Чтение онлайн

Ты жалуешься на внутреннее свое неустроение; жалею о сем и сострадаю о тебе. Но что ж с этим делать и кого винить? Страсти действуют в нас оттого, что залог имеют оных и не истреблены сопротивлением и самоукорением. Ежели и под землею сокроешься (как ты пишешь), они и там покоя не дадут. Надобно терпеть скуку и тоску, принимать оную скорбь за посланную к очищению и навершению недостатка делания нашего. Св. Исаака 20-е слово и много других святых учений тому нас наставляют.

О А-е Щ-ской я не могу ничего тебе сказать касательно помещения ее и не смею понудить сестер к успокоению ее; только то скажу, что мы делаем для ближних, то Бог приемлет на Себя, в отношении добра и зла: что сотвористе единому сих братий моих меньших, Мне сотвористе (Мф.25:40). Когда она приедет в обитель, тогда видно будет; может быть, Господь и переменит сердца их к состраданию, а ее к улучшению своей нравственности и оставлению капризов, которыми они оскорблялись.

Отцу И-ию и Ф-у советую, помолясь Богу, поискать какого отца или единодушного о Господе брата и с верою иметь с ним советование. Бог видит коегождо душевные нужды, и аще кто поистине расположен к добру, то и малое отроча вразумит рещи ему на пользу; а в противном случае, аще и к пророку отъидет, обезумит Господь и пророка, пишет св. Дорофей. Да просветит и вразумит тебя Господь в обращении с единодушными и единомысленными тебе о Господе сестрами, и мир Божий да почиет на вас. Усердно желаю и Господа молю о сем. Многогрешный И. М. 6 мая 1847 года.

Описываешь, что удостоилась быть при блаженной кончине возлюбленного о Господе брата нашего отца И. Нельзя не пожалеть о разлуке с человеком близким сердцу; но с другой стороны надобно духовно радоваться, что Господь удостоил его такой кончины, подающей надежду, что обрящет милость от Него и сподобится блаженной вечности.

А мы грешные еще странствуем в плачевной сей юдоли, боримы страстями, как будто лютыми зверями, и не тщимся к побеждению их, но более сами побеждаемся. От помрачения же страстей почти и не видим сего, но мним, что другие причиною нашего бедствия и смущения: а о том не помышляем, что когда бы шли истинным путем, видели бы грехи свои, яко песок морской, и все случаи относили бы к промыслу Божию, попускающему нам на пользу и ко спасению; но мы сего уклоняемся, а по большей части "песие страждем", по слову аввы Дорофея.

У вас сварилась каша, которую не без труда разхлебать; а мне даже не понятно и разобрать скопившихся сплетней. Т. Г-на и З. Т-на, хотя и винят себя частью, но более винят друг друга; что тут делать? Надобно здесь развязаться, а когда узел этот останется запутанным, то там трудно будет его распутывать. Вот, наше бедное окормление какие горькие плоды приносит! И кого тут винить: окормляющих или окормляемых? Не знаю. С благим намерением и произволением могли бы пользоваться, дающу слово на пользу Богу, но что-то мешается противное, и, сколько могу заметить, главною причиною — невоздержный язык, — орудие сердца, которое, бывши неустроено, нетерпеливо, гордо, сластолюбиво, пускает свои стрелы и ранит оными не одну свою душу, но и многих других уязвляет; и что еще опаснее: от сего происходят небылые сплетни; одна скажет несколько слов, которые перейдут через несколько языков с большим преувеличением. Как можно, надобно блюстись от языкоболия; сколько, например, пострадала от него А-а и не в это только время, а давно уже запуталась сетями оного! Я ей писал прежде, показывая вину ее; но она еще в вящшия зацеплялась: тут потребовались и клятвы с обеих сторон; кто же прав, и кто виноват, одному Богу известно. Прошу тебя впредь не допускать никого до таких клятв; не знаю, кто у них правее и кто виноватее. Что касается до меня, то я во всем ее прощаю, и ты ее прости, но писать теперь к ней никак не имею времени, да и нечего: довольно, что выслушал ее историю перехода. Скажи ей мое благословение и прощение; много было ей говорено на каждый случай, но все как-то не ладится. И. М. 1847 года.

Из письма твоего, мать Н., вижу, что нет никакого облегчения матери Р.: душевно о сем сострадаю, но помощи дать не в силах; молитвы мои немощны, слабы и ничтожны, а грешника Бог не послушает. Но кто истинно любит Его и волю Его творит, того послушает; но мы, преступая заповеди, можем ли похвалиться, что любим Его. Я представляю себе ваши страдания; одной болезнь, а другой томление на нее смотря, — велики; однако ж, при всех таких скорбных случаях, надобно не ослабевать в вере, а принимать от руки Божией с покорностью. Мы пошли искать спасения, недостаток дел наших восполняет Господь невольными скорбями или болезнями, и очищает грехи наши. Лазарь оный, терпевший нищету и болезнь, неволею страдал сие, но не по воле его, и обрелся на лоне Авраамли во упокоении: итак, в часы страданий ваших, прозирайте очами веры к надежде будущей, и тем облегчайте свои болезни, ибо недостойны страсти нынешнего времени к хотящей славе явиться в нас (Рим.8:18).

Сердечно сожалею о неустройстве Т. В-ны; ежели она и ко мне приедет, то чем могу я ей помочь, когда у самой нет произволения к отсечению своей воли и разума? Тебя же я нудить не могу: поступай, как тебе возможно; а она, может быть, смирится.19 сентября 1847 года.

Благодарение Господу! Слышим, что ваш край еще хранит Господь от болезни холеры, только страх обдержит, и многие ваши сестры малодушествуют. Я писал тебе, и паки повторяю: будь спокойнее, предаваясь воле Божией. В спокойствии духа удобнее и покаяние приносить можем, и сохранимся невредимы от болезни; и у нас доселе сохранил Господь пределы наши от сей болезни: а что далее будет, неизвестно.

Душевая же холера опаснее гораздо, кто оною одержим: которою можно назвать действие нами страстей многообразно и многоразлично.

Помолись о моей худости; людям пишу о спасении, а сам пребываю неисправленный и унылый, многогрешный И. М. 30 сентября 1847 г.

Пишешь, что враг тебя смущает против меня, а далее, — что ты лишена моей милости отеческой. Рассматривая себя, ничего не нахожу такого, в чем ты мною оставлена: я, как прежде, так и ныне, имею к тебе о Господе расположение. А когда слушаешь вражьих советов, то не будешь мирна; для меня это очень прискорбно, что ты так принимаешь то, чего совсем нет. Не знаю, из чего ты сие заключаешь: кажется, на все твои письма, по силе слабого моего разума, но с тем же, как и прежде, усердием отвечаю; когда ты бываешь у нас, все то же обхождение с тобою. Конечно, по моему недостоинству, видно, так тебе возвещается. Вспомни М. Н.: какую она имела веру к батюшке о. Льву, и как после отпала, а он все тот же был. Не принимай вражьих советов, и будешь спокойна. Ну, — скажи: какая бы нужда мне была писать к тебе теперь с такими изъяснениями и скорбью, ежели бы ты была оставлена? Я просто бы презрел и всем пренебрег; нужна ли мне политика против тебя? А я так истинно состражду твоей душевной немощи и пишу тебе, чтобы ты была покойна по сей части. Истинно желаю тебе спасения, как и себе. Многогрешный И. М. 15 ноября 1847 года.

Разбирая вину, за которую ты на меня сделалась смущенною, нахожу, что совсем не так тобою приняты сказанные мною слова, оттого не так на тебя подействовали. Ты спросила, что писали ко мне на тебя сестры? Я не принял оного за новость, а сказал: "То же, что ты и сама писала; а что, — тебе от них известно". Какая нужда была мне повторять эту кутерьму? Они от меня за сие не похвалены, а много намылены; а тебе враг истолковал совсем в противную сторону. — И верно, как из твоего письма замечаю, плел лукавство, скрытность, нерасположение: всего этого Бог меня избавил. — Да и скажи мне: для чего мне это делать? Из каких видов? И как принять за новость то, что знаю, о чем ты писала; и в твоем же письме А-но письмо о сем получено; какая ж это новость? Что ты на это скажешь? Не посмеялся ли враг над тобою и вверг тебя в такие сети? Ежели же твое смышление в твоем помысле право; то почему ж ты не мирна? Мои грехи какое могут иметь влияние на твое устроение? А когда нет мира, то ищи причину оного внутри себя. Но ежели положить и по твоему, что я хотел от тебя скрыть чего совсем не было в намерении; да и что скрывать, когда все известно?; то ты, так как ехала с верою, не должна была помрачать ее неверствием, от которого ты и пострадала. Вникни в отеческие писания, как они утверждают в вере хотящих идти правым путем. Св. Иоанн Лествичник и Симеон Новый Богослов пишут: "Аще и блуд творяща увидишь его, не отбегай от него"; и паки: "Скажи себе: не ты над ним приял суд, а он над тобою". Тебе казалось, я не так говорил, то, видно, так было надобно. Не буду испытывать тайных судеб Божиих; а ты, принявши помысл неверия, совсем в ложном мнении доселе страдаешь. Да простит тебя Господь в сем твоем поползновении. Желаю тебе быть мирной и спокойной. Не для моей выгоды написал сие писание, но хотя вывести тебя из смущения; а когда и сие покажется тебе не по духу, то будет уже на твоей воле.

Отцу Н. скажи мое почтение, приступать ему к окормлению других не советую, и давать правила не его еще дело, хотя и просит Д., но не по разуму. Ежели он не отдан старцу: то уже тот, кто постригал его, и старец ему, он же и настоятель обители, все находятся под его паствою, у него и должен правила просить. Вспомни, как старец Паисий, при великих своих дарованиях и достоинстве, отрицался принимать на себя обязанность наставника по многом прошении: и хотя принял собрата в духовный совет, но уже после, собравшимися братиями умолен быв многим зельным молением и прошением. Вот какой столп ужасался сего! А мы как не осудимся, самовольно наскакивая на такую высоту? Мы только тем разве можем несколько иметь извинение, когда за послушание показываем путь, коим научают нас св. отцы, и сами отчасти шли, и, окалявшись во блате, других от того предостерегаем; то, спасения ради их, может быть, и нас спасет Господь.

Да даст Господь всем вам истинный мир и устроит душевное спасение. И. М. 6 декабря 1847 года.

Очень рад, что ты умиротворилась в твоем смущении и видишь, что все это пустое, а брань вражья, в которой мы так немощны, и не имеем силы противиться оной, без самоукорения и смирения. Да утвердит тебя Господь на твердом основании веры и надежды и сподобит стяжать любовь неотпадающую!

Ты жалуешься на устроение бедной Т. Н-ы: что ж делать и чем помочь? Мы все силы употребляли к вразумлению, дабы исправить жизнь ее и успокоить себя и других; но ведь учить легче, чем делать; она и сама должна быть непокойна. Да и все мы, пока живем, "вси есмы в бедах" от наших страстей душевных и телесных и требуем Божией помощи.10 января 1848 года.

Ты описываешь мне свои немощи душевные, и после оных скука находит. Полагаю, причиною сего — малодушие, которое еще больше увеличивает скорбь, душевную и телесную болезнь. Не подобает падать нам, — пишет св. Иоанн Карпафийский, — но павши чем-либо, тотчас восставать с покаянием и смирением: там враг причиняет нам язвы, а здесь от нас приемлет язвы. Надобно вместо смущения прибегнуть к самоукорению и смирению и иметь себя таковою, т. е. нищею духом, и далече отгонится враг силою Божией. Прочти главы и послание Иоанна Карпафийского: они довольно подадут тебе утешения.27 января 1848 года.