Чтение онлайн

Через несколько дней мы отправим для моего зала в Бенаресе 12 картин. У Бирешвара Сена есть список картин, и он видел их до того, как они были упакованы. Он Вам все о них расскажет.

Поскольку Вы, мой дорогой Друг, являетесь нашим Почетным советником, я вижу в Вас духовного покровителя этой секции нашего Музея. Для меня были бы ценны любые новости, которые Вы могли бы сообщить в этой связи. Пожалуйста, примите с самым сердечным приветом экземпляр юбилейной монографии[1185], только что вышедшей из печати в Нью-Йорке, а также по экземпляру «Gand Artistique»[1186] и «Roerich Day»[1187]. Последний представляет особенный интерес, поскольку День Рождения Благословенного Будды отмечался в христианской церкви в Нью-Йорке[1188], и по этому случаю чествовалось мое искусство.

Также г-н Бирешвар Сен передаст Вам кольцо. Когда будете носить его, всегда, пожалуйста, помните, что, посылая его, я наложил на него свою руку с самыми сердечными чувствами.

В духе с Вами.

372

Н. К. Рерих — Р. Харше*

12 июля 1932 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб]

Дорогой друг,

Только что получил из Нью-Йорка копию Вашего замечательного письма, посланного в адрес Комитета бондхолдеров. Не могу не сказать, как глубоко меня тронуло Ваше столь ценное признание нашей культурной деятельности. В наше время не часто услышишь голос настоящего друга, который не побоится так решительно высказаться о Культуре и образовании. Ваше имя всегда живет в нашем доме под самыми благословенными знаками. И это Ваше письмо добавляет ко всем накоплениям прошлого наиболее драгоценный, незабываемый знак.

В то время как происходят дикие, жестокие нападки на наши Учреждения, мы строим здесь биохимическую лабораторию с отделением по изучению такого заболевания, как рак, потому что местные условия особенно подходят для подобного рода исследований. Пока мы и наши сотрудники думаем о пользе для всего человечества, некоторые злобные и клеветнические черные руки стараются нанести вред этой полезной работе. Но моим девизом всегда было: «Свет побеждает тьму» и «Благословенны препятствия, ибо ими растем!». Эти девизы подкрепляются знанием того, что у нас есть такие настоящие, влиятельные друзья. Благодарю Вас от всего сердца за все Ваши благородные и прекрасные дела во имя Великой Культуры.

Мысленно с Вами.

Сердечно Ваш,

[Н. Рерих]

373

Н. К. Рерих — М. А. Таубе

№ 30

12 июля 1932 г. «Урусвати»

Дорогой Михаил Александрович,

Посылаю Вам это письмо накануне нашего отъезда на летние высоты. Этот отъезд будет вызывать запоздание приблизительно на неделю, что Вы и будете иметь в виду. Г. Г. Шклявер сообщает со слов Тюльпинка о желании короля Альберта быть на открытии Конференции 7 августа. Уже одно это желание для нас должно быть счастливым знаком и должно быть всячески подчеркнуто где следует.

Одному обстоятельству в связи с Конференцией мы по-прежнему не смогли найти объяснения. В прошлом году Тюльпинк очень заботился о членах Конференции и о членских взносах. Как-никак эти взносы в прошлом году представили из себя некоторую сумму; в этом же году обстоятельство о членских взносах было совершенно упущено. Не только новые друзья не знали о самой Конференции, но даже члены прошлогодней Конференции сомневались в созыве Второй Конференции. Мне самому пришлось слышать и читать целый ряд недоумений по этому поводу. Вероятно, Тюльпинк не предполагает наличия членов Конференции, но тогда из кого же она будет состоять? Десять или двенадцать представителей стран еще не составят общественного мнения, которое могло бы быть так благоприятно для развития дел Пакта. Члены Конференции могли бы быть тем доброжелательным резонатором, который мог бы смягчать и заглушать какие-либо диссонансы, буде такие окажутся. Повторяю, что мне известно даже о некоторых внутренних обидах членов прошлой Конференции, которые сочли себя чем-то незаслуженно обойденными. В конце концов, самое краткое печатное напоминание не составило бы многомесячную работу, но тем самым мы могли бы сохранять большее число друзей и опираться на сочувствующих участников. Иначе, повторяю, люди удивляются, почему какой-то митинг хироподистов[1189] широко возвещен, между тем как Идея сохранения Культурных Сокровищ всего Мира происходит под сурдинку, не имея ни прессы и пренебрегая своими же сочленами. Конечно, может быть, Тюльпинк имеет какие-то свои особые планы к успеху этой Конференции, но пренебрежение старыми членами Конференции — не знаю, насколько это полезно. Казалось бы, мы должны пользоваться всеми благоприятными обстоятельствами, а не пренебрегать ими. Конечно, все эти обстоятельства Вам виднее на месте, и конечно, Вы мне их выясните, но мне лично по опыту устройства многих съездов, конвенций и собраний некоторые приемы Тюльпинка представляются непонятными.

Мировая Идея прежде всего нуждается и в мировом оповещении. Это не значит, что она требует для этого исключительных средств. Вспоминаю некоторые наши археологические съезды, казначейство которых было очень скудно, но тем не менее они были достойно оповещены и возбуждали должный интерес и сочувствие. Даже по местным здешним отзывам мы можем еще раз убеждаться, насколько общественное мнение за нас, но ведь нужно оповещать его, иначе даже самый мощный цветок блекнет от засухи. Когда я вижу массу самых странных неизмеримо низших сведений, заполняющих газетные столбцы, становится совершенно ясно, что общекультурная идея, конечно, могла бы привлекать общее внимание. Даже если мы возьмем до известной степени своекорыстное туристическое намерение города Брюгге, то даже и с этой эгоистической точки зрения нужно оповещение не только безымянных туристов, но и лиц определенного положения, которые за собою влекут те безымянные массы, которые могут быть приятны городу Брюгге.

Не имея никаких определенных сведений об устройстве самой Конференции и читая в письмах Шклявера о «неясных методах» Тюльпинка, совершенно естественно мы беспокоимся и очень рады сознавать, что и Вы приложите свою деятельную руку для своевременного упорядочения и достойного утверждения нашего дела. Уже одно обстоятельство, что срок Конференции буквально за месяц до ее открытия варьируется, представляется необъяснимым. Каким же образом делегаты стран, приготовившись на 10 августа, поспеют к 7-му? Может быть, многие из них и вообще отложат поездку?! Словом, Вы видите, что мы полны самых добрых желаний и шлем Конференции наши самые лучшие мысли. Сообщите нам обо всех планах Тюльпинка, а также Ваше личное мнение, силен ли он как фактический Председатель? Если у Вас есть брюссельские друзья, то, вероятно, Вы осведомлены гораздо больше нас о настроении Бельгии. Потому еще раз можем напутствовать Вас сердечным пожеланием: «Действуйте так, как лучше, и рождайте успех дела», что нетрудно при Вашей ширине взглядов.

Сердечный привет Вам и Вашей семье.

Душевно с Вами.

374

Н. К. Рерих — М. де Во Фалипо*

15 июля 1932 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб]

Мой дорогой друг,

Ваше письмо от четвертого числа сего месяца пришло вчера, и я был очень рад узнать все Ваши новости. Безусловно, нет нужды говорить о дорожных расходах нашей делегации, так как с последней почтой я послал рекомендации нашему Музею собрать, как и в прошлом году, $100, которые, несомненно, будут Вам посланы, и Вы сможете распоряжаться ими по своему усмотрению. Если случится задержка с почтой и это послание не дойдет до Вас вовремя, Вы тем не менее можете рассчитывать на эту сумму. Из писем д-ра Шклявера я имею полный отчет обо всех шагах по организации Конференции, которые я высоко ценю. Все возможные присоединения и резолюции, даже если они носят частный характер, полезны и необходимы, потому что таким образом проявляется общественное мнение, и правительства в конечном счете будут вынуждены принять это во внимание. Я уже высказал пожелание барону Таубе и д-ру Шкляверу, что наша делегация в Брюгге должна действовать единодушно и полностью взаимосогласованно. Убежден, что под Вашим руководством все будет происходить в высшей степени достойно и благородно. Многие подробности прояснятся на месте, и поэтому было бы не мудро принимать решение заранее.

Недавно я с большой радостью прочел книгу «Pages choisies de Nos Grand Chefs»[1190], в которой собраны наиболее памятные распоряжения и незабываемые изречения таких военачальников, как Жоффр, Фош, Гуро, Лиоте, с вдохновенно написанным предисловием Раймона Пуанкаре. Это поистине великая книга, ибо в ней отражена стратегия французских гениев. Как мудро они извлекали пользу из обстоятельств, и как победно звучали их команды даже в моменты величайшего напряжения! Если бы везде была проявлена такая несгибаемая воля!

Из моих писем д-ру Шкляверу Вы уже знаете, что шайка вымогателей была изгнана. Чтобы устранить причиненное этими преступниками зло и нанесенный ими ущерб, потребуется время. Но мы опять можем утверждать, что «Свет побеждает тьму!». Доктор Шклявер, несомненно, рассказал Вам обо всех отзывах, появившихся в связи с этим делом. Например, д-р Роберт Харше, человек, который занимает лидирующее положение в продвижении искусства в Америке и является директором Чикагского художественного института, заявил, что любой вред, причиненный нашему Музею, будет равнозначен национальному бедствию. Появились сотни новых друзей, и среди них лучшие умы. Мы снова увидели, что там, где живут настойчивость, Благодать и Свет, зло в конце концов побеждается. Будем также помнить о том, с каким упорством и верой д-р Дюнан и его друзья боролись за общечеловеческую идею Красного Креста. Такой же окончательный успех будет и за нами.

Мы высоко оценили сообщение м[есье] Тюльпинка о том, что король Альберт любезно предложил посетить нашу Конференцию. Вы, несомненно, видели текст телеграммы, которую я послал через м[есье] Тюльпинка.

Через несколько дней мы переедем в Кейланг (Лахул), так как для м-м Рерих здесь становится невыносимо.

В ожидании Ваших хороших новостей из Брюгге шлем Вам самые лучшие пожелания.

Преданный Вам[1191],

[Н. Рерих]

375