Нет, вы должны сегодня же взять меня под свое покровительство. Поймите, ко мне подошлют убийц, и, мертвая, я навсегда умолкну. Дон Энрике знает, где я живу, знает, что мне известно его прошлое, что я одинока и беззащитна, и, прежде чем я успею громогласно разоблачить его, он убьет меня, я в этом уверена.

– Пожалуй, вы правы.

– Я единственная помеха на его пути, и он не остановится перед тем, чтобы убрать меня.

– Мне пришла в голову превосходная мысль.

– Какая?

– Сегодня состоится моя свадьба в доме моей сестры и посаженой матери Гуадалупе, вдовы де Торре-Леаль. Мы пробудем там весь день, сюда вернемся только к ночи. Я провожу вас сейчас к сестре, а потом вы поселитесь здесь, у меня. Согласны?

– Да.

– Моя сестра знает вас?

– Не думаю.

– Тем лучше. Идемте же.