Чтение онлайн

– Вы доверяете ему?

– Доверяю, но осторожность никогда не мешает. Я не покажусь ему, прежде чем мы не убедимся в его преданности.

Индиано приблизился к старику.

– Друг мой, – начал он, – один кабальеро желал бы сказать вам несколько слов; он ждет вас здесь, за углом дома.

– Ждет меня? – недоверчиво переспросил Пабло.

– Да, вас. Опасаться вам нечего, сейчас светлый день, и кабальеро находится всего в двух шагах отсюда.

После минутного колебания старик согласился:

– Идемте.

Дон Диего повел старого слугу туда, где, закутавшись в плащ и надвинув шляпу на лоб, его поджидал дон Энрике.

– К вашим услугам, – проговорил старик, оглядев с ног до головы дона Энрике.

– Если не ошибаюсь, вы Пабло, старый слуга графа де Торре-Леаль?

– К вашим услугам, – снова проговорил старик.

– Сегодня какое-то торжество в доме графини? – спросил дон Энрике.

– Да, сеньор, сегодня свадьба брата моей госпожи.

– И сегодня же истекает срок для возвращения дона Энрике, старшего сына, не так ли?

– Да, такие толки ходят среди слуг, – ответил Пабло с явным неудовольствием.

– А вы знали дона Энрике?

– Знал ли я его? – воскликнул со слезами в голосе Пабло. – Знал ли я его? Да я его на руках носил, когда он был ребенком, я его, как родного сына, любил… И да простит меня бог, разве можно сравнить дона Энрике с теми, что теперь владеют его добром, его наследством?

– А что же случилось с доном Энрике? Где он?

– Да если б я только знал, где он, неужто я не побежал бы к нему?

– Узнали бы вы его, если бы вам довелось с ним встретиться?

– Разом узнал бы.

– Вы уверены?

– А то как же?

– Ну, так взгляните на меня! – воскликнул юноша, откидывая плащ, наполовину закрывавший его лицо.

Удивление и горячая радость выразились на открытом лице старика, и, после мгновенного колебания, он, рыдая, бросился на шею к дону Энрике.

– Мальчик! – закричал он. – Сеньорито! Это вы!.. Ах, какая радость, какая радость! Мальчик мой, какая радость!

– Полно, старина, – успокаивал его растроганный дон Энрике, – полно, умерь свою радость, еще кто-нибудь из прохожих увидит нас. Послушай-ка лучше, мне надо о многом поговорить с тобой.

– Я просто глазам своим не верю, сеньорито, – повторял старик.

– Ну, успокойся и послушай, что я тебе скажу. У нас мало времени.

– Что прикажете, дорогой сеньор? Я на коленях буду служить вам.

– Вот что, мне нужно незамеченным войти в дом и до поры до времени укрыться где-нибудь от посторонних взглядов.

– Это легче легкого, сеньорито: я вас проведу в вашу прежнюю спальню, помните?

– Да. А кто там теперь спит?

– Никто, сеньорито, никто. Ваш отец велел ничего не трогать в вашей комнате до сегодняшнего дня, когда все наследство должно будет достаться новому господину; а я каждый день прибираю там, чищу ваши вещи, платье, оружие, словно вы там по-прежнему живете.

– Спасибо, дружище!

– Так что, ежели желаете, можете надеть ваш лучший камзол, он в полном порядке. Только ваши лошади состарились, как и я. А все-таки никто их из конюшни не выводит.

– Так идем же, – сказал дон Энрике, воодушевленный добрыми вестями.

– Я пройду вперед и открою вам вход с улицы, чтобы никто вас не заметил.

– Отлично… А в котором часу назначено венчание?

– Капеллана ждут в девять.

– Ну, так ступай, открой нам дверь.

Старик с проворством юноши бегом вернулся к дому и поспешил отворить дверь, которая вела прямо в покои дона Энрике.

Подойдя к своему прежнему жилищу, дон Энрике побледнел, сердце его забилось сильнее. Дон Диего молча следовал за ним. Пабло ожидал их в прихожей. Друзья вошли, никем не замеченные.

Все комнаты на половине дона Энрике сохранились в том виде, в каком он их оставил; на всем лежала печать самого тщательного ухода. Обстановка, оружие, платье – все содержалось в образцовом порядке.

Сердце дона Энрике сжалось, он с трудом преодолел волнение.

– Ну, вот мы и дома, – сказал он дону Диего. – А как, по-вашему, нам следует поступить дальше?

– Я думаю, не пойти ли мне сообщить обо всем вице-королю. С его стороны было бы так великодушно поддержать вас своим присутствием в этом трудном деле…

– Боюсь, что он откажет.

– Как знать? Во всяком случае, я попытаюсь. Бракосочетание состоится не раньше девяти утра, я успею пойти во дворец и поговорить с вице-королем. Согласны?

– С условием, что вы вернетесь не позже девяти.

– Разумеется.

– Тогда согласен.

– Послушайтесь моего совета и наденьте ваш парадный костюм.

– Зачем?

– У меня созрел один план. Прошу вас, сделайте это ради меня.

– Хорошо.

– Итак, я не задержусь. Велите открыть мне, когда я постучу в дверь.

– Будьте покойны, Пабло ни на шаг не отойдет от меня.

– Я никогда, никогда вас не покину, – с восторгом подтвердил старик.

Индиано ушел, а дон Энрике стал переодеваться.

Его старший друг направился во дворец; он был уверен, что маркиз де Мансера, верный своей привычке, уже поднялся. В прихожей сидела Паулита.

– Что ты здесь делаешь, Паулита? – удивился дон Диего.

– Я пришла просить его светлость помиловать моего мужа.

– Ты еще не говорила с ним?

– Нет.

– Обещаю помочь тебе. Если мое дело завершится успешно, можешь быть уверена, что я испрошу помилование для твоего мужа.

– Дай-то бог! – вздохнула молодая женщина.

Дон Диего вошел в покои вице-короля.

– Как дела? – весело спросил маркиз, приветствуя своего крестника.

– Сеньор, я осмелился снова беспокоить вашу светлость по поводу нашего дела…

– Касающегося дона Энрике?

– Да, сеньор.

– Что слышно нового?

– Сеньор, мы успешно действуем; противник осажден, наши силы, а под ними я подразумеваю дона Энрике, проникли в крепость, хотя пока еще тайно.