Чтение онлайн

– Да я что, до старости буду у вас в няньках ходить?!
– вспыхнул я.
– Что здесь непонятного?! Проходите в сумерках вдоль порта, срисовываете местоположение объектов. С наступлением темноты с помощью "диверов" поджигаете пару-тройку судов, неважно каких, лишь бы хорошо осветить акваторию порта. После этого подходите на максимально близкое расстояние и методично расстреливаете зажигательными все остальные суда. Если останутся заряды жгете портовые постройки, что покрупнее.

Первой к Варне должна подойти греческая галера от руссов, груженная лесом, медом, пенькой, и четырьмя сотнями наемников, которых якобы завербовал представитель Симиона, для похода на Византию, но вот сборы и подходящий транспорт несколько подзадержали наемников. Следом за ней должен подойти франкский "Толстяк", под завязку груженый тонконогими арабскими жеребцами. Ну и ближе к вечеру должна подойти моя галера, якобы с Кипра груженая товаром из Индии и Африки. Гребцы на галерах - кавалеристы летучей тысячи Ибрахима.

Не скажу, что путешествие было из легких! Из кавалеристов гребцы никакие, рыскающие судно вымотало палубную команду и кормчих до предела, но всему приходит конец, и мы точно по расписанию прибыли в Варну. С запада дул ветер, несший с собой зловоние кожевенных мануфактур, да и нечистоты города сливаемые в варнинское озеро тоже воздух не озонировали. С трудом втиснулись в тесную гавань, забитую в основном всякой мелочевкой.

У причала нас уже ждал таможник. Мытарь не стал утруждать себя изучением судовой роли и перечня груза, а просто прошелся по палубе и потребовал двадцать солидов мыта. На мой возмущенный возглас:

– Да этож грабеж!
– лениво ответил, -- В самый раз!
– Вон у твоей матросни морды какие бандитские, да и глаза отводят. Сразу видно, припрятали что-то. Если поискать, то по деньгам так и выйдет, да еще и на штраф нарвешься.

"- Да блин! Палево конкретное! Действительно мои ребятишки мало чем напоминают матросов, перед увольнением на берег. Хорошо еще, что чиновник заподозрил их, только в мелкой контрабанде."

Таможник тем временем пренебрежительно протянул мне ладонь, едва оторвав ее от увесистого живота.

– Держи душегуб!
– Изображая чрезмерное огорчение, порывисто сую в ладонь мытаря двадцать кругляшей.
– Креста на тебе нет!

"Душегуб" расстегивает щербатый рот в довольной улыбке, и оттянув ворот рубахи демонстрирует медный крестик на волосатой груди, и уже поворачивая к сходням замечает:

– А чего у тебя купец, гребцы такие щуплые, наверно полгода с Кипра шел?

– Не богатыри конечно, - хмуро отвечаю на подначку, - зато жилистые и едят мало.
– "А таких жирдяев как ты, с одного удара разваливают до седла." - это я уже про себя.

– Ты моей теще это расскажи, - хрюкнув в кулак отвечает мытарь и со вздохом добавляет.
– Худая как щепка, а жрет за троих.

Когда я с Агапитом - типа вышибала, и двумя десятками ряженных амазонок подошел к городским воротам, стражи с преувеличенным интересом слушали рассказ, судя по всему рыбака из местных.

– ... Я точно говорю, - выпучив глаза и брызжа слюной хрипло басил рыбак.
– Зарево на полнеба в той стороне где Месемврия, будто весь город пылает!...

– Я думаю Маломир, - это твой чудо-кит с огненными глазами и размером с гору, - серьезно сказал один из стражей.
– Про которого ты рассказывал неделю назад, он и устроил там пожар!
– После чего все стражники заржали в голос, а рыбак смачно сплюнув, гордо подняв голову, чуть ли не строевым двинул дальше, чем вызвал новый приступ смеха. Старший наряда, стоящий в тени вдруг неожиданно перестал смеяться, глянул в след удаляющемуся рыбаку, и тоже смачно сплюнул.

– Че ржете дебилы?! Он же сейчас пойдет в магистрат всполошит там всех яйцеголовых, и те введут осадное положение. Пока не выяснят что с Месемврией, порт закроют, все смены стражи будут безвылазно торчать на стенах. И это минимум на двое суток.

Парни замерли, им явно не улыбалось торчать на работе еще двое суток, да и нажитые сегодня деньжата жгли карман.

– Звиница!
– обратился он к молодому стражнику, - догони его! Только не здесь, а возле корчмы Бояна!

– И чего?
– прервал командира парень.
– Поколотить его что ли?

– Да слушай ты, не перебивай! Остановишь его и скажешь, что старший послал тебя поподробней расспросить его о зареве, заведешь его в корчму и угостишь вином. Маломир от выпивки еще не отказывался, а ты слушай его вранье и не забывай пополнять его кружку, чтоб через час он ни петь, ни свистеть...

" - Фуххх! Я уже думал трындец! Не видать нам Варны! Но в любом случае планы меняются. Не ровен час подойдут еще рыбаки подтверждающие рассказ Маломира." - Пока додумывал мысль раздался раздраженный голос старшего:

– Ты что спишь!? Или глухой? Повторяю! Цель прибытия? Сколько человек?

– Эээ... привез девственниц, в монастырь пресвятой Марии, что при базилике Плиской!

Стражник, задавший вопрос на некоторое время потерял дар речи. Затем неуверенно улыбнулся и заржал, привлекая внимание остальных. Отсмеявшись с трудом проговорил:

– Ну тогда с каждой послушницы по три медяка, и с этой бородатой малышки, - указал пальцем на Агапита, - и с тебя тоже.

Весь десяток стражников, и до этого с интересом поглядывавших в нашу сторону, сосредоточил все внимание на нашей компании. Яркие наряды девиц, подведенные глазки, подкладками из ваты в нужных местах, - просто конфетки. Или как сказал Дед - сексибеби на миллион.

– Слушай командир, я же не талант золота провожу! Откуда такие расценки?
– пресная мина охранника в ответ.
– Слышь служивый, я серьезно поистратился, и у меня каждый медяк на счету. А что если рассчитаюсь натурой? Десять красавиц оставляю вам на пару часов... и мы все проходим в город. Тем более что за нами в город собираются войти франки с целым табуном коней. И мзда с этих жирных гусей с лихвой покроет все потери.

– - Вон наш старший, - кивок в сторону десятника, - говори с ним. Блин бюрократия, старший хоть и облизывался при каждом взгляде на девиц, сказал, что он не старший, а старший на верху, и он не в том возрасте чтоб менять деньги на юбки.

– Это можно легко проверить, - не уступал я.
– Давай ты прихватишь с собой троих, самых сладких девиц. Смотри!
– добавил я силы в голос - Та что постарше, способна глину превратить в камень, а из камня выдавить влагу. Молодая разожжет пламя даже в в давно потухшем очаге! И готов пожертвовать своей лучшей! Красива как богиня, кожа нежнее шелка, сама слаще меда! Если надо, за мгновение растопит вековой лед.

– Ладно, - сдался командир.
– Давай своих девиц.

– Бора, Юла, Рогнеда! Кажется у вас появилась работа!.. На условный стук дверь в башню открылась, пропуская необычных визитеров. После того как четверо персон вошли, караульный не захлопнул калитку, а вытаращился на толпу разбитных девиц обступивших стражей. Не успел он еще закрыть рот от удивления, как сразу две дамочки, оказались возле него и стали мурлыкать ему что-то на ушко, прижимая его руки к своей груди. Остальные дамы хоть и с меньшим натиском, но тоже обступили зардевшихся от такого внимания парней.

– Поехали!
– Впечатав кулак в "солнышко", ближайшего ко мне стражника скомандовал я барышням.

Амазонки были готовы и не подвели. Приемы тугов органично легли на благодатную почву убийц пустыни. Вся доступная стража полегла в ту же минуту. Дальше событья понеслись вскачь, и по нарастающей. Бароны краем глаза следившие за нами предприняли все, чтоб предотвратить возникновение паники. Просто сразу, аккуратно прирезали всех оказавшихся вблизи свидетелей расправы, и почему-то подкатили телегу под арку ворот, и перевернули ее на бок. Оказалось, они подстраховались - если супостатам удастся опустить решетку, то она, не сможет полностью перекрыть проход. Крутившийся рядом десяток руссов бодро вынесли трупы охранников с прохода, сноровисто стягивали с них одежду, и облачались в их шмотки.