Письма с войны
Шрифт:
Машин на поле почти не осталось, и, не говоря ни слова, Эмма завела жука, и выехала на дорогу, ведущую к городу.
Когда они въехали в Сторибрук, было почти одиннадцать. Те пару секунд, которые они пережили, выезжая из кинотеатра, остались позади, и женщины непринужденно болтали. Хотя Эмма была немного обескуражена тем, как легко отдала магнитолу в полное распоряжение Реджины. Они подъехали к особняку, и Эмма остановила машину, стараясь продлить их пребывание вдвоём. Нужно будет повторить это. И Эмма надеялась, что они скоро сходят куда-нибудь ещё раз. Может, когда Эмма вернётся, они даже превратят это в традицию.
– Ну?
– Эмма насмешливо поиграла бровями и ухмыльнулась.
– «Свидание» было удовлетворительным?
– А ты ничего не забыла?
– Реджина озорно пожала плечами, видя, как у Эммы округлились глаза.
Эмма закашлялась и, медленно облизав губы тихо сказала:
– Кажется, мы забыли дать городу повод для сплетен.
– Возможно, - прошептала Реджина, глядя на влажные губы Эммы.
Они смотрели друг другу в глаза, и Реджина готова была поклясться, что Эмма слышит, как громко стучит её сердце. Воздух в машине стал плотным и горячим, хотя печь в жёлтом фольксвагене была сломана. Нет, этот жар исходил от них самих, и у Реджины не было сил прекратить это. Она смотрела Эмме в глаза, смотрела на её розовые губы. Господи, почему так трудно отвести взгляд от её губ? Они же просто друзья и всё. И все их шутки, они же просто дурачились, да? Но, резко сглотнув, Реджина инстинктивно облизала свои губы, неосознанно сокращая расстояние между ними.
Сердце гулко стучало в ушах, пока Эмма придвигалась всё ближе и ближе, и Реджина едва замечала, что пальцы Эммы легко пробегают по её колену.
Реджина судорожно вздохнула, внезапно отпрянув, и нахмурилась, расстегивая ремень безопасности. В следующую секунду она выскочила из машины и ураганом понеслась к особняку.
– Реджина?
– Эмма вышла из машины и, с силой захлопнув дверь, побежала следом, пытаясь нагнать внезапно вышедшую из себя мадам мэра.
– Реджина, прос…
Реджина влетела в особняк:
– Тина!
И тогда Эмма заметила, что, несмотря на поздний час, в большинстве комнат горит свет.
– Мамочка!
– топот детских ножек донесся из игровой комнаты. Генри выбежал к ним навстречу, одетый в пижаму, которая была ему длинновата. Прокатившись по деревянному полу, он врезался в Реджину, обнимая её за ноги.
– Я не сплю!
– Я вижу, - неодобрительно сказала Реджина и сердито воззрилась на появившуюся следом за Генри Тину с прической, завязанной в пучек. Судя по виду, та была вымотана, но ей всё же хватило ума сделать испуганное лицо.
Эмма присела на одно колено рядом с Генри, и мальчишка немедленно забрался ей на руки, ловко перебравшись на спину.
– Тебе давно пора спать, пацан.
- Знаю, знаю, - Тина подняла руки, признавая свою вину.
– Он гораздо легче засыпает в садике.
– Почему он не спит, мисс Белл?
– резко бросила Реджина.
– Ну, он был очень взволнован тем, что проведет вечер с няней. И после ванны мы прочитали все его сказки, но он всё равно не хотел спать, так что я решила разрешить ему поиграть, чтоб выплеснуть энергию, так сказать, - следом за Реджиной воспитательница повернулась к гиперактивному малышу, висящему на Эмме, как на турнике.
– Хотя, признаю, что это не сработало.
– Я вижу, - отрезала Реджина, взглядом прожигая в Тине дыру. Миниатюрная блондинка смущенно отвела взгляд. Удовлетворенная этой демонстрацией власти, Реджина достала несколько банкнот из бумажника и протянула их Тине.
– Спокойной ночи, мисс Белл.
Тина надела пальто и, обняв Генри, робко глянула на вернувшихся взрослых:
– Так что, вы хорошо провели время?
– наткнувшись на их взгляды, сердитый у Реджины и скептический у Эммы, она примирительно подняла руки и кивнула.
– Ну я пошла. Если вы еще раз захотите провести вечер вдвоем…
Реджина скрестила руки на груди и слегка наклонила голову. Этого Тине хватило, чтоб кивнуть и закрыть дверь с той стороны - от греха подальше.
– Не-а, - Генри прыгал на кровати, пока Реджина пыталась уговорить его улечься рядом с его любимым плюшевым динозавром.
– Милый, уже почти полночь, - сказала Реджина раздраженно.
– Не хочу спать, - плюхнувшись на попу, он тут же вскочил и снова подпрыгнул.
Стоявшая у двери детской Эмма хихикнула, и Реджина сердито посмотрела на девушку. Эмма уже была одета в безразмерную футболку с надписью «US ARMY», в которой спала обычно, и шорты для бега, едва выглядывающие из-под футболки. Они обе надеялись, что Генри к этому времени заснет, но, очевидно, у трёхлетнего малыша были другие планы.
Матрас скрипел под прыжками Генри, и Реджина яростно посмотрела на несчастную двуспальную кровать, будто та была единственной виновницей того, что её сын всё еще не спит. Генри улыбнулся и начал напевать:
– Гоп, и гоп, и гоп, и гоп, и гоп, и стоп!
– на слове «стоп» он снова приземлился на попу, чтоб через секунду продолжить прыгать.
– Генри. Кристофер. Миллс,– Реджина начала терять терпение.
– Если через пять минут ты не ляжешь в кровать, ты останешься без сказки.
– Но я в кровати, - возразил Генри, продолжив прыгать.
Эмма засмеялась, полностью зайдя в комнату:
– А малый-то соображает.
– Ляжешь спать, - уточнила Реджин.
– Если через пять минут ты не успокоишься и не ляжешь спать - останешься без сказки.
– Ладно, не надо сказки.
- Генри!– вскипела Реджина.
– Так, пацан, - Эмма подошла к кровати и, поймав прыгающего Генри, закинула его на плечо пожарным захватом. Покружив его так, что его громкий смех осветил комнату, она легонько сбросила его на середину кровати.
– Слушайся маму, ладно? А то у неё сейчас венка на лбу лопнет.