Письма с войны
Шрифт:
Реджина плохо спала. Нет, ей не снились кошмары, даже наоборот. Главную роль в её снах играл один знакомый белокурый солдат. Заснув, Реджина почти сразу вернулась в желтый жук, припаркованный около особняка. Они наклонялись друг к другу всё ближе и ближе, жар и почти осязаемое напряжение завладели ими. Сердце Реджины колотилось, как бешеное, и она не могла ничего поделать с желанием, наконец, почувствовать губы Эммы на своих собственных.
Мягкие и влажные уста Эммы были так близко. Реджина наклонилась ещё ближе, проводя языком по своим вдруг пересохшим губам. И она почти поцеловала Эмму, но тут громкий стук выдернул её из сна.
Её глаза распахнулись, лоб был покрыт испариной, а сердце билось так же быстро, как во сне. Ей потребовалась секунда, чтоб до конца осознать, что именно ей снилось, и гораздо меньше секунды, чтоб успеть отругать себя. Эмма - её друг. Она не должна чувствовать этого к ней. Реджина не станет портить отношения с единственным близким человеком из-за каких-то непонятных чувств.
Стук раздался снова, и, сев на кровати, Реджина посмотрела на часы. Только половина первого. Генри не стучится, она его к этому пока не приучила. Так что остаётся один вариант. Эмма.
– Да?
– отозвалась она. Голос был хриплым и настороженным. Что, если Эмма хочет продолжить то, что они почти начали в машине? Что, если Реджина позволит ей это продолжить?
Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула Эмма с виноватой улыбкой на лице:
– Хей, прости что разбудила.
– Ничего. Ты в порядке?
– заметив, что Эмма держит за руку Генри, Реджина выскользнула из кровати.
– Всё хорошо, солнышко?
– Я в порядке, дорогая, - шутливо отозвалась Эмма, используя любимое словечко Реджины. Сердце брюнетки пропустило удар. Она смотрела на Генри, и поэтому не заметила, что Эмма смущенно моргнула.
– Сейчас посплю с мамочкой, - объявил Генри и, выпустив руку Эммы, забрался на кровать.
– Сейчас?
– Реджина вопросительно посмотрела на Эмму.
– Ага, он пришел ко мне почти сразу, как мы его уложили. Проспал меньше часа и захотел к тебе, - объяснила блондинка.
Реджина повернулась к Генри, удобно устроившемуся на огромной маминой кровати.
– Милый, ты должен спать.
– Ага, - озорно улыбнувшись, Генри хлопнулся на спину и зажмурился.
– Я серьёзно, молодой человек, - Реджина повернулась к Эмме.
– Спасибо, что привела его.
Эмма усмехнулась:
– Удачи. Кажется, сегодня он решил показать все свои выкрутасы.
– Ну, я во всеоружии. Думаю, я с ним справлюсь.
– Спокойной ночи, Реджина. Приятных снов, Генри.
Услышав громкое сопение мальчика, обе женщины покачали головами и разошлись, надеясь, что им удастся поспать.
– Мамочка - прошептал Генри почти два часа спустя.
– Мамочка.
– М-м-м, - во сне Реджина повернулась и обняла его.
– Мамочка, - позвал он снова, пальцами оттягивая ей веко.
Реджина сморщилась и зарылась лицом малышу в грудь.
– Генри, - пробурчала она, но продолжала спать.
Малыш вывернулся из объятий и, забравшись на маму прижался губами к её уху:
– Мамочка, мамочка, мамочка, мамочка, мамочка…
Реджина резко села, на автомате обхватив сына руками, потянулась и заставила себя открыть глаза.
– Генри, мамочка очень хочет спать. И тебе тоже нужно.
– Не устал, - настойчиво сказал Генри.
– Тебе нужно на горшок?
Он покачал головой.
– Хочешь, мамочка сделает тебе тёплого молока?
Снова - нет.
– Ты должен спать, Генри. Тут или в своей комнате.
Он приложил пальчик к подбородку, раздумывая:
– С Эммой?
Застонав, она упала на подушки. Вообще-то она не предлагала этот вариант, но сейчас Реджина слишком устала, чтоб об этом думать. Её сны не изменились ни на йоту, и, если она хочет быть в состоянии противостоять этим мыслям завтра, ей нужно хоть немного поспать.
– Ладно, ладно. Хорошо. Ты можешь спать с Эммой, если она разрешит.
Генри ухмыльнулся, слез с мамы и, уцепившись за одеяло, скользнул на пол. Реджина пошла за ним. Она слишком устала, чтоб надеть халат, так что по коридору Реджина шла в шелковой ночнушке. Генри привел её к двери Эммы и прежде, чем она успела сказать, чтоб он постучал, малыш распахнул дверь и вбежал в темную спальню.
– Генри!
– прошептала Реджина и, вбежав следом, увидела, что сын уже успел забраться к блондинке на кровать и теперь ползет от изножья кровати к подушкам, чтоб забраться под одеяло.
– А?
– Эмма резко села. Чтоб прийти в себя ей потребовалась всего секунда.
– Пора спать, Эмма, - Генри потянул её назад, схватив за футболку.
– Ничего?
– Реджина прислонилась к косяку, чтоб устоять на ногах.
– Ты же сказала, что ты во всеоружии, - хриплым со сна голосом пробормотала Эмма.
Вместо ответа Реджина только махнула рукой:
– У кого из нас армия за плечами? Можно, он останется?
– Угу, - устало промычала Эмма и повалилась на кровать, заснув в считанные секунды.
Кто-то не спал, Реджина чувствовала это. Она зажмурилась, проклиная всё на свете. Она же заснула всего полчаса назад! Все эти выкрутасы Генри с беготнёй по комнатам не давали ей спать, а теперь её будят в - Реджина приоткрыла один глаз - «4:58». Господи, если Эмма хочет жить, ей лучше удержать Генри в кровати.
– Реджина, - позвали из коридора. Она хотела притвориться спящей, но материнская ответственность, как всегда, оказалась сильнее.
– Реджина.