Чтение онлайн

– Да уж, ты у нас всегда знал, чего хочешь, - а потом посмотрел на свою мать.
– Может, пригласишь наших гостей в зал?

– Да, да, конечно, - виновато сказала она, приглашая нас в комнату.
– Проходите, прошу! Сейчас чая попьём. Миша, скажи там Лизе, чтобы она всё приготовила.

Он кивнул и скрылся, но не успели мы расположиться на диване, как он снова появился и произнёс:

– Кстати мама, а Всеволод ведь не врал, говоря, что Айрина необыкновенная личность.

– Да?!
– она и с интересом посмотрела меня, и я улыбнулась, хотя совершенно не понимала, как себя вести, и не знала, что конкретно он готов ей рассказать.

– Да, она вроде целительницы, - сказал он.
– Когда я рассказал им о том, что вчера тебя обследовали, и тебя беспокоит давление и сердце, они выразили желание помощь нам. Айрина вмиг может вылечить тебя.

Мать Михаила удивленно посмотрела на меня, а я поправила этого урода:

– Не в миг, а за четыре дня.

– Да, точно - за четыре дня. Только тебе надо будет кое-что сделать.

– Я даже не знаю, стоит ли, - растерянно ответила она.
– Ведь повышенное давление в моём возрасте это нормально, да и беспокоить Айрину в её положении как-то неудобно.

– Удобно, - уверенно ответил он и выжидающе посмотрел на меня.

– Для меня это не составит труда, - сказала я, поняв смысл его взгляда.
– Только необходимо будет кое-что сделать. Вы должны будете написать свой приблизительный распорядок дня, а также в течение трёх дней говорить и делать то, что я попрошу. Договорились?
– я улыбнулась ей, потому что поняла что, не смотря на то, что её сын такая сволочь, она женщина хорошая.

– Если тебе и вправду не тяжело, то я с удовольствием буду делать то, что ты скажешь, детка, потому что в последнее время сердце пошаливает, и непонятная дрожь в руках иногда появляется.

– Не тяжело, - заверила я.

Просидев у них ещё чуть больше часа, и мило пообщавшись с женщиной, мы стали собираться, договорившись, что я приеду утром следующего дня. Михаил сказал, что проводит нас к машине и как только мы вышли за дверь, зло сказал:

– Только выбрось какой-нибудь фортель с моей матерью, и я тебе устрою такое!

– Расслабься ублюдок, - сквозь зубы произнесла я.
– Хорошим людям я помогаю с удовольствием, и обратись ты ко мне просто так, я бы всё равно помогла. Завтра в одиннадцать часов я буду у тебя. А теперь исчезни с моих глаз! Лучше иди, скажи что-нибудь хорошее своей матери, чем пробуй пугать тех, кто тебя не боится.

Он внимательно посмотрел на меня, а потом развернулся и пошёл назад в квартиру, ничего мне не сказав.

Сев в машину, я прижалась к Севе и спросила:

– Почему у таких хороших матерей вырастают вот такие уроды?

– Варвара Степановна с детства потакала ему во всём, вот он и вырос такой сволочью, - обняв меня за плечи, сказал он.

– Как я понимаю, ты давно знаешь их семью.

– Да, с детства. Мы даже с ним учились в одной школе, в параллельных классах и дружили когда-то. И кстати, именно благодаря ему, я узнал о тебе.

– Да?
– я изумлённо посмотрела на Севу.

– Да, если бы не он, то я так бы не встретился с тобой.

– Хм, ну тогда если благодаря ему мы встретились, я не буду сильно его наказывать потом.

– Рина, он моральный урод и очень опасный человек, и я не хочу, чтобы бы питала иллюзии на его счёт, - терпеливо сказал он.

– Но тебя он боится, - довольно констатировала я, вспомнив сцену в коридоре.

– Да, потому что знает, как я могу действовать, если стать у меня на дороге, и знает, что если надо, я могу прогнуться, но потом сила отдачи бывает такая, что всех разрывает на куски. Поэтому он и боится давить слишком сильно.

Слушая Севу, я почувствовала гордость за него, но некоторые моменты меня всё же беспокоили и я спросила:

– Такое уже было? Я имею в виду давление?

– Конечно. Ты не представляешь, сколько людей пытались сломать меня и получить бизнес отца после его смерти. Мне было двадцать, и многие считали меня лёгкой добычей, поэтому приходилось действовать жёстко, чтобы выжить.

– И как ты действовал?
– тихо спросила я, боясь услышать ответ.

– Рина, солнце, ну зачем тебе это знать?
– с горькой усмешкой спросил он.

– Просто ты меня иногда пугаешь, - робко ответила я.
– У тебя было такое лицо, когда ты впервые разговаривал с Михаилом после нападения, и сегодня, в коридоре, что меня дрожь пробирает каждый раз, когда я тебя таким вижу. Страшновато, и мне кажется, что я тебя совсем не знаю.

– Как раз ты меня знаешь намного лучше, чем все остальные люди, - он улыбнулся.
– С тобой я могу быть самим собой. А с остальными я веду себя так же, как и они ведут себя со мной. Знаешь третий закон Ньютона? "Сила действия равна силе противодействия" - так вот, это про меня. Я стараюсь не причинять людям вред, но если они это делают, то я всегда отвечаю.

– Ясно, - произнесла я и поцеловала его.
– Наверное, за это я и люблю тебя - за твою внутреннюю силу и бесстрашие. Ты меня не испугался, зная, что я ведьма. Остальные старались держаться от меня подальше, даже не зная этого.

– Слабаки, - со смешком ответил он.
– Ты меня всегда скорее веселила, чем пугала. Но я рад, что все остальные тебя боялись, и ты никому не далась в руки, кроме меня. Не зря я тогда себя накручивал и отшлёпал тебя по мягкому месту.

Я тут же залилась краской, вспомнив ту позорную экзекуцию и недовольно сказала:

– Я, кстати, так и не отомстила тебе за неё. Надо будет что-то придумать, чтобы отдать должок.

– Буду с нетерпением ждать, - весело ответил он и начал меня целовать.

"Ну и как разрабатывать коварные планы, когда он вот так меня целует?" - пронеслось в голове. Всё недовольство тут же испарилось, и я просто наслаждалась ощущениями, целуя его в ответ.