Чтение онлайн

Прошу Вас иметь в виду, что почта у нас запаздывает на 6 дней.

Примите, дорогой Друг, выражение нашей самой теплой дружбы.

249

Н. К. Рерих — Ф. Грант*

8 июля 1931 г. Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия

Дорогая Франсис,

Мы только что получили рукопись «Державы Света»[818] и спешим отправить Вам недостающие статьи, чтобы Вы могли продолжить на полном ходу публикацию данной книги. Я уверен, что Вы предпошлете этой работе лучшие мысли, чтобы нежелательные ошибки и опечатки не умалили значения книги, которая так важна для будущего. Сохраните названия всех статей согласно прилагаемому оглавлению. Мы оставим [очерк] «Новгород»[819] для следующего издания, иначе можно слишком утяжелить книгу. Цвет обложки может быть таким же, как у парижского «Французского Вестника», или у «Flame in Chalice»[820], или примерно как у «Шамбалы». Наверное, зеленая обложка подойдет лучше всего. Имейте в виду, что для отзывов книгу следует давать только тем людям, в чьей благожелательности мы полностью уверены. Иначе мы рискуем столкнуться с игнорамусами[821] и недоброжелательством. Надеюсь, что эта книга будет полезной не только для будущего, но и для наших текущих кампаний, которые должны быть поняты в самом широком смысле и находить отклик в массах.

В этой книге упоминается так много крупных организаций и обществ, что их со-члены должны проявить живой интерес. Посылаем Вам следующую телеграмму: «Рукопись получена. Название книги: „Держава Света“. Посланы недостающие и четыре дополнительные статьи, включая „Женщинам“. Продолжайте печатать. Сохраните названия в соответствии с оглавлением. — Рерих». Уверены, что, когда письмо придет, книга будет уже в печати, таким образом, мы не опоздаем к началу сезона, ведь это так важно для распространения изданий и для всех наших кампаний.

Только представьте, если три миллиона членов женских организаций приобретут серию наших открыток «Держава Культуры», это будет означать три миллиона долларов. Все серии составлены так разнообразно, что могут затронуть сердца самых разных людей. И до Рождества каждый приобретет несколько рождественских открыток стоимостью в один доллар. Следовательно, все будет зависеть от того, как будет организовано их распространение. Это такая серьезная и неотложная задача, и мы должны приложить наше лучшее умение и мысли. Выполняя этот долг, мы следуем Указанию Благословенной Иерархии.

Мы выслали отдельно шестое заказное письмо со статьями:

№ 17 «Знамя Мира»;

№ 23 «Несмотря на трудности» (Болгарской [Ассоциации]);

№ 19 «К открытию» (Французскому Обществу);

№ 20 «Привет Франции»;

№ 21 «Созидательная работа»;

№ 24 «Вехи Культуры» (Германскому О[бществу] Р[ериха]);

№ 27 «Гималаи» (Гималайскому Р[ериховскому] О[бществу][822]);

№ 28 «Правильный путь» (Южно-Африканскому О[бществу] Р[ериха]);

№ 29 «Святой Сергий-Строитель»;

№ 18 «Привет Конференции в Брюгге»;

№ 56 «Дедушкин кабинет»[823].

Вместе с ними: содержание сборника, заметки от издателя, посвящение.

Мы также выслали добавления [к статьям] «Женщинам» и «Хвала художникам» и окончание к статье «Княгиня Тенишева»[824].

В «Иконном тереме» поменяйте «Itoglave» на «Stoglave»[825], на пятой странице поменяйте «Vouchters» на «Vuchters»[826], на седьмой странице — «voevots» на «voevods»[827]. На последней странице в последнем предложении поменяйте «Palace of Iconography»[828] на «Terem of Icons»[829]. На седьмой странице поменяйте «divided trousers»[830] на «decorated trousers»[831].

Также просим внести изменения в статью «Дедушкин кабинет»: вместо «cry»[832] (на второй странице) поставьте «insist»[833] и исправьте кавычки там, где они не на месте.

В статье «Талашкино» поправьте фразу, вместо «where a thousand hands grab for the unusual…»[834] поставьте: «where the unusual is depressed by a thousand hands»[835]. На той же странице добавьте: «We cannot expect beauty in rush of a metropolis»[836].

На пятой странице вместо «abandon of art»[837] напишите «freedom of art»[838].

Среди тех, кому мы можем дать книгу для отзывов, конечно, должны быть Каун, Уотсон, [Берта] Кунц-Бейкер, Форман, Народный, М. Воган, Кеттнер, Шрак, Хелайн, Спенсер Льюис, Льюис (из Калифорнии)[839], миссис Мартин (Сан-Франциско), Кумар Халдар, Сиривардхана[840], Гребенщиков, мадам де Во Фалипо, Жорж Шклявер, доктор Хьюит, Магоффин и подобные им из дружественно настроенного круга.

Духом с Вами,

[Н. Рерих]

P. S. В «Духовных Сокровищах» из Бюллетеня на четвертой странице фразу «the embers steadily blazing … etc.»[841] замените на: «Even the evil blazing can be easily controlled by conscious efforts of united cultural associations sincerely directed towards the creative cognizance»[842].

250

Н. К. Рерих — М. де Во Фалипо

25 августа 1931 г.[843] Кейланг[844]

Дорогой Друг,

Как всегда, с радостью получили мы письмо Ваше, где Вы так тепло говорите о значении академика Говэна[845] для нашего Парижского Общества[846]. Я очень тронут [тем], что Вы отмечаете всегда живущее во мне чувство признательности за все сделанное во Благо. Действительно, я очень ценю чувство признательности, ибо оно есть одно из первых оснований культурности. И куда же мы пойдем без признательности, без справедливости и всех прочих благ Культуры. Поистине, я очень ценю все выступления Академика Говэн[а] против черной клеветы Пеллио. Остается только пожалеть, что Пеллио, хороший ученый по Китаю, так несмываемо запятнал себя клеветою и завистью, несовместными с достоинством истинного ученого. Предоставим его судьбе, им самим сделанной. Рост наших дел показывает, что его клеветнические наветы не имеют значения.

Я очень рад, что Вы получили мое приветствие Брюжской Конференции. Это всемирно культурное дело, в котором доблестная Франция и Бельгия прин[имают] такое сердечное участие, будет расти во Благо человечества, даже если бы все Лиги Наций лопнули от зависти.

Мы поручили мисс Лихтман совместно с Вами выработать в Париже наилучшие условия для разгру[зки] работы, о которой Вы сообщали. Не сомневаюсь, что взаимными усилиями это вполне удастся. Я буду очень рад, если Вам удастся тратить на собственно дела Общества не более одного дня в неделю. Я так люблю обмениваться с Вами письмами, но и в этом меня берет раскаяние, ибо всякая переписка, конечно, отнимает у Вас так много времени. Во всяком случае, Вы должны быть уверены, что мы все одинаково горим желанием, чтобы сотрудничество с нашими Учреждениями не отягощало никого чрезмерно. Мы все, как и Вы, знаем, что такое работа. И здесь обычно мы не имеем даже и получаса в день для того, чтобы подышать свежим воздухом[847]. И единственное внутреннее удовлетворение есть в сознании, что общая работа наша будет кому-то нужна и поможет в движении Культуры. Постоянно приходится удерживать от чрезмерной работы мадам Рерих, которая, несмотря на, к сожалению, повторяющиеся атаки[848], неудержно стремится к работе[849].

Не могу не вернуться еще раз к Вашему чудесному письму о моих картинах. Вы умеете так тонко чувствовать искусство и знаете, [как] отметить самую важную концепцию творчества. Это не просто похвала, но Вы в свою очередь обогащаете мир формулами Прекрасного, и тем самым получается самая ценная кооперация.

Шлем Вам наши лучшие пожелания и уверенность в блестящем успехе Ваших выступлений на Конференции. Скажите наш сердечный привет всем друзьям[850].

Сердечно Ваш[851],

[Н. Рерих]

251

Н. К. Рерих — Х. Грин*

28 августа 1931 г. Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия

Уважаемая г-жа Грин,

С большой радостью получил Ваше письмо от 14 июля, которое еще раз подтвердило Ваше искреннее стремление продвигать всемирную идею Знамени Мира, одинаково необходимую и в дни войны, и во время так называемого мира, когда из-за невежества гибнут многие великие творения человеческого гения.